Лекции по юнговской типологии: Подчиненная функция. Чувствующая функция - Мария-Луиза Франц

Я могу привести вам пример того, как такая связь работает. Одна женщина-интуитив должна была переслать мне письмо с приятными новостями, но, будучи очень ревнивой, куда-то его засунула. Теперь ответьте на вопрос: то ли это подчиненная функция заставила ее потерять письмо с хорошими новостями для меня, то ли это сделала ее интригующая ревнивая тень? Обе! Интригующая ревнивая тень подчинила ее волю через подчиненную функцию. Вам никогда не удастся загнать такого человека в угол; остается только сказать: "Ох, это ваше подчиненное ощущение, давайте забудем об этом". Но приведенный пример — довольно типичное явление, когда тень, негативный импульс, проникает в подчиненную функцию. Я припоминаю случай с одним мужчиной чувствующего типа, испытывавшим ужасные муки ревности из-за того, что дама, к которой он проявлял интерес, чрезвычайно увлекалась Юнгом. Поэтому этот джентльмен считал, что его чувствами пренебрегают. Стоило ей не взглянуть на него, как ревность сразу пронзала его сердце. Долгое время он не мог перебороть себя. В конце концов, он написал книгу, направленную против психологии Юнга, полную ошибок и искаженных цитат. В ней он предложил "новую, лучшую философию". Как вы видите, на уровне чувства — его ведущей функции — этот человек не мог совершить столь неблаговидный поступок, не мог атаковать Юнга непосредственно как личность, ведь его чувство было слишком дифференцированным. Он ясно понимал, что Юнг, который никак не мог помочь женщине справиться с ее увлечением, вообще не имел с этой историей ничего общего. В связи с этим несчастный не испытывал к самому Юнгу никаких недостойных чувств. Но его подчиненное мышление нашло мотивацию для не совсем достойного поведения, в которой не было ничего, кроме жуткой ревности, и по этой причине он сочинил эту удивительную чушь. Он даже оказался не в состоянии правильно воспроизвести цитаты — настолько был ослеплен своим теневым импульсом. Теневые импульсы, деструктивные импульсы, ревность, ненависть и т. п. обычно проникают в психику человека через подчиненную функцию, потому что это наше слабое место, здесь мы не можем управлять собой, оказываемся не в состоянии осознавать значение своих поступков. Следовательно, именно из этого угла нас атакуют разные деструктивные или негативные устремления. Вы можете сказать, что дьявол взаимодействует с четвертой функцией и через нее проникает в человека. Если выражаться на языке средневековья, можно сказать, что дьявол хочет уничтожить людей и будет всегда пытаться добраться до вас с помощью вашей подчиненной функции. Четвертая дверь в вашу комнату — это дверь, в которую входят и ангелы, и дьяволы!

Джеймс Хиллман

Чувствующая функция

James Hillman. The Feeling Function. 1971

Представленные главы представляют собой записи лекций, прочитанных в течении 1962-63 гг. в Лондоне, Бостоне и Хьюстоне на тему «Чувство», а затем в Институте К.Г.Юнга в Цюрихе в течение летнего семестра на тему "Чувствующая функция".

Глава 1. Введение в историю вопроса

Функция — это деятельность, работа, процесс. Само слово происходит от латинского fungi, fungor (исполнять), а его санскритский корень (bhungj) означает «удовольствие». Латинское functus тоже ассоциируется с удовольствием. Выполнение определенной функции доставляет удовольствие, как и исполнение физических упражнений и вообще занятие любой деятельностью, в которой человек проявляет свою силу и умение.

Юнг использует термины «функция» и «орган» так, как их используют в физиологии: каждый орган выполняет свойственные ему функции. Но при этом он настаивает на том, что по отношению к органу функция является первичной, ибо, как сказал Аристотель в своей «Этике», мы становимся добрыми, творя добро. И навыки мы приобретаем, выполняя работу. Я упоминаю об этой стороне функции, дабы читатель все время помнил, что относительно унифицированный, последовательный и привычный способ исполнения сам по себе доставляет удовольствие и вызывает желание его применять. Поскольку функции могут быть поняты только в процессе их развития, в юнговской психологии они определяются как функции сознания. Функции участвуют в развитии сознательной личности, формируя роль, которую играет эго, — его согласованность, его привычки, единство и память, свойственный ему способ выполнения действий. Функции играют роль и в направленности сознания, показывая, как оно действует, как проявляет свой смысл, реализует свои намерения, выражает свой характер.

Функции формируются у индивида позднее комплексов. Комплексам также присущи привычные реакции — нажмешь на ту же кнопку, получишь тот же ответ. Однако классически в теории Юнга дифференциация чувства, отлившая эту функцию в приемлемые формы, которые и теперь мы считаем этически правильными, эстетически приятными и благопристойными. Другими словами, наши понятия о "чувстве прекрасного" во вкусах или о глубоком "религиозном чувстве" во многом являются результатом развития исторического процесса.

В восемнадцатом веке писатели и поэты стали увлекаться изысканными подробными описаниями состояний чувства. Во времена Романтического периода, последовавшего сразу за Возрождением, появились утверждения типа: "чувство — это все" или "красота — это истина". Мало от всего этого осталось в наше время и в философии, и в психологии, а литература занимается более грубыми страстями, описывая их гораздо примитивнее или с бесчувственным равнодушием обезличивая героев. Психотерапия и некоторые новые направления в теологии, похоже, остаются единственными областями, где сейчас чувству отводят достойное место и даже почитают его как цель жизни.

Для рассмотрения исторического развития чувствующей функции как концепции следует обратиться к трудам философов. Ведь психология вышла из философии; эти две науки исторически разделились совсем недавно. Платон, Аристотель, схоласты, Декарт, Спиноза, Юм, Кант — все они занимались проблемами эмоциональной жизни и рассматривали их как важнейшую часть своих философских учений. Действительно, старая гуманистическая традиция всегда была связана с пониманием чувств человека, и современный раздел между естественнонаучными и гуманитарными дисциплинами, главным образом, определяется тем, какое место отводится в них чувствующей функции, которая не соответствует сегодняшней парадигме естественных наук. Теоретическая и клиническая психология в своем стремлении к научности и объективности, игнорируя свои исторические корни, уходящие в философию и теологию, рискуют утратить связь с человеческим чувством. Психопатология, как и научные или медицинские подходы, используемые в клинической практике, играют далеко не первую роль в клинической психологии. Чтобы понять чувствующую функцию, следует начать с изучения материалов, появившихся задолго до того, как современная психиатрия начала описывать специфические проблемы, связанные с этой функцией. Мы должны, прежде всего, обратиться к гуманизму философов и эссеистов, писателей и драматургов, богословов и мистиков, занимавшихся вопросами морали, а не к концепциям современных психологов.

Концепция чувства как отдельного свойства психического появляется в современных воззрениях в университетской психологии восемнадцатого века. Тогда в психике выделяли три отдельных свойства: мышление, желание и чувство. Возможно, историки когда-нибудь подробнее расскажут нам о рождении в восемнадцатом столетии концепции чувства, ведь оно в то время носилось в воздухе: вспомним интроспективный пиетизм, Руссо, сентиментальные романы и модное слово «сентиментальный», культуру и этикет королевских дворцов, городов, салонов и кофеен, утонченность литературного языка и интерес к акцентам и интонациям речи, развитие музыки, зарождение Романтизма, энтузиазм революционеров и религиозных реформаторов. В то же самое время концепция чувства как отдельного свойства психического входит в психологию как равноправный элемент в триаде мышления, желания и чувства — такое разделение на три части до сих пор формирует каркас университетских курсов психологии на Европейском континенте. Для описания отдельного свойства психики термин «чувство» был впервые введен Мозесом Мендельсоном в 1766 году. А в 1755 году он уже написал: "Wir fuhlen nicht mehr sobald wir denken" ("Мы перестаем чувствовать, как только задумываемся" — Philosophische Schriften, 1,9). В описании чувствующей функции Юнга можно найти идентичное по сути утверждение.

Слово «feelings» (чувства) стало употребляться в английском языке для обозначения эмоций, симпатий и восприимчивости в 1771 году. Это было время, когда чувства имели примерно такое же большое значение, как и в наши дни. Каждый говорил о состояниях своей души как о чувствах. Чувствующая функция завоевывала новые слова. Вошли в язык слова «интересный» и «скучный», причем первое пришло из появившегося в 1768 году "Сентиментального путешествия" Стерна. Смит отмечает появление в восемнадцатом веке в английском языке также слов "ennui, chagrin, home-sickness, diffidence, apathy"[3] и начало употребления для описания внутренних переживаний слов "excitement, agitation, constraint, embarrassment, disappointment"[4] (L. P. Smith, The English Language, London). Как указывает Перселл Смит, это вовсе не означает, что люди до восемнадцатого столетия не испытывали тоски по дому или апатии, не обладали чувствами и эмоциями, не были сентиментальны, но это было время в психологической истории, когда сознание начало отражать чувства в такой форме. Кроме того, тогда же, в конце восемнадцатого столетия, в названиях учебников появилось слово «психология». Различие между более старым набором слов, употреблявшихся для описания чувств, и современным (из которого и родилась психология), заключается в перенесении описаний чувства из внешних проявлений ("злобный", «мрачный», "милосердный") во внутренние.