Сделка перед алтарем - Рейчел Томас

— Почему ты ненавидишь Карло? — спросила она. — Ты уже сто раз мог жениться и унаследовать все, что, по твоему мнению, тебе принадлежит.

Она наблюдала, как Сантос меряет комнату широкими шагами. Словно желая сбежать от ответа, он открыл двери на террасу и вышел наружу. В комнату ворвался свежий, пахнущий дождем воздух. Джорджина стояла и смотрела на Сантоса, осознавая, что она понимает его боль и обиду. В глубине души ей стало жаль его.

Она знала, что такое боль и пустота.

Джорджина подошла к двери, ведущей на террасу. Сантос смотрел на море, облокотившись на перила, его широкие плечи напряглись, мышцы на руках напружинились. Ей хотелось подойти к нему и обнять, чтобы избавить от страданий. Но здравый смысл возобладал. Сантос сам отвечает за свои поступки. Она не должна показывать ему свои чувства. Ведь он использует людей, как пешек, в своей игре.

Внезапно Джорджине стало трудно дышать. Ее сердце заколотилось так сильно, словно она убегала от преследования. Она вдруг поняла, что безумно влюбилась в Сантоса.

Джорджина прижала пальцы к губам, чтобы заглушить крик отчаяния. Она не хотела ни в кого влюбляться! Она не должна никого любить! А тем более Сантоса Рамиреса. С того дня, когда ее отец ушел из дома, ее мать встала на путь саморазрушения. Поведение родителей показало ей, что безумная любовь существует, но она сильно ранит, а порой даже убивает желание жить. Любовь — авантюра, в которой Джорджина не желает участвовать. Как же ее угораздило влюбиться в Сантоса?

— Я не испытываю ненависти к Карло. — Его резкие слова вырвали ее из мучительных воспоминаний. — Я просто против его брака.

Она почувствовала его уязвимость, хотя он по-прежнему стоял к ней спиной и смотрел на море. Небо светлело после шторма. Понимая, что не должна этого делать, Джорджина подошла к Сантосу и встала рядом с ним, почти касаясь плечом его руки.

— Зачем твой отец внес такое условие в завещание, вынуждая тебя жениться? — Этот вопрос не давал ей покоя с тех пор, как Эмма сообщила ей об этом условии. Джорджина представила себе двух мальчиков, борющихся за внимание отца. Судя по всему, их отец не заслужил их рвения.

— Семейный бизнес основал мой дед по материнской линии. Наверное, отец считал, что я женюсь раньше Карло, потому что старше его на девять лет.

Сантос говорил хрипло, с трудом произнося слова, и от его признания у Джорджины сжалось сердце.

— Должно быть, он решил, что поступает справедливо, внося такое условие в завещание.

— Так почему же ты не женился? — задала она резонный вопрос. Женщины буквально вешались Сантосу на шею.

Он повернулся к Джорджине, и она затаила дыхание, когда он взглянул на нее свысока. Он вглядывался в ее глаза, будто старался отыскать ответы на свои вопросы. Она наблюдала, как меняется выражение его лица — он старательно отгораживался от нее.

— Я не женился, чтобы избежать проблем, с которыми мы сейчас столкнулись! — рявкнул он.

Джорджина вздрогнула, несмотря на то что воздух уже стал гораздо теплее.

— Эти проблемы легко уладить, — отрезала она и с вызовом вздернула подбородок. — Я уеду, а ты подашь на развод.

Он тут же крепко схватил ее за руку:

— Ты останешься рядом со мной. А что касается развода…

Сантос говорил так сурово и неодобрительно, что она испуганно заморгала.

— Развода я тебе не дам.

— Но зачем нам оставаться в браке? — пролепетала она.

— Ты забываешь, женушка, что мне может потребоваться наследник. — Он отпустил ее руку и сердито вперился в нее взглядом.

— Нет, — отрезала она, шагнула назад и ударилась о шезлонг, сидя в котором недавно разговаривала с сестрой. — Даже ты не можешь быть таким холодным и черствым, чтобы зачать ребенка только ради наследования бизнеса.

— Вообще-то я надеялся унаследовать бизнес, не вступая в брак. Но когда ты так любезно предложила мне себя, я решил, что этого достаточно, чтобы найти выход из положения задолго до женитьбы Карло. Но своим вмешательством ты все испортила. — Он в ярости смотрел на нее, его глаза сверкали.

Расправив плечи, Джорджина смело выслушивала его обвинения. О каком вмешательстве он говорит?

— Что ты имеешь в виду? — спросила она.

Его глаза угрожающе заблестели.

— Не притворяйся невинной овечкой! Ты провоцировала меня и специально распаляла меня с той самой вечеринки.

— Я тебя не провоцировала. — От возмущения Джорджина едва не топнула ногой.

Сантос терял терпение. Еще чуть-чуть, я он взорвется. Немногим удавалось вывести его из себя, Ему нужно во что бы то ни стало заставить Джорджину остаться. Она нужна ему. Он хочет ее сильнее, чем прежде.

— Разве в нашу брачную ночь ты не завладела моим вниманием, чтобы не позволять мне раньше вернуться в Лондон?

Джорджина судорожно глотнула воздух, на ее щеках появился румянец. Она выглядела так, будто не могла подобрать слова для ответа.

— Ты наверняка была в восторге, когда я привез тебя на яхту. Замечательный маневр для отвлечения моего внимания. — Чувство унижения пронзило его как острый нож. Его использовали, выставили дураком. Но намного сильнее Сантоса ранило понимание того, что он сам позволил себе расслабиться. Он хотел открыться Джорджине, показать ей свое истинное лицо, а она все это время обманывала его и вела себя фальшиво. — Ты флиртовала со мной, чтобы задержать меня на яхте.

Джорджина нахмурилась, в ее глазах читались боль и смятение. Сантосу вдруг захотелось подойти к ней, поцеловать и успокоить. Но именно из-за поцелуев и нежностей он оказался в такой плачевной ситуации. Именно они сделали его уязвимым.

— Если ты так считаешь, Сантос, то будет гораздо лучше, если ты просто отпустишь меня домой. И оставишь в покое. — Она говорила решительно и отстраненно.

— Это даже не обсуждается! — рявкнул он, но сразу взял себя в руки. — Теперь, когда я знаю, где Карло и Эмма, ты останешься здесь, со мной.

— Где они? — быстро и испуганно спросила она. — Разве они не в Лондоне?

Неужели он ошибся? Неужели Джорджина ничего не знала о планах своей сестры?

Сантос в задумчивости отошел от нее. Вероятно, будет лучше, если он отправит Джорджину обратно в Лондон. Тогда у него появится возможность здраво мыслить. Потому что с каждым днем он хотел ее все сильнее, не мог ею насытиться.

— А ты не можешь мне сказать? — спросил он, направляясь в дом. — Вообще-то лучше объяснишь мне все по дороге на вечеринку.

— Никаких вечеринок. Сегодня вечером я еду в аэропорт.

Сантос присел на черный кожаный диван и положил руки на спинку, наблюдая, как стоящую в центре комнаты Джорджину распирает от злости. Уголки его губ едва заметно приподнялись — он улыбнулся, несмотря горькое чувство унижения. Джорджина поразительно сексуальна, настоящий огненный сгусток страсти.