Темное наследие I. Там, на неведомых дорожках… - Евгений Панкратов

не знаю. Так, думай голова, шапку подарю… Посулы, видимо, помогли, и голова, давно мечтавшая о шапке, решила, что надо попытаться позвать лесную деву.

— Эй! Красотка, выходи! — прокричал я, а мысленно зачем-то прибавил: «встань передо мной, как лист перед травой!», и «повернись ко мне передом, а к лесу задом»…

Ничего не происходило, Дуб молчал, девушка не появлялась. Ну и не удивительно, это же так в сказках сивку-бурку вызывают и избушку на курьих ножках. А мне-то надо красавицу-девицу подозвать. Как там в сказках? Кажется вспоминаю, надо сказать «выходи», а затем начать перечислять, если старый человек — будешь дядей мне на век, коль старушка — будь мне мать, так и стану величать… ну и так далее. И на нужной фразе тот, кто скрывается обязан выйти. Так — приступим, мысленно потер я руки…

— Выйди, покажись, если ты красна-девица, будем мы с тобой жениться, — сообщил я речитативом, с той рифмой, до которой снизошло мое вдохновение. Собственно, остальные варианты были гораздо более скабрёзные, если что.

Всё вокруг замолчало. Листва, ветер, травы, словно слушали что будет дальше в моем посыле. Кажется, даже Дуб краем уха прислушивался, хотя это и не точно…

— Блин горелый, ребята, это единственный вариант, если что… — сообщи я, ну и, честно скажу: платоническим от нее и не пахло, не так сестрица или мать должна была бы пахнуть…

Окружение словно разочарованно вздохнуло и продолжило жить своей жизнью, а откуда-то из ветвей раздался смех серебряных колокольчиков… я поднял голову вверх и увидел лесную красавицу.

Ощущения были непередаваемые. С одной стороны, я был безмерно рад, словно обрел наконец-то давно искомое счастье. С другой стороны, показалось, что в мой дом вошли гости, а я встречаю их не то, что без галстука, а вообще без трусов! При чем почувствовать себя «без трусов» заставило не то обстоятельство, что я действительно был без них, а то, что все заготовленные мою мысли, вопросы и предлоги предательски разбежались из головы, оставив вопиющую пустоту. Однако пустовала она недолго, тут же заполнилась восторгом, радостью и счастьем, которые ласковым ветерком так и веяли от красавицы. Как же она красива! Как приятно просто любоваться ее телом, переливами волос, сиянием улыбки. Чудные зеленые глаза просто лучились радостью и приятным удивлением, словно уж и не чаяла она меня увидеть, но увидела и теперь ей эта встреча была также приятна, как и мне.

Она сидела на корточках, придерживаясь руками за широкую ветвь Дуба, и рассматривала меня не менее откровенно, чем я ее. Взаимное переглядывание могло продлиться всю оставшуюся жизнь, и я как-то ненароком вспомнил, что еще кучу дел не переделал. Дом не построил, сына не вырастил, дерево не посадил… Да и позвал я деву тоже, как-никак, по делу: кто если не она поможет разобраться со всем происходящем? Мысли попытались вернуться в мою черепную коробку, но оказалось, что желания крепко там забаррикадировались. Кто бы мог подумать, что у желаний, особенно неприличный, окажется столько силы и упорства!.. В конечном итоге умные мысли как-то договорились с неприличными желаниями, придя к консенсусу, что-де если просто так сидеть и смотреть, то возможности осуществиться у последних не будет. Те, нехотя признали их правоту и чуть-чуть потеснились. Этого чуть-чуть мне как раз и хватило, чтобы начать разговор:

— Привет! Приятно тебя снова увидеть! А не могла бы ты мне помочь…

«Правильно!» — оживились желания, — «главное ее сманить с дерева, а там уже наброситься и…»

«Не мешайте!» — одергивали их мысли, — «хозяин лучше знает, куда разговор вести…»

— …и разъяснить, что здесь все-таки происходит?

«Что-то не похоже, что он знает, куда разговор вести», — цинично усомнились желания.

«Да, действительно, не похоже…» — к моему вящему удивлению, согласились с ними мысли.

— Почему я все время в этом месте оказываюсь? Не причастна ли ты к этому? Может, ты чего-то хочешь от меня? Так ты скажи прямо, не томи душу?

«Ты что, не видишь, чего она хочет?!» — возмутились желания.

«Между прочим, чтобы сманить ее с дерева можно притвориться раненным…» — как бы между делом подсказали мысли.

Девушка заразительно рассмеялась, словно во отчую видела «борьбу» моих желаний и мыслей. Смех серебряными колокольчиками огласил поляну, заставил Дуб горделиво расправить плечи, невидимое солнышко запылать еще жарче, а меня — забыть обо всем на свете, и о том, что еще дом не построен, и дерево не посажено… про сына что-то еще помнил, по крайней мере, ту часть, которая его появлению предшествует.

Мне было хорошо рядом с этой девушкой, и совсем не обязательно было что-то говорить. Более того: даже слова, даже неверно подобранные слова, не смогли бы разрушить волшебство этого мгновения…

И только я это осознал и приготовился наслаждаться, как мир вокруг подернулся серо-черной дымкой пробуждения.

ТОМ I: 9. Право собственности

Послевкусие ото сна осталось смешанным, но чего в нём больше, хорошего или плохого, я затруднялся оценить. Многое оставалось непонятным, необъяснённым, неявным, поэтому я не мог дать оценку собственным действиям, не мог понять правильно я поступаю или нет.

Во снах теперь мне словно открывался путь в неведомую ранее страну грёз, в которой мог существовать любой мир, рожденный собственным воображением или причудливым вывертом подсознания. Я посетил, один, второй, третий, но потом вдруг осознал, что не знаю, как вернуться домой, на стартовую позицию. Еще осознал, что, даже вернувшись на нее понятия не имею что делать дальше, как выйти из страны грёз, как пробудиться. Такое положение дел пугало, потеряться во снах, на мой взгляд это ещё хуже, чем потеряться в реальности…

Если бы я не вспомнил единственный известный мне ориентир — поляну с Дубом — то мог ведь и не проснуться. Остался бы лежать в какой-нибудь коме, или летаргическом сне.

С другой стороны, Дуб оказался не таким уж и беспредельщиком, не пытался вынуть из меня душу на гоп-стоп, а предлагал какие-то мутные схемы и сделки. Краса-девица на контакт пошла, а это как свидание с мечтой, за одно такое мгновение и полцарства не жалко. И еще порадовало что лесная дева и Дуб оказались двумя независимыми сторонами, иначе, предложи он ее в качестве награды за мою душу (или на что мы там торговались) я не уверен, что удержался бы от соблазна.

День начался по графику, разминка, упражнения, обливание. Есть хотелось не сильно, и это было плохо, чем больше ем, тем ближе активация боевого тела. Подумав, я решил