Искатель, 1999 №6 - Юрий Дмитриевич Маслов

настолько, что его открытость и откровенность с ней обернулась против него же — все их разговоры она уложила в казенные тесты, значение которых он понимал отдаленно и смутно.

— Не стоит. — Климов рывком встал. — Вы правы, ваша машина еще ребенок. Проводите меня, пожалуйста.

Они вышли на улицу. Ольга Сергеевна взяла Климова за пуговицу пиджака и с безответственностью набедокурившего школьника спросила:

— Вы обиделись?

— Я принял это как шутку.

— Вы обиделись, — повторила Ольга Сергеевна. — Вы обиделись и… Мне нравится, что вы не разучились обижаться. — Она почти насильно разжала его кулак и вложила в ладонь свою визитную карточку.

— Что это? — зло, уже совершенно ничего не понимая, спросил Климов.

— Телефон женщины, с которой вы могли бы ужиться.

Магнитофонная запись разговора

Галины Синичкиной и Екатерины Митасовой.

Синичкина: Выпьешь?

Митасова: Шикарный коньячок! Где берешь?

Синичкина: В редакции, в буфете. У нас все соки и вина натуральные.

Митасова: Шеф старается?

Синичкина: Он, родимый! Для своих, говорит, ничего не жалко. Хочешь покурить?

Митасова. Я травку не курю.

Синичкин а: А ты попробуй… Кайф обалденный! Мы, бывало, с Тайкой по сигареточке выкурим и… Ох, какая у нее была грудь!

Митасова. Ау меня хуже?

Синичкина: Бог мой! Персики!

Митасова: Я легко возбуждаюсь.

Синичкина: А я не против…

В эфире послышался треск молнии-застежки, сладострастное постанывание, все учащающееся горячее дыхание.

Синичкина: Катя, ниже, ниже… Нет, подожди… Я хочу, чтобы ты была настоящим мужиком… Держи!

Митасова: Вот это фаллос!

Синичкина: Тайка подарила. Пристегни его к бедрам… Вот так! Иди ко мне, иди… Как хорошо, как я по нему соскучилась!..

Митасова: Тайкин муж знал, чем вы занимаетесь?

Синичкина: Знал.

Митасова: И не ревновал?

Синичкина: Нет. Говорил: баловство.

Митасова: А чего же в тот вечер взбесился?

Синичкина: С нами Глеб был. Теплов…

Митасова: Кто такой?

Синичкина: Тайкин любовник. Ей нравилось его дразнить… Смотри, говорит, и мастурбируй.

Митасова: И он…

Синичкина: Я ему помогала… Тайка балдела, когда мы с ним вместе кончали.

Митасова. И Тайкин муж застал вас…

Синичкина: Да. Мы стали одеваться, но не успели: вбежал Андрей с ружьем, выстрелил в Тайку и навел стволы на нас. Глеб бросился на него, началась драка… Первым опомнился Андрей. Он взглянул на Тайку — застыл как вкопанный и заплакал. А мы ушли. Задворками.

Митасова: Вас никто не видел?

Синичкина: По-моему, нет… Помедленнее… Вот так… 0-о-х!

«Вот как колоть нужно, — подумал Яша, восхищенно цокнув языком. — В койке, когда у шлюх вместо головы скворешник работает». Он потянулся за сигаретами, которые лежали в бардачке, но его внимание привлекла въехавшая во двор машина. На первый взгляд «Нива» как «Нива», но Яша узнал бы ее из тысячи других — по ядовитому темно-зеленому цвету, в который она была перекрашена после аварии. Точно подтверждая его мысль, шофер два раза мигнул фарами. Яша ответил. «Нива» развернулась и встала рядом.

— Не ждал? — спросил Климов, усаживаясь на правое сиденье. Яша отрицательно покачал головой.

— Я думал, вы на даче.

— Здоровье пошатнулось. Решил передохнуть.

— А они… — Яша взглядом указал на микрофончик, — без передыху второй час пашут.

— Не ври. Ты подъехал в семь тридцать, а сейчас восемь пятнадцать… Много накопал?

Яша вздохнул и принялся рассказывать, что с ним приключилось за день.

Климов слушал внимательно, не переспрашивая, склонив голову и сцепив в замок пальцы безвольно упавших на колени рук — ну, просто сама скорбь в бронзе. Но он мгновенно встрепенулся, как только бабьи стоны прервал звонок в дверь.

Митасова: Кто это?

Синичкина: Понятия не имею. Могу только предположить…

Митасова: Ну?

Синичкина: Ребята из охраны. Билеты принесли.

Митасова: Откроешь?

Синичкина: А что делать? В противном случае они будут меня караулить до утра… Ладно, сиди тихо… я постараюсь их побыстрей спровадить.

Митасова: Каким образом?

Синичкина: Заплачу. Они на деньги падкие.

Яша попытался вспомнить, кто входил в подъезд. «Дама средних лет в каракулевой шубке, долговязый мужичонка с полиэтиленовым пакетом, озабоченная, даже чем-то встревоженная старушенция и двое молодых девчат… И все. Больше никого. Он тихо, сквозь зубы выругался.

— Я их проморгал, пока с вами беседовал.

— Тихо! — остановил его Климов.

Синичкина: Кто там?

Мужской голос: Почтальон Печкин.

Синичкина: Лева, ты?

Мужской голос: Собственной персоной.

Синичкина: Билеты принес?

Лева: И приказ: проводить тебя до поезда.

Послышался характерный звук отодвигаемой стальной щеколды.

Лева: Ну что ты глазки вытаращила? Это Гриша, второй сопровождающий.

Синичкина: Очень приятно. Во сколько поезд?

Лева: В двенадцать ноль пять… Так что у нас есть время выпить и… У тебя кто-то есть?

Синичкина: Подруга.

Лева: О-о, какая девочка!.. Встань!.. А теперь представь, что ты на подиуме, пройдись и покажи свои прелести… Гриша, как?

Гриша: Высший пилотаж!

Лева: Галочка, бери пример с подруги — сними халатик… Размяться перед дальней дорогой сам Бог велел!.. Помочь?

Синичкина: Лева, прошу по-хорошему — уходите!

Лева: Сдается мне, что ты кричишь от страсти!.. И халатик расстегнулся… Гриша, что бы это значило?

Гриша: Ты не знаешь, что такое приглашение?

Синичкина: Убирайтесь вон!

Лева: Придется платить… Мадам, бумажка в двадцать долларов вас устроит?

Синичкина: Я сказала: вон!

Гриш а: Лева, ты обещал мне сеанс… А что я вижу? Нас даже не желают напоить чаем.

Митасова: Мальчики, джин вас устроит?

Гриша: Будем очень признательны, мадам.

Митасова: Разрешите мне пройти на кухню?

Гриша: Пожалуйста… А это лишнее, вы и так прекрасны. Я прав, Лева?

Лева: Галочка, твоя подруга — сама любезность. А ты из себя целку строишь. Нехорошо.

Синичкина: Не подходи!

Лева: А если подойду?

Синичкина: Из окна прыгну.

— Девки влипли! — Климов смачно выругался, проверил оружие и, бросив на Колберга выразительный взгляд, рявкнул: — Пошли!

Яша мгновенно выскочил из машины, в два прыжка одолел расстояние до подъезда, вызвал лифт.

Дверь квартиры Синичкиной, как и большинство дверей московских квартир, открывалась вовнутрь — заходи кому не лень. Климов хотел было выбить ее, но в последний момент передумал — шума много, кивнул Яше — действуй, мол. Яша достал из кармана связку ключей, среди которых всегда находилась его фирменная отмычка, внимательно осмотрел замок и… Через минуту с небольшим дверь бесшумно распахнулась.

Первым вошел Климов. Прислушался. Тихо. Так тихо, что слышно, как капает на кухне вода из крана и заунывно жужжит где-то бьющаяся о стекло муха.

Яша расстегнул куртку, под которой в наплечной кобуре таскал пистолет тридцать восьмого калибра, доставшийся ему в наследство от убитого в бою моджахеда, глянул на