Бабочка, выкованная из стали - Екатерина Николаевна Островская

возвращались к Лене, к тому, что произошло ночью… Он смотрел на парня, следил за мимикой его лица с таким равнодушием, как будто за всем происходящим наблюдал другой человек, а не он. Но это не удивляло, словно так и должно быть…

— …там теперь взрывотехники работают.

— Где? — не понял Гончаров.

— На месте покушения, — ответил Петр. — Поскольку покушение осуществлялось общественно опасным способом, с использованием взрывчатых средств, то этим занимается ФСБ.

— Так на кого покушались? — удивился своей рассеянности Игорь.

— На ректора Промтеха. Участковый Шишкин, который к нам собирается переходить, сказал, что вы как раз Промтехом интересовались. И вот такое совпадение.

— Ректор жив?

— Жив и здоров, но пострадала проректор. Он дал ей свою машину, чтобы она поехала в Тихвинский филиал. Только к машине подошла, и тут сразу взрыв. С ней ничего — легкая контузия. А вот водителю досталось больше. Его госпитализировали…

— И что говорят?

— Ничего. Вся информация закрыта. Это же ФСБ. Но в Сети уже появились фотки. Студенты постарались. Снимали из окон, потом все вывалились к главному входу, охрана организовала оцепление… Я видео посмотрел. Толпа беснуется, все хотят прорваться, чтобы нащелкать фоток побольше, толкаются, радуются чему-то. Но взорванную машину я все-таки увидел. Не так чтобы очень пострадала, но ремонтировать ее вряд ли будут, как мне кажется. А еще мне думается, что там было установлено безоболочковое устройство с взрывчатым веществом, граммов двести или триста тротила.

— Ты в этом хорошо разбираешься?

— Нет, но…

— Не надо ничего предполагать: в гранате «РГД-1» взрывчатого вещества сто десять граммов. Разлет осколков до тридцати метров. Так что этой проректорше еще повезло… Как ее фамилия?

Практикант пожал плечами, а Гончаров понял, что мог бы не спрашивать: ясно и так, кто этот проректор. А если это Полозова, то, возможно, это каким-то образом связано с делом бывшего ректора.

— Ипатьев со съемочной группой на место приезжал, — продолжал докладывать практикант, — так что вечером в своей программе что-нибудь обязательно покажет. Ему снимать разрешили почему-то. Хотя, с другой стороны, там студенты столько наснимали, что телевидению уже делать нечего…

Игорь достал телефон, опять собираясь позвонить Лене, но снова вспомнил, что номера ее мобильного у него нет. Он ушел сегодня на работу, оставил ее в своей квартире, не сомневаясь, что она дождется его. Даже на свой городской номер звонил сегодня, но она не подошла к телефону. Почему он так решил, ведь она ничего не обещала? Они не договаривались встретиться сегодня вечером — само собой, встретились бы и без договоренностей, а как же иначе? Не запирать же любимую девушку, хотя замок в двери его квартиры такой ненадежный…

— У нас как дела? — поинтересовался Гончаров. — То есть как дела в отделе?

— Все по-прежнему: ребята на выезде, а я на подхвате, если что, вызовут. Сегодня же пятница — подведение итогов, посидим вечерком и обсудим.

Это тоже не понравилось подполковнику: еще бы, какой-то практикант, пусть даже и сын погибшего друга, напоминает ему о традициях убойного отдела и называет опытных оперов запросто и по-свойски — «ребята».

Глава шестая

По пятницам запирались в общем кабинете отдела, накрывали стол, выставляли пару бутылочек и на пятерых под разговорчик и под закусочку не спеша приговаривали их. Эта традиция называлась подведением итогов за неделю, и родилась она задолго до того, как Гончаров появился в отделе. Тогда его задачей, как самого молодого, было пробежаться по ближайшим магазинчикам и накрыть на стол. Будущий генерал, а тогда просто коллега Корнеев так и говорил: «Давайте пустим Гончего по кругу». Гончарову быть Гончим не особо нравилось, но потом Корнеева взяли в городское управление, затем погиб начальник и друг капитан Грицай, начальником убойного неожиданно назначили Игоря. После этого по кругу никто не бегал, и все необходимое закупалось заранее. И все-таки по пятницам проходила не просто пьянка — и в самом деле подведение итогов с планированием необходимых мероприятий. Совмещение, как говорится, полезного с приятным…

В убойном было пятеро сотрудников, включая начальника; теперь осталось четверо, практиканта Петю в расчет не брали: он не пьющий совсем, к тому же Гончаров хорошо был знаком с его мамой и не хотел потом выслушивать ее упреки. Кроме того, Петя — практикант и если он пришел учиться оперативной работе, то необязательно сидеть со всеми за столом. Для себя Гончаров считал традицию уже завершенной, то есть он, конечно, мог по старой памяти зайти в кабинет в любой момент и посидеть с ребятами, но пойдут по управлению разговоры, что новый заместитель Жаворонкова фамильярничает с личным составом и даже распивает с операми спиртные напитки, что непозволительно для руководителя, стремящегося к достижению строгой дисциплины в подчиненной ему структуре органа внутренних дел.

Так-то оно так, но сегодня обязательно надо было пообщаться с ребятами на серьезную тему. Месяц прошел, как они взяли общак банды, который так упорно разыскивал генерал полиции Корнеев[10]. Точнее, взял его Игорь в одиночку: почти семь миллионов долларов — огромная сумма. Ребятам сказал, что всё пойдет в фонд, который они откроют, пообещав каждому новый автомобиль. Фонд открыли и даже купили дом под Гатчиной для семьи погибшего участкового Денисова. Но вот миновал месяц, как он пообещал подчиненным новые автомобили и не сдержал своего слова. Ребята молчат, но ведь наверняка помнят, что им обещано…

До конца рабочего дня было еще много времени, но Гончаров не выдержал и отправился домой. В квартире было чисто и пусто: никакой записки, ни оставленного номера телефона — все выглядело так, как будто ветер перемен заскочил в открытое окно, навел порядок и исчез в неизвестном направлении.

Стол был накрыт, но без бутылок, словно коллектив намекал начальству на ожидаемый серьезный разговор. Возможно, что-то было спрятано в ящиках стола, но Гончарова это уже мало волновало. Он достал из принесенного пакета бутылку «Бурбона», которую ему вручил адвокат, выставил на центр стола, объявив:

— Это за мое новое назначение. Я с вами пару рюмочек и завязываю. Не потому, что каким-то большим начальником стал, а просто у меня вроде как жизнь меняется.

— Неужели нормальную девушку встретил? — догадался