На страже тишины и спокойствия: из истории внутренних войск России (1811 – 1917 гг.) - Самуил Штутман

Обладание независимой от военного ведомства своей вооруженной силой удовлетворяло и министра полиции А.Д. Балашова. Однако из государственных соображений решено было покончить со сложившейся децентрализацией в управлении местными формированиями и подчинить их одному организующему центру в составе Военного министерства, осуществив одновременно ряд важных реорганизаций и преобразований. Но это был только первый шаг.

Интересно отметить, что процесс реорганизации местных сил шел одновременно с формированием армейских резервов, что соответствовало сложившейся обстановке и отражало заботу об усилении внешней и внутренней безопасности государства.

17 января по представлению военного министра издается указ о формировании новых полков на базе гарнизонных батальонов. В представленном Барклаем-де-Толли соображении на сей счет затрагивались именно две проблемы: пополнение полевых войск и укрепление внутренней безопасности, причем, и то и другое решалось во взаимосвязи и взаимодействии. Из 52 батальонов выделялось по три роты, укомплектованные наиболее физически крепким составом (156 рот), из которых сформировано 39 пехотных батальонов или 13 армейских полков. Оставшиеся 52 роты соединились с губернскими ротами в двухротные гарнизонные полубатальоны, предназначенные для несения внутренней службы, и были переданы в военное ведомство. «Сим образом, – говорилось в документе, – составленные двухротные внутренние полубатальоны, находясь в совершенном воинском ведении и порядке, будут отправлять все то служение, которое для охранения внутреннего спокойствия нужно, как-то: содержать при разных городах караулы, провожать и передавать одна другой рекрутов, водить колодников и действовать по требованиям гражданского начальства на поимку воров, истребление разбойников и восстановление нарушенного порядка в селениях». Далее разъяснялось к каким результатам приведет данная реорганизация: «Последствие сего устройства, коих пользу, при самом предположении его, предвидеть уже можно будет, следующее: 1-е. Действующая армия, без набора рекрутов, усилится13-ю новыми полками; 2-е. Внутренние губернии вместо ныне существующих губернских рот приобретут на охранение их порядка в лучшем виде устроенного войска 17-ти тысяч человек; 3-е. Действующая армия, не имея более нужды определять отряды для посылки в губернии за рекрутами, коих доставление отправляться будет внутренними полубатальонами, сохранит во всей целостности ту важную часть силы, которая на сие употребление доселе расточалась»27.

В связи с этим последовал указ «О формировании из гарнизонных батальонов 13 пехотных и егерских полков», который на основании высочайшего рескрипта на имя военного министра от 16 января и приказа от 17 января, адресованного генералам от инфантерии Голенищеву-Кутузову и Дохтурову, генерал-лейтенантам Эссену 1-му, Дюку де Ришелье, графу Витгенштейну и Штейнгелю, а также великому князю Константину Павловичу, определил порядок реализации решений, изложенных в упомянутых документах28:14 и 29 марта т. г. Военное министерство разработало проекты распределения внутренних гарнизонных полубатальонов по бригадам и округам. В апреле 1811 г. эти предложения были оформлены указом императора29. Принятие окружного построения системы управления – факт замечательный. В армии подобный способ был принят только через пятьдесят с лишним лет.

Следующим весьма важным решением был указ от 27 марта 1811г. «О устройстве инвалидных рот и команд и составлении из них подвижных инвалидных рот и служащих инвалидных команд»30. Все состоящие в ротах и командах инвалиды отныне назывались военными инвалидами, они разделялись на три рода: подвижные, служащие и неспособные. Первые составили 35 рот, из которых 18 распределись в армию для обслуживания госпиталей. Неспособные инвалиды содержатся по правилам, установленным в 1764 г., живут на обывательских квартирах, но в течение трех лет обязываются поселиться в отведенных им местах. На обзаведение они получают от казны 50 рублей единовременно, им выделяются земли под постройку дома и для огорода. Они распределяются по уездным городам. Из служащих инвалидов в тех же городах формировались команды в составе двух обер-офицеров (один из них командир), пяти унтер-офицеров, 40 рядовых и одного барабанщика. Они подчинялись командиру гарнизонного батальона, исполняя внутреннюю службу в уездах. Указ предусматривал механизм вовлечения инвалидных подразделений в процесс формирования гарнизонных батальонов.

1. Уездные штатные команды присоединялись к губернским ротам, составляя вместе с ними третьи гарнизонные роты при образовании гарнизонных батальонов. Формирование этих подразделений проводилось согласно подробно составленному документу: «Расписание губерниям, сколько какая имеет уездных городов, какие роты и команды поступают на сформирование в них третьих гарнизонных рот, в каких не назначается иметь гарнизонных губернских батальонов и почему и какие штатные команды входят в состав служащих инвалидов». Документ представляет собой большую таблицу, где перечислены 49 губерний с обозначением числа уездов в каждой (всего по нашим подсчетам 346) и указаны все или частично находящиеся в уездах штатные команды, которые поступают на формирование гарнизонных рот в губернских городах.

2. Инвалидные роты и команды распределялись по назначению согласно «Расписанию инвалидным ротам и командам, где какая должна оставаться или куда имеет следовать на составление подвижных и служащих инвалидных команд и губернских гарнизонных батальонов»31. По этому документу из 87 инвалидных рот составлялись 18 подвижных инвалидных рот и 23 команды, а остальные были употреблены на комплектование губернских гарнизонных батальонов. Подвижные инвалидные роты были укомплектованы и оставлены: при гвардейских полках – четыре роты, в Гатчине – две роты, в Павловске – одна рота, в Свеаборге – одна рота; при оружейных заводах: Сестрорецком – одна рота, Тульском – одна рота; на фабриках: Екатеринославской – одна рота, Александровской мануфактуре – четыре роты и др.

Конечно, по тому времени это был тщательно продуманный грандиозный проект. Перемещение такого количества рот и команд требовало большой организационной подготовки. Штатные команды выводились из уездных городов и присоединялись к губернским ротам в губернских городах, на их место в уезды направлялись сформированные инвалидные роты; губернские роты, составив вторые роты, соединялись с четвертыми ротами из бывших 52 гарнизонных батальонов (первые три роты которых пошли на формирование 13 полков для армии) для формирования сначала двухротных внутренних полубатальонов (их еще называли гарнизонными на внутреннем положении полубатальонами), наконец, штатные уездные команды, соединившись в губернских городах, составили третьи роты, которые вливались в полубатальоны, превращая их, тем самым, в трехротные батальоны.

Организацией всех этих мероприятий занимались военное ведомство, Министерство полиции и в определенном отношении МВД, губернаторы, генерал-губернаторы, Министерство финансов, Государственный совет.

Таким образом, указы от 16 и 17 января, 14, 27 и 29 марта, а также апрельский 1811 г. подготовили почву для радикального решения проблемы о новой постановке всего дела внутренней службы в империи. Разумеется, реализация императорских решений заняла определенное время, формирования и переформирования продолжались в течение 1811 и 1812 гг. Иногда при этом сталкивались, с одной стороны, не безграничные финансовые возможности государства, с другой, – стремление сохранить и даже усилить военную охрану производств, дворцов. Например, для охраны дворцов еще при Екатерине II была создана особая из отставных военнослужащих команда, под названием «Отряд дворцовых домов» в С.-Петербурге; в Москве для охраны Кремля содержалась особая рота, которую Павел I заменил инвалидной командой. Между тем, как видно из справки главноначальствующего кремлевской экспедицией д.т.с. сенатора Валуева от 4 мая 1811 г., для охраны Кремля требовалось 136 человек (46 постов)32.

Возник тогда же вопрос о необходимости охраны Павловской казенной суконной фабрики, поскольку было велено снять предназначенную для этой цели инвалидную роту. Возглавлявший кригс-комиссариат генерал Татищев обратился по этому поводу к военному министру 23 мая 1811 г. с письмом, в котором утверждал, что фабрика «должна быть оберегаема не иначе как посредством воинской команды, и притом положение самих фабричных и крестьян Павловской волости требует особого надзора»33 Сокращение инвалидных рот всполошило многих. На имя Александра I поступили письма о необходимости сохранять караулы при Шлиссельбурге, Ораниенбауме, на Ижевском оружейном заводе. В связи с этим государь вынужден был издать повеление: сверх 35 подвижных инвалидных рот иметь еще пять: в Ораниенбауме, в Петергофе и Москве (для караулов при дворцовых строениях и садах), при 2-м кадетском корпусе («для прислуги дворянам военному искусству обучающимся»), при Павловской суконной фабрике и Ижевском оружейном заводе («как для караулов, так и для надзора за мастерами »)34.