Закат мира Нелла - Александра Изварина

— Идемте, — кивнул рыжеволосый в сторону двери. — Лучше посмотрите сами.

Он уже проехал по мосту. Привратники у ворот только изумленно открыли рты, смотря на него — и он их прекрасно понимал. Не может же человек с такой раной жить!

Он проехал мимо ворот и въехал во внутренний двор. Те, кто видел его, просто застывали на месте, отказываясь верить в происходящее.

А между тем из главного входа выходили все ребята из их команда. Вот Рьеро, вот Мечислав, вон там близнецы с Лалой, вон и Эалэ с Кари и Октиром…

… и вот выходит из дверей Рилири. Выходит — и замирает на месте, увидев его. Сначала на ее лице появляется крайнее удивление, которое сменяется маской недоверия — и затем, наконец, радости. На ее глаза наворачиваются слезы, и это слезы счастья…

… Рилири, увидев его, вздрогнула. Он жив! Но как? Это не может быть!

Но все-таки он жив, и это — главное.

На ее глаза наворачиваются слезы, а на губах появляется радостная улыбка. Она медленно идет ему навстречу, подходит вплотную к нему — и на мгновение застывает. А затем бросается ему на шею.

— Ты здесь, — тихо прошептала она. — Ты жив…

— Я обещал, — улыбается в ответ он. — Я обещал, что вернусь…

Тут она заметила, что он тихо оседает на плиты — и едва успела подхватить его голову, чтобы он не стукнулся ею об камни. Затем она перевела взгляд ниже — и наткнулась глазами на его страшную рану. Что это значит? Не может быть!

— Нет! — разнесся ее пронзительный крик. — Каору!

Глава № 19

Сердце

Мечислав вышел из комнаты в Башне Целителей, где сейчас лежал Каору. Лала сразу же вскочила на ноги.

— Что с ним? — пронеслась по коридору ее встревоженная мысль. — Он будет жить?

Мечислав только покачал головой, прикрыв глаза — и у Рилири что-то защипало в горле.

— Его сердце не сможет работать, — ответил вампир. — Сейчас он еще держится на заклинаниях, поддерживающих жизнь. Но это будет продолжаться только до того, как целитель, держащий заклинание, потеряет контроль над ним. Иными словами, у Каору есть еще два… ну, максимум два с половиной часа. Новое же сердце нам взять неоткуда, — опустил он голову, — просто нет желающих отдать свое.

— Есть, — тихо, но четко произнесла Рилири, отчего все обернулись на нее. — Рьеро, помнишь, что ты говорил про свою философию?

— Жить так, будто каждый день, — не задумываясь, ответил рыжеволосый, — последний.

Тут глаза его расширились, и он дико посмотрел на нее, поняв ее замысел.

— Нет! — закричал он, рванувшись к ней. — Не смей! Ведь тогда ты…

— Твоя философия прекрасна, — спокойно произнесла девушка, — но ты ей не соответствуешь. Ты думаешь, будто только ты соответствуешь ей… и ошибаешься. А что я умру, то я прекрасно понимаю. Но именно это я и сделала бы, если бы этот день был моим последним.

— Я не стану проводить это исцеление, — отвернувшись, сказал длиннозубый. — Я все же частично целитель, а мы давали клятву: "Не убей живое существо, имеющее душу". Ни один целитель не станет этого делать.

— Вот значит как, — тихо сказала волшебница. Она обошла его, встала перед ним… и отвесила ему полновесную затрещину, из-за чего тот еле удержался на ногах. Помотав головой, он с удивлением посмотрел на беловолосую девушку.

— Тогда я попрошу, чтобы ты подсказывал кому-нибудь, как извлечь у меня сердце, — холодно и спокойно сказала она, — и приживишь его Каору. Кто поможет?

— Я, — тихо сказала Эалэ, вставая со своего места. — Я понимаю, что легче тебя убить, чем переубедить… поэтому я помогу.

— Вот и хорошо, — повернулась к ней девушка. — Спасибо тебе, Эалэ. Ты очень добрая и сильная.

Эльфийка, казавшаяся до того надменной и высокомерной, вздрогнула. Явно ей такого еще никто не говорил…

Эалэ, как и Мечислав, стояла в той самой комнате, где лежал Каору. Но теперь на соседнем столе лежала еще и Рилири, и сердце эльфийки тревожно билось.

Никогда еще она не видела, как можно жертвовать своей жизнью — а сейчас она собиралась отнять жизнь такого человека. Еще ни один эльф так не делал… может, потому, что эльфы — бессмертны, и им не надо торопиться умирать, вследствие чего у них и не получается так поступить.

А сейчас она держит в своих руках жизни двух людей — и она может спасти одного из них и обречь на смерть другого. Можно, конечно, сейчас погрузить девчонку в сон и подождать, пока Каору умрет. Но…

Эта девушка — великий человек. Среди ее, Эалэ, народа ходят легенды о таких существах — и в них говориться, что невозможно не исполнить их волю. Потому, что они — великие. Раньше она не могла понять этого… но теперь, столкнувшись с таким, понимала. Сейчас, прямо перед ней, рождалась новая легенда…

— Эалэ, ты готова? — спросил зеленоволосую эльфийку Мечислав. — Если ты не можешь…

— Нет, все в порядке, — мотнула головой она. — Я могу.

Рьеро сидел, спрятав лицо в ладони. Темный, ну почему он не сумел ее отговорить? Почему она должна умереть?

Когда он впервые увидел ее, она показалась ему жестокой и хладнокровной — почти такой же стервой, как Эалэ. Но теперь… Темный ее побери, почему?

Дверь в их комнату отдыха, где он сидел, распахнулась — и зашел Магистр Диллен. Вслед за ним вошел второй человек, но уже в белом плаще и с черными волосами. С первого взгляда рыжеволосый не узнал его — зато стоило только кинуть второй взгляд, и парень тут же узнал их гостя. Перед ним стоял Великий Инквизитор Заарры — отец Рилири, Алистер Рийо.

— А где все? — несколько растерялся старик. — Вроде бы сейчас все свободны от заданий.

— Магистр, вы просто только что вернулись, — горько усмехнулся Рьеро. — Всем нашим сейчас не до отдыха.

— А что такое? — удивленно поднял бровь Магистр.

— Каору вернулся с задания на грани смерти, — нехотя пояснил молодой маг. — Ему нужно было пересадить от кого-то сердце… и Рилири отдала свое… Мечислав и Эалэ сейчас проводят операцию.

— Нет! — диким голосом закричал инквизитор. — Где это? Умоляю вас, отведите меня туда!

— Да, конечно, — торопливо кивнул седой маг. — Пойдемте быстрее!

Они оба пулей вылетели из комнаты — и Рьеро, движимый непонятно чем, помчался за ними. Неужели у Ри появился какой-то шанс? Если это так… то ты есть, Созидающий! Ты есть!

Двое магов и инквизитор довольно быстро добежали в Башню Целителей. Там, у дверей той комнаты, все еще сидела вся команда.

— Вы не знаете, жива ли еще Рилири? — первым делом спросил Алистер у ребят, сидящих под дверью. — Умоляю, мне очень надо это знать!