Бабочка, выкованная из стали - Екатерина Николаевна Островская

Игорь пожал плечами, словно не опровергал, но и не мог подтвердить. Показал глазами на бутылку и сказал, что пятница, разумеется, хороший день и двести граммов раз в неделю навредит мало, но здоровья точно не прибавит. Он и в самом деле хотел сейчас только одного — поскорее уйти, потому что уже начал тревожиться. Понятно, что он, потерявший голову от счастья, не взял номер ее телефона. Но ведь и она тоже не поинтересовалась его телефоном и свой номер не оставила. Впрочем, найти ее не составит труда. Он знает дом, в котором Лена живет, подъезд, а там уж любой укажет ее квартиру, потому что, во-первых, она — симпатичная и приметная, а потом еще совсем недавно у нее была большая лохматая собака. И если какого-то жильца соседи вспомнить не смогут, то обладателя крупной собаки знают все.

Гончаров смотрел, как разливают виски. Но думал не о том, что происходит рядом с ним, он торопился теперь, и ему было неловко оттого, что казалось: все замечают эту спешку и его растерянность. Он выпил вместе со всеми, пожал руку каждому, но все машинально, без каких-либо эмоций. Попрощался и поспешил домой практикант. Налили еще по трети стаканчика, кто-то предложил тост за новые машины. Игорь снова кивнул. Но от него ждали не кивка, и он опомнился.

— Надо определиться, что из вас каждый хочет, — сказал он, — какую машину.

— Так мы решили взять одинаковые тачки, — доложил капитан Иванов. — У меня сосед — директор салона «Форд», и я с ним уже договорился на пять крутых «Мондео» почти по цене «Фокусов». Модель ультра-комфорт… Двухлитровые движки, кожа, разгон до сотни за шесть с половиной секунд… Камеры кругового обзора. Нам обещали установить еще рации с ментовской волной, как на оперативных машинах. Правда, каждая тачка стоит почти сорок тысяч баксов.

— Оформляйте, — кивнул Гончаров, — я оплачу, то есть мы оплатим.

Иванов посмотрел на него внимательно:

— Командир, с тобой все нормально?

Игорь кивнул, поднялся, хотел сказать что-то, но вдруг забыл, что именно.

— Мне надо срочно быть дома, — наконец произнес он, понимая, что все, что занимает его сейчас, наполняет целиком, не оставляя места ничему другому — это тревога, необычайное волнение за судьбу девушки, которую он едва знал еще совсем недавно, но которая вдруг стала так близка ему.

Он вышел из здания РУВД и увидел практиканта, который явно поджидал его.

— Ты меня ждешь? — поинтересовался Игорь. — Если хочешь, могу подвезти.

Петя задумался, а потом кивнул. И только сев в машину, произнес:

— Мама хочет пригласить вас в гости, ведь вы с папой дружили, а потом вдруг перестали к нам приходить.

— Во-первых, не вдруг перестал, — напомнил Гончаров, — твоя мама пошла в городское управление работать секретарем к Корнееву, а у меня с ним не очень хорошие отношения. Конечно, она не сразу к нему пошла, а тогда, когда Корень в высокое кресло сел, но все же. Потом работы у нас тогда было столько, что я домой-то иногда не успевал забегать: на раскладушке в кабинете ночевал. Но сейчас зайду к вам как-нибудь. Теперь у меня времени куда больше… Кстати, ты у нас почти хакер, и потом у тебя какой-то твой приятель, как ты говорил, компьютерный гений. А мне срочно надо найти одну девушку… Она пропала… может, и не пропала, конечно, но мне как-то тревожно за нее, потому что она полезла в одно дело… То есть хочет разобраться с тем, что и мне, скорее всего, не по плечу. Пока едем, попробуй мне найти телефон одного человека… Хотя я не знаю ее отчества…

— Можно выяснить место ее проживания и вычислить по сделанным ею звонкам.

— Я подожду, а пока найди мне телефон другой женщины.

— Людмила Федосеевна, подполковник полиции Гончаров вас беспокоит. Не могли бы найти полчасика для встречи со мной?

— Я даже не знаю, когда смогу. Времени катастрофически не хватает ни на что… А на какую тему вы хотели бы поговорить со мной? Сейчас уже вечер, а завтра выходной…

— Меня интересует Лена Смирнова. Вы ведь знакомы с ней.

— Какая Смирнова? Ах, Леночка! Не просто знакома, я к ней как к родной отношусь. А что с ней не так? И почему Леночкой интересуется полиция? Что-то случилось?

— Будем надеяться, что ничего не случилось. Просто она попросила помочь в одном деле. Мы договорились о встрече, но она так и не появилась. А ведь предупреждала, что это очень важно для нее.

— А я-то чем могу помочь?

— Лена просила помочь разобраться с делом Дроздова. Она сказала, что Владимир Петрович тоже не чужой вам человек.

— Не чужой, — согласилась Полозова, — и мне бы очень хотелось, чтобы он скорее оказался дома. Я и сама пыталась помочь, но моих сил не хватило… Если честно, то я просто в отчаянии…

— Так давайте объединим наши усилия.

— Я не против, только что мы можем? Я полицейских генералов просила, а вы — кто? Подполковник? Лену найти не можете, говорите, что она не пришла на встречу. А вы не пробовали ей позвонить?

— Она продиктовала мне свой номер, я записал на листочек, а теперь его не могу найти. Если вы дадите мне ее номер…

— Дать номер — не проблема. Только откуда мне знать, кто вы. Сказали, что из полиции, но я не видела вашего удостоверения. Давайте я свяжусь с ней сама, спрошу разрешения дать вам ее номер, и если она согласится, то…

Через несколько минут Полозова перезвонила:

— Связаться не смогла, но, если вы действительно полицейский, разве вам неизвестно, что со мной произошло сегодня утром?

— Известно, разумеется. И я очень рад, что вы живы и здоровы.

Но Полозова, возможно, и не услышала его слов, потому что тут же пошли гудки.

А ведь он знал, с чего надо было начинать поиски.

Игорь поднялся на крыльцо дома, в котором проживала Лена, и нажал кнопку переговорного устройства.

— Вы к кому? — донесся из динамика женский голос.

— К вам, — решительно произнес Гончаров и поднес к