Беседы с отцом Хосемария Эскрива - Хосемария Эскрива

Словом, прошу вас, внушайте любовь к истинной журналистике, которая не удовлетворяется необоснованными слухами, всякими этими «а вот, говорят», порожденными нетрезвым воображением. Сообщайте факты, результаты, не судя о намерениях, принимая многообразие мнений, не опускаясь до личных нападок. Без настоящей информации трудно жить в согласии, а настоящая информация — та, что не боится правды и не руководствуется мыслями о престиже или корысти.

ЖЕНЩИНА В МИРЕ И В ЦЕРКВИ

Интервью, взятое Пилар Сальседо, опубликованное в Telva (Мадрид) 1.02.1968 и перепечатанное в Mundo Cristiano (Мадрид) 1.03.1968.

Отец, женщина все больше участвует в общественной жизни, тогда как до сих пор она ограничивалась почти только домом и семьей. Что Вы об этом думаете? Какими основными свойствами должны, на Ваш взгляд, обладать женщины, чтобы успешно выполнять порученную им миссию?

Прежде всего, мне кажется, не нужно противопоставлять друг другу названные вами сферы действия. Как и у мужчин, хотя с особыми оттенками, очаг и семья всегда будут занимать у женщин главное место. Само собой разумеется, что семейная жизнь предполагает дела, важные для людей вообще, и для христиан — в частности. Однако это не исключает других, профессиональных занятий (домоводство — тоже профессия) во всех благородных делах и сферах, какие только есть в обществе. Понятно, что хотят сказать, ставя эту проблему; но, по-моему, подчеркнуто и последовательно противопоставляя семью и работу с тем ли, с иным ли предпочтением, мы быстро придем к социальной ошибке, которая гораздо опаснее той, которую хотим исправить.

Даже в личном плане нельзя односторонне утверждать, что женщина достигает совершенства только вне дома, словно время, потраченное на семью, она у себя крадет, не давая развиваться личности. Для женщины всегда самой важной останется семья. Заботясь о муже и о детях, а в более общих понятиях — создавая вокруг себя душеполезный и уютный мир, женщина выполняет то, в чем без нее не обойдешься, и тем самым может достигнуть личного совершенства.

Как я сейчас говорил, это не противоречит общественным и даже политическим занятиям. Женщина как личность может много дать и в этих сферах, всегда прибавляя что-то особое, женское, причем — в той мере, в какой она и лично, и профессионально подготовлена к такому труду. Естественно, и семья, и общество нуждается в ее вкладе, который ни в коей мере нельзя назвать второстепенным.

Развитие, зрелость, эмансипация женщины — совсем не претензия на тождество, на полное сходство с мужчиной и не подражание мужскому образу действий. Если понимать их так, женщина не обретет, но утратит, не потому, что она лучше или хуже мужчины, а потому, что она — другая. Надо признать юридически, и в гражданском, и в церковном праве, что можно и должно говорить о равноправии полов, поскольку женщина точно так же как мужчина наделена достоинством личности; и мужчина, и женщина — дети Божии. Однако вне этого, основного равенства каждый из них должен достигать того, что ему или ей присуще, и в этом смысле эмансипация — просто реальная возможность полностью развить свои дары и особенности. У мужчин они одни, у женщин — другие. Равенство перед законом, правовое равенство возможностей не отменяет, но предполагает и развивает эти различия, идущие только на пользу.

Женщина призвана к тому, чтобы вносить в семью, общество, Церковь что-то свое, специфически женское — тонкость, нежность, неисчерпаемую щедрость, любовь к конкретному, остроту ума, чутье, глубокую и чистую набожность, немыслимую стойкость. Нельзя претендовать на истинную женственность, не замечая всей красоты этих незаменимых даров и не приобщая их к своей собственной жизни.

Чтобы выполнить эту миссию, женщина должна развивать свою личность, а не увлекаться подражанием, которое, чаще всего, поставит ее ниже мужчины и помешает раскрыть свои, самые удивительные особенности. Если личность развивается правильно, искренне, самобытно, женщина сможет хорошо выполнить свою миссию, какой бы та ни была. Жизнь ее и труд будут поистине полными, плодотворными, осмысленными, проводит ли она день в служении мужу и детям или, отказавшись от брака по какой-нибудь высокой причине, отдает все силы другой работе. На своем пути, сохраняя верность человеческому и божественному призванию, она может осуществить и действительно осуществляет всю полноту своего женского естества. Не надо забывать, что Дева Мария, Матерь Божья и Мать всех людей — не только образец, но и доказательство той трансцендентной ценности, которой может достигнуть неяркая с виду жизнь.

Однако бывает и так, что женщина не уверена, нашла ли она свое место и призвание. Нередко она работает вне дома, не справляясь с домашними обязанностями, или служит семье, ощущая, что это ограничивает ее возможности. Что сказали бы Вы женщинам, страдающим от таких противоречий?

Чувства эти, вполне реальные, нередко порождены не столько внешними ограничениями, которые есть у всех, поскольку все мы — люди, сколько недостатком четких и ясных идеалов, которые определили бы и направили нашу жизнь, а то и неосознанной гордыней — мы хотели бы порой стать самыми лучшими в какой-то области или на каком-то уровне. Поскольку это невозможно, мы теряемся, расстраиваемся, падаем духом, даже впадаем в уныние или не знаем, чем же заняться — ведь на все нас не хватит, и не занимаемся толком ничем. Душа открыта зависти, воображение легко укрывается в фантазиях, отдаляясь от действительной жизни и усыпляя волю. Именно это я неоднократно называл мистикой типа «Ах, если бы!..», сводящейся к пустым мечтаниям и мнимым порывам духа — «Ах, если бы я не женился!», «…выбрал другое дело!», «…был здоровее!», «…был помоложе!», «…имел побольше времени!»

Средство (нелегкое, как все, что хоть чего-то стоит) тут одно: искать истинный центр человеческого бытия, иными словами — то, что расставит все по местам, придаст нашей жизни смысл и должный иерархический порядок. Если мы живем во Христе и центр этот — Он, мы открываем все значение доверенной нам миссии, обретаем человеческий идеал, который становится Божьим, видим новые горизонты, дарованные надеждой, и приходим к тому, чтобы охотно отдать не ту или другую сторону нашей деятельности, а всю свою жизнь. Как ни странно, именно это делает ее совершенной, совершенной в самом глубоком смысле слова.

В проблеме, которую вы находите у женщин, нет ничего специфически женского, многие мужчины испытывают то же самое. Корень здесь один — нет глубокого идеала, который открывается только в свете Божием.

Тем не менее, в любом случае надо применять и «малые средства», которые только кажутся банальными. Когда у нас много дел, надо распределить их, установить порядок, собрать себя. Многие трудности вызваны беспорядком, несобранностью. Некоторые женщины делают тысячу дел, и все у них спорится, потому что они властно внесли порядок в свой неподъемный труд. Они умеют заниматься конкретным делом, не блуждая мыслями в том, что им предстоит, или в том, что они могли бы сделать в прошлом. А вот другим это не удается, дела их захлестывают, и, вконец растерявшись, они не делают ничего.

Конечно, всегда у многих женщин будет одно занятие — вести дом. Это, поверьте, великое дело, оно стоит труда. Это — истинная, благородная профессия, которая дает возможность хорошо влиять не только на семью, но и на друзей, на знакомых, на всех, с кем имеешь дело; и требует она подчас больше, чем другие профессии. Не говорю уж о тех случаях, когда эти знания ставят на службу сотням людей в особых центрах, где воспитывают истинных женщин, которыми руководят по всему миру мои дочери из Opus Dei. Так становятся профессорами домашнего очага и, поверьте, приносят больше пользы, чем многие преподаватели университетов.

Простите, что говорю все о том же — в письмах, приходящих в редакцию, некоторые многодетные матери жалуются на то, что роль их сведена к деторождению. Они чувствуют огромную неудовлетворенность тем, что не могут посвятить жизнь чему-нибудь другому — профессиональной работе, культуре, общественной деятельности. Что бы Вы им посоветовали?

Нет, вы посудите — что такое «общественная деятельность», если ты не отдаешь себя другим, не служишь им, не жертвуешь собой, не способствуешь общему благу? То, что делает женщина у себя дома, само по себе идет на пользу обществу, а кроме того, легко обретает б?льшие масштабы.

Представьте себе, что семья очень большая; тогда труд матери можно сравнить с трудом профессиональных учительниц и воспитателей, и нередко выигрыш будет в ее пользу. Преподавателю удается едва ли не за всю свою жизнь в большей или меньшей мере сформировать несколько мальчиков или девочек. Мать формирует детей на гораздо большей глубине, в самом важном и основном, и может сделать так, чтобы они, в свою очередь, формировали других людей, образуя непрерывную цепь ответственности и добродетели.