Пожиратель душ в Оксфорде - Нэнси Уоррен

и оружие. Маргарет Прут брала слишком высокую плату за свои услуги, однако что-то подсказывало мне, что она дала мне действительно сильное средство.

Я взглянула на часы. Половина девятого. Я как следует подкрепилась, и на полный желудок мир казался куда менее жутким. Я даже могла заняться чем-то столь обыденным, как дела в магазине рукоделия.

– Мне пора домой. Хочу почистить зубы перед тем, как открыть магазин.

– Хорошо, – кивнул Рейф и поднялся.

Я достала кошелек, чтобы оплатить счет, но вампир остановил меня.

– Я угощаю.

Я бы возразила – он ведь и крошки не съел! Однако Рейф был старомодным, аристократичным и очень богатым. Я позволила ему взять счет на себя.

Вампир довез меня до начала Харрингтон-стрит. Я была ему благодарна за это: не хотела, чтобы мои родители или кто-то еще увидели, как меня высаживает у дома какой-то мужчина.

Я собиралась обогнуть здание и войти сразу в квартиру – и тут заметила, что в магазине горит свет. Неужели родители забыли выключить его после встречи с аспирантами? Я зашла в магазин, чтобы погасить его, – и услышала бодрый голос:

– Доброе утро!

Я чуть из собственной кожи не выскочила!

– Эйлин, как вы меня напугали! – выдохнула я, схватившись за сердце.

– Я предупреждала, что приду пораньше, помните? Мой автобус приезжает в восемь двадцать.

Женщина сидела в кресле для посетителей и вязала небольшую куклу.

– Точно, вспомнила. – Я понаблюдала за тем, как она творит крючком настоящую магию, и подошла ближе. – Как красиво!

– Что за душки, не правда ли? Вяжу такие для внучек – они обожают играть куколками. Иногда я делаю и небольших зверюшек. Отличный способ использовать остатки клубков!

Пухлое маленькое тельце куклы было синим, волосы – желтыми. Вместо глаз у нее были пуговицы, а чуть ниже Эйлин уже вышила нос и рот. Теперь женщина вязала кукле платье. Как хорошо бы корзинка с такими игрушками смотрелась в нашей витрине – вместе со схемами! Надо придумать что-то милое для привлечения покупателей – ведь Нюкты в витрине больше не будет. Меня охватили грусть и злоба. Похититель душ и Маргарет Прут уже столько у меня отняли!

Что ж, мне нужно спрятать проклятое зеркало и почистить зубы, да и душ принять после приготовления зелья не помешало бы.

– Я в квартиру на пару минут. Скоро вернусь!

– Утром вас не было дома, – заметила Эйлин. Она окинула меня осуждающим взглядом.

Я хотела было ответить, что явилась домой в восемь тридцать вовсе не по той причине, которая первой приходила в голову. Однако, во-первых, Эйлин не моя мать. Во-вторых, отговорки только больше убедят ее, что я «гуляю». Поэтому я ограничилась невинной и даже правдивой фразой:

– Да. Ходила на прием.

Эйлин, отложив вязание, встала. Сегодня на ней были синяя юбка, белоснежная блуза, под воротником которой красовалась камея, и синий кардиган сверху, с узором из вязаных цветов. Женщина подошла к кассовой стойке, взяла тяжелую на вид тканевую сумку и протянула мне.

– Раз вы идете в квартиру, может, заодно отнесете еду?

Точно! Сегодня к нам на ужин придут сестры Уотт, а Эйлин, добрая душа, взяла на себя приготовление еды. Я подошла к женщине и, заглянув в сумку, обнаружила внутри большую прямоугольную форму для запекания, накрытую фольгой, хрустальную чашу с трайфлом, салат в пакете и два свежих, еще не остывших багета.

– Поверить не могу! Вы столько для нас сделали! Просто невероятно – правда, впятером мы всё точно не съедим. Не хотите поужинать с нами?

Я втайне подозревала, что Эйлин специально наготовила такую кучу еды, чтобы я пригласила к нам и ее. Наверное, женщине было одиноко: муж умер, внуки подросли.

– Очень мило с вашей стороны! Но, если честно, у меня просто привычка готовить много. Хорошо, когда остается и на завтра, да и вдруг захочется пригласить больше гостей! – Эйлин искоса посмотрела на меня. – Например, вашего молодого человека.

Я не повелась на уловку. Мне совершенно не хотелось обсуждать личную жизнь (или в моем случае ее отсутствие) с новой помощницей.

– Что ж, если передумаете, знайте: у нас много еды и мы будем очень рады вас видеть.

– Спасибо, милая, но я пообещала дочери посидеть сегодня с детьми.

Я отнесла еду в холодильник. Пока меня не было, родители успели проснуться, позавтракать и уйти. Они оставили мне записку: «Милая Люси, нам назначена встреча с утра. Мы пригласили Пита, Логана и Прию на ужин сегодня вечером. Надеюсь, ты не против еще парочки гостей! С любовью, мама и папа».

И как я могла забыть, что родители постоянно подкармливали аспирантов, словно бродячих собак! Они все время приглашали кого-то в гости. Я мысленно поблагодарила Эйлин за то, что она приготовила вдвое больше еды, чем я ожидала. Теперь мне не придется в панике бежать куда-то и покупать что-то еще.

Я редко пользовалась бабушкиной обеденной и даже подумывала переоборудовать ее в домашний кабинет, но теперь была рада, что у нас есть большой стол. За ним могли спокойно уместиться шесть человек, а если его разложить – то и все восемь; именно столько гостей вечером и ожидалось. Замечательно!

Мне было неловко, что моя помощница уже на работе, так что я быстренько сходила в душ и переоделась. Без пяти девять я спустилась в магазин – на этот раз в свитере, который подарила мне Эстер. Эстер была вечным подростком, вредной язвой, однако вязать она научилась отлично – не знаю, от скуки или по просьбе других вампиров. Она сделала мне прекрасный черно-белый пуловер с широким воротником. К нему идеально подходили джинсовая юбка, черные колготки и полуботинки.

Я уже собиралась открыть магазин и тут заметила, что ваза с маргаритками, лавандой и шиповником исчезла. На ее месте стояла другая – красивая, хрустальная, с тремя великолепными розами. Я подошла и понюхала их – аромат был просто восхитительным.

– Какие чудесные цветы!

– Благодарю, Люси. Признаюсь, у меня талант к садоводству.

Я огляделась.

– А где лаванда и маргаритки?

Эйлин чуть сморщила нос, но опомнилась и взяла себя в руки.

– Милая, эти сорняки растут и в канавах, – с кроткой улыбкой ответила она. – Роза же – настоящий цветок, созданный цивилизованными людьми. Если бы Бог хотел, чтобы мы нюхали полевые цветы, он бы сделал нас пчелами.

Логика, конечно, своеобразная. Однако я не собиралась возражать против совершенных, словно купленных задорого у флориста, бутонов. Вместо этого я повернула табличку на двери надписью «Открыто» наружу и отперла замок.

В тазике с пряжей на витрине все еще оставалось углубление, в котором спала Нюкта. Кошка любила нежиться там, принимая очаровательные позы. Меня охватила грусть. Надеюсь, Маргарет будет хорошо заботиться о Нюкте.

Я подошла к витрине и переложила клубки, чтобы так часто не тосковать по кошке.

Тут я кое-что услышала. Я резко подняла голову. Невероятно, но я будто различила знакомое мяуканье! Оно было столь четким, что я даже вышла на улицу и посмотрела по сторонам. Однако моей кошечки нигде не было. Видимо, мне показалось.

К счастью, день выдался достаточно насыщенным, и у меня не было времени скучать по Нюкте. Ну, по крайней мере, не слишком. Эйлин оставалась идеальной работницей и увеличивала продажи, как настоящий профессионал. Одна несчастная женщина пришла всего лишь за спицами покрупнее, а ушла с целым набором, да еще с пряжей и схемами общей стоимостью более сотни фунтов.

Эйлин работала у меня