Забытый грех - Диана Бош

Когда Лямзин ушел, Александра еще долго размышляла о произошедшем. Она знала, о ком идет речь – этот тип несколько раз встречал Леру после работы, и Александра успела хорошо разглядеть его. У парня была внешность молодого Джоша Холлоуэйя, признанного секс-символа, снимавшегося в сериале «Остаться в живых». Хотя Александра телевизор почти не смотрела, но Алиса, большая фанатка кино и всего, что с ним связано, все стены завешала плакатами с любимыми актерами и актрисами. Джош там занимал не только центральное место, но и несколько боковых. Так что внешность Холлоуэйя Александре была хорошо знакома.

Парадокс двойников всегда составлял для нее большую загадку. Почему, обладая феноменальным сходством, одни люди считают себя красавцами и добиваются успеха, «торгуя лицом», другие же искренне считают себя безобразными? И как можно бездарно «просадить» жизнь, обладая презентабельной внешностью?

К примеру, от Алисы она знала, что до того, как стать богатым и знаменитым, Джош Холлоуэй был рабочим на куриной ферме, Брэд Питт работал официантом, Сандра Баллок и Брюс Уиллис разливали спиртные напитки в баре, а Джулия Робертс продавала одежду и фастфуд в «Макдоналдсе», и ни у кого из них не было легкого пути к славе. А еще Александре было непонятно, почему люди, обладающие таким поразительным внешним сходством, что их можно принять за близнецов, тем не менее умудряются диаметрально противоположно оценивать свои достоинства: один считает себя секси и красавцем, а второй едва ли не уродом. Она долгое время заправлялась на автостанции, где заправщиком был мужчина с внешностью зрелого Жана Рено, а в магазине, где Александра покупала машинное масло, работал продавцом Джим Керри. Правда, кроме внешности, со знаменитым комиком его больше ничего не роднило: похоже, он был не слишком веселым человеком.

Но самой большой загадкой для нее всегда оставался ее приятель Вадим. Очень похожий внешне на Джона Корбетта, он обладал совершенно сумасшедшей харизмой. С ним совершенно невозможно было спокойно ходить по улицам – женщины постоянно оглядывались на него. Но он умудрялся этого не замечать. Мало того, он еще и считал себя некрасивым.

Как-то раз Вадим признался Александре, что пошел в медицину и специализировался по гинекологии только потому, что у него были серьезные проблемы в общении с женщинами.

– Я решил, что так мне легче будет постичь женскую психологию, – доверительно сообщил он.

На что Александра, хихикая, сообщила ему, что он выбрал для этого несколько нестандартный путь. Он тогда обиделся и надулся, но чуть позже признался, что по-прежнему не понимает и боится представительниц слабого пола.

Впрочем, это Александра видела сама. Вадим всегда умудрялся занимать в общении пассивную позицию, ожидая, когда девушка сделает первый шаг. Так, первая жена окрутила его сама, но прожили они вместе недолго. Когда дочери едва исполнилось два года, жена подала на развод. Отсудила у Вадима квартиру, а потом вышла замуж за любовника, с которым, по ее собственному признанию, встречалась целый год.

Вадим был шокирован, потрясен, раздавлен и… начал с еще большим усердием сторониться женщин. Потом он все же женился. Александра ничуть не удивилась, когда вторая жена Вадима оказалась усовершенствованной копией первой. Она тоже женила его на себе сама, энергично отпихнув менее активных претенденток. А поскольку он в отношениях с дамами стал еще более острожен, усилий ей понадобилось больше, чем первой жене. Тем не менее хоть и на седьмом месяце беременности, но под венец Вадим ее повел.

Дальше все пошло по прежнему сценарию: рождение ребенка, на этот раз мальчика, и через некоторое время развод. При этом бывшей жене отошли вторая квартира, доставшаяся Вадиму после смерти бабушки, дача и спортивный автомобиль.

Вадим перебрался в комнату в коммуналке, пал духом и заявил: больше он никогда не женится и умрет в одиночестве. Александра пыталась его убедить, что на самом деле он достоин счастья и причина неудач не в его внешности, а в его страхах. Стоит ему изменить поведение, и все будет иначе. Но тщетно. Все ее попытки потерпели фиаско. Он просто не видел, насколько интересен женщинам и как они завороженно оглядываются ему вслед, потому что сам никогда не смотрел по сторонам.

В какой-то момент у Александры с Вадимом едва не случился роман – уж очень он будоражил своей красотой ее воображение. Но она вовремя опомнилась. Быть жилеткой для слез, проливаемых им по прошлым бракам и его загубленной судьбе, ей не нравилось. Тем более что и в отношениях с ней он был так же инертен, как и с остальными дамами, и его бездеятельная позиция просто бесила Александру. Не то чтобы она не умела проявлять инициативу сама, нет. Она всегда была активной, и ей не составляло труда подойти к незнакомцу под благовидным предлогом и познакомиться с ним. Причем делала она это тонко. Мужчина даже не замечал, что стал объектом охоты. Но ей гораздо больше нравилось, когда, поймав подачу, он тут же отбивал ее и шел в атаку сам. Тогда получалась восхитительная любовная игра, которая сама по себе была ценна, даже если и не заканчивалась браком.

Каждая девочка с детства взращивает в душе образ идеального мужчины, и пусть с возрастом некоторые черты его отмирают за ненадобностью, основная идея остается. Поскольку поведение Вадима в эту матрицу никак не вписывалось, Александра свела общение с ним к бескорыстной дружбе, а встречи – к минимуму.

Вскоре они и вовсе прекратились. На пути Вадима встретилась новая женщина, и он вступил в третий – нет, не брак, но альянс. Затащить в загс Вадима так и не удалось, и в отместку дама разогнала всех его знакомых и подруг. Попала в этот список и Александра.

Недавно, после почти пятилетнего перерыва в общении, он вдруг позвонил ей. Убитым голосом сообщил, что он снова один, и слезно попросил встретиться.

– Александра Ильинична, – прервала ее воспоминания Зина, – к вам Фаина Станиславовна.

– Да, Зиночка, зови.

Фаина вошла, как всегда, неслышно, летящей походкой, в красиво развевающихся вокруг стройного тела одеждах. Сколько уж лет прошло, как она не стоит у хореографического станка, а спина все такая же прямая, и все так же по-балетному вывернут носок. Александра встала навстречу.

– Есть новости, Фая?

– И да, и нет. Представляешь, прихожу вчера на работу, а мимо меня барышня идет. Наша сотрудница, Мила. А на голове у нее широкий белый обруч для волос! Помнишь, Татьяна Михайловна, гадалка, что сказала? Будто воришек на самом деле двое, и у одной из них белый обруч на голове.

– Конечно, помню.

– Я даже глазам своим не поверила. А потом думаю: да ерунда это все, совпадение. И только эта мысль промелькнула, как из-за поворота другая девушка выныривает. Вся в сиреневом. Взяли они друг друга под ручку и пошли, тихо болтая.

– Куда?

– Да откуда я знаю? Наверное, курить. Это ж было самое начало дня, все только на работу пришли.

Она замолчала, вопросительно глядя на Александру, но та, не сразу разобравшись, что рассказ окончен, тоже ждала. Так и не дождавшись продолжения удивленно воскликнула:

– И что, это все?

– Ну да. А чего ты еще хотела?

– Думала, поймали уже ваших воришек. Вон у меня видишь как оперативно драгоценности нашли.

– Нет, мои затаились и чего-то ждут. Как будто чувствуют неладное.

– А может, и не будет больше краж?

– Будут. Мне так кажется. Зачем-то же все это затевалось? Если б одна кража произошла, ее еще можно было б списать на случайность.

Александра с сомнением поглядела на Фаину:

– Я что-то не поняла, ты думаешь, что это делалось специально? То есть как бы кража не ради самих денег, а подстава?

Фаина смутилась:

– Знаешь, есть у меня такая мысль. Но пока никаких подтверждений ей я не нахожу. Возможно, я ошибаюсь, и на самом деле все гораздо проще: кто-то решил поживиться за чужой счет.

– Слушай, подруга, а может, пойдем прогуляемся? Что-то засиделась я здесь, размяться немного хочется.

– Можно.

– Отлично. Вот по пути обо всем и поговорим, когда ходишь, лучше думается.

Фаина согласна кивнула и поднялась.

– Предлагаю пройтись по Старому Арбату, мне нужно кое-куда зайти. – Она сняла с шеи телефон и сунула его в сумочку. Снаружи остался торчать ремешок.

– Как скажешь, Арбат так Арбат. Но вот сумку я бы на твоем месте застегнула: не ровен час, мобильник потеряешь. Кстати, а зачем ты его с шеи сняла?

Фаина болезненно дотронулась до кожи рукой:

– Болит. Натирает почему-то. Знаешь, меня с недавних пор многое раздражает, вот и прикосновения к коже – тоже.

– У невропатолога была? Стоило бы нервную систему подлечить. – Александра смущенно кашлянула. – Мне бы тоже надо: отец мерещится. Недавно показалось, будто он сидит в автомобиле. Я остановилась на перекрестке у светофора, поворачиваюсь и вижу: в машине рядом сидит папа. Я тут же начала открывать окно, чтобы было лучше видно, но он вдруг рванул с места и исчез за поворотом. Представляешь, я пыталась этот автомобиль догнать! Ну вот что мне делать?! Я же знаю, что нет его в живых, а совладать с собой не могу.