Последний повелитель Марса (СИ) - Рест Роберт

     Разумеется, мы победили. Выловив почти всех — кроме нескольких, скрывшихся в горах — оставшихся в живых, мы поместили их в загоны, где понуждали к продолжению своего рода самыми разнообразными методами, от прямого насилия до попыток воззвать к разуму. Трагедия в том, что они предпочли смерть единению с нами...

     Все жаждут жить. Как только стало понятно, что мы не можем разводить носителей для удовлетворения своих жизненных потребностей, разгорелась последняя война — иксян с иксянами за обладание последними носителями. Я — тот, кто одержал в ней победу.

     Мы и после этого продолжали искать способ сохранить свои жизни. Вокруг себя вы видите множество иксян. Все они — мои соратники в последних телах марсиан, согласившиеся на унижение неразумностью в надежде на то, что когда решение будет найдено, они обретут новые тела, а с ними вернут своё сознание. Без тела иксянин слаб и способен выжить не более полугода.

     Я отторг собственного носителя несколько месяцев назад, когда почувствовал пришествие слабоумия. Но учёный к тому времени уже завершал свою небесную машину и я верил в то, что он доберётся до Марса прежде, чем я погибну.

     И это произошло! Вы прибыли сюда и отныне у меня во власти! Мой план осуществился и скоро я и мои соплеменники получим новые тела и новый мир!

<p>

<a name="TOC_id20237248" style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium; background-color: rgb(233, 233, 233);"></a></p>

<a name="TOC_id20237250"></a>ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

      где происходит развязка,

      ужасная для одних, но спасительная для других

     На лице Уэллса была ужасная горечь разочарования. Плечи его поникли, он безвольно висел на дюжих лапищах недвижимых змееголовых, как плащ, небрежно брошенный на вешалку. “Что же делать… что же нам делать… мы открыли двери чудовищам.” — едва разобрал я в его невнятном бормотании.

     Каменная статуя начала движение в мою сторону. Я в смятении смотрел, как она медленно приближается — песок скрипел под её массивным подножием, перетираемый в пыль.

     “Теперь, солдат, мы станем с тобой единым целым!”

     Я наконец увидел тварь, которая вела со мной беседу. Более всего иксянин напоминал кобру: шея, раздувшаяся в возбуждении и предвкушении. Зелёные глаза с узким веретенообразным зрачком. Мои кошмары были явью.

     Уэллс вдруг взметнулся:

     — Джозеф! Давайте не допустим этого! Убейте себя, бога ради, любым способом — но убейте!..

     Его равнодушные стражи удерживали его с нечеловеческой силой, их когти впились ему в плечи, раненые кисти рук кровоточили. Я же был не в силах сделать что-либо, удерживаемый своими оковами — даже убить себя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

     Статуя остановилась вплотную ко мне. Тварь раскрыла огромную пасть и медленно, в экстатическом предвкушении, приближалась к моему лицу. Я знал, что произойдёт дальше — Офион лишит меня головы и заполнит моё тело своим поганым естеством.

     — Простите меня за то, что втянул вас в это… — Уэллс плакал, тело его билось в истерике и, кажется, он погрузился в безмерную пучину отчаяния. — Прощайте, Джозеф, друг мой!

     То были его последние слова перед тем, как я плюнул.

     Собрав всю свою, сколько её было, тягучую и горькую слюну с остатками табака, исторг её из себя шумно, дерзко и презрительно, как делают, когда жаждут грязной портовой драки. Комок слюны и табака завершил свой короткий путь, прилипнув к ребристому нёбу чудовища.

     “Что ты сделал?!..” — в его взгляде, казалось, появилось недоумение. Он остановился и замер.

     Вдруг, через мгновения, змеиное тело сотрясла судорога. Он упал на каменный пол и начал корчиться в агонии, свиваясь в кольца и узлы. Голову мою словно разрезал пронзительный вой мириад кошмарных голосов, взывающих, молящих, проклинающих, бессильных. Я вынес едва ли пару мгновений, а затем погрузился в чёрный мрак забытья.

<p>

<a name="TOC_id20237315" style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium; background-color: rgb(233, 233, 233);"></a></p>

<a name="TOC_id20237317"></a>ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

      где друзья становятся друзьями

     Очнулся я от того, что Уэллс неумело хлопотал надо мной. Пытался освободить мои руки от крепкой ленты, но у него это выходило, прямо скажем, не очень хорошо.

     — О, Джозеф, как хорошо что вы очнулись наконец.

     — Джо.

     — Что вы сказали? — брови его поднялись в удивлении.

     — До этого вы говорили, “Джозеф, друг мой”. Друзьям допустимо звать меня просто Джо.

     Он смутился. Оставил свои попытки развязать меня.

     — А я Герберт. Но для друзей, очевидно, Херб. — улыбнулся стеснительно, — Ведь я с самого начала забыл представиться, а вы мне и не напомнили даже…

     — Ну что же, Герберт. Очень приятно. Будем друзьями отныне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

     Я сообщил ему, что у меня нож за голенищем сапога. “Только будьте осторожны, не порежьтесь, доставая его.“ В итоге мы таки справились с моими узами, после чего я смог оглядеться.

     Змееголовые, удерживающие Уэллса, стояли в тех же позах, в каких были, когда я потерял сознание. Казалось, можно вернуть Уэллса обратно и они не заметят его кратковременного отсутствия. Впрочем… им действительно не было дела ни до чего.