Четыре орудия убийства - Джон Карр

Мог ли мужчина убрать в шкаф одежду мадам Клонек? Ответ тот же — нет.

4. Верность моего последнего заключения сомнений также не вызывает. Я задался вопросом: могла ли жертва хотя бы первые несколько секунд думать, что перед ней месье Дуглас?

Нет, она сразу бы поняла, что это обман. Поэтому, войдя к ней в комнату, преступник должен был действовать незамедлительно.

Тогда почему, поднимаясь наверх, он катил за собой сервировочный столик? Причем с напитками и едой.

Ни о каком ужине и речи быть не могло. Тогда почему он открыл большую бутылку шампанского, а убив мадам Клонек, не вылил из фужеров его остатки?

Дорогие мои читатели, у меня и на эти вопросы есть ответы!

Убийцей действительно была женщина, которая хотела, чтобы все выглядело так, будто бы мадам Роз Клонек ужинала с мужчиной».

В тире было очень тепло, в воздухе стоял запах пороха. Тихо поскрипывал механизм, приводивший в движение мишени.

— Вот это да! — присвистнув, воскликнул Куртис. — У этого малого железная логика! Но в его расследовании есть пробелы. Например, он ничего не говорит об исчезнувшей бутылке.

Банколен выглядел недовольным. Постучав костяшками пальцев по стенду, он взял в руки газету и тут же швырнул ее на прежнее место.

— Надо сказать, голова у него работает! — В голосе сыщика прозвучало уважение к умному человеку и одновременно недовольство конкурирующей фирмой. Видимо, Банколен самонадеянно решил, что, кроме него, никто и не способен додуматься до чего-нибудь стоящего в этом деле. Он помолчал. Потом щелкнул пальцами: — Не думаю, что этот Жан-Батист Робинсон открыл мне глаза на происходящее. Он ошибается в главном. Он должен ошибаться. И все же кое в чем он близок к истине.

Некоторые его мысли и мне приходили в голову. Помните, я спрашивал у Гортензии, сама ли разделась мадам Клонек или нет, и просил не очень-то полагаться на ее показания.

Но есть и другие моменты, доказывающие, что разделась она без посторонней помощи. Совершив преступление, убийца не стал бы убирать в гардероб вещи жертвы. Я, как и наш приятель из «Интеллидженс», прокрутил в голове многие варианты. В какой-то момент я заподозрил в убийстве даже миссис Бенедикт Толлер.

Он пристально посмотрел на Делотрека. Не дождавшись какой-либо реакции с его стороны, Банколен вздохнул и стал вещать дальше.

— Жан-Батист Робинсон нам не указ, — заявил Банколен. — Итак, вы сказали, что мадам Клонек звонила женщина и передала той, что в субботу на вилле ее ждет Ральф Дуглас. Я вам верю. И все же…

Делотрек наконец хоть как-то заявил о своем неравнодушии к происходящему. Он кашлянул. Пока Банколен читал газету, Куртис заметил, что Делотрек напряжен. Теперь же француз казался ему абсолютно спокойным.

— Спасибо, — отвесил преувеличенно вежливый поклон сыщику Делотрек. — Что еще вы хотите от меня услышать? Да, звонила женщина, но кто именно, не знаю. Голоса ее я никогда не слышал.

— Она говорила на французском языке или английском?

— На французском.

— А подробности разговора помните?

— Ну конечно! Он же был для меня очень важен. Правда, трубку я снял немного поздновато. Где-то в середине разговора или даже в конце.

Женщина сказала Роз что-то вроде этого: «Вы понимаете, почему месье Дуглас не позвонил вам лично? Дело в том, что его невеста и ее мать сейчас в Париже. А девушка — жутко подозрительная особа».

Делотрек задумался. Потом, видимо что-то вспомнив, продолжил:

— Вас, наверное, удивит, что, несмотря на осторожность, проявленную Дугласом, Роз все же не задумываясь поехала к нему. Вы спросите: а где же ее женская гордость? Но надо знать Роз. Она хотела вернуть Дугласа.

— Да, возможно, — согласился Банколен. — И вот еще что. Вы сказали, будто человек в коричневом плаще — женщина. Вы уверены?

Бывший сыщик ткнул в газету пальцем и уточнил:

— Во всяком случае, это многое объясняет. Вот послушайте, что получается. Неизвестная позвонила Роз Клонек и сказала, что она от Ральфа Дугласа. Потом она же, переодевшись в мужчину, появилась перед Гортензией. Вы так себе это представляете?

Делотрек пожал плечами:

— А почему бы и нет? У корреспондента из «Интеллидженс» есть тому доказательства. Мне кажется, что в обоих случаях действовала одна и та же дамочка.

— А мне его доказательства кажутся неубедительными. Но продолжим.

— О чем? О телефонном разговоре? Но женщины его быстро закончили. Инициативу проявила Роз.

Она сказала: «Да-да. Но, позвонив сюда, вы поступили опрометчиво. Понимаете, месье Делотрек сейчас дома. Было бы лучше, если бы вы ко мне приехали».

На что женский голос ответил ей: «Так я могу передать месье Ральфу, что в субботу вы приедете на виллу „Марбр“?»

«Да-да. Давайте встретимся где-нибудь, и вы мне о нем все расскажете». Это были последние слова Роз.

По правде сказать, тот женский голос звучал довольно убедительно. Наверное, мне не стоило на следующий день звонить Дугласу. Но я очень хотел заверить его, что меня в Париже не будет. Ну а потом, как вы сами сказали, я устроил Роз сцену и забрал у нее драгоценности.

Но в одном вы оказались не правы — пока мы катались на лодке, никаких скандалов я ей не устраивал. Все произошло, когда мы вернулись домой. Когда она сгорала от нетерпения вновь оказаться в объятиях прежнего любовника. Я же видел, как ей хочется, чтобы я скорее уехал.

Я внимательно наблюдал за ней, а потом меня прорвало… Поэтому мы с ней так поздно и разъехались. Я — к маркизе играть в карты, а она — к Дугласу. Думаю, что этим и объясняется тот факт, что на виллу Роз приехала раздраженная.

Надо было видеть, какую сцену я ей устроил. Никого в квартире, кроме нас, не было. Аннет сразу после пикника поехала к родителям. Так что…

Увидев, как Банколен изменился в лице, Делотрек остановился. А затем, словно боясь, что сыщик его прервет, затараторил. Но не тут-то было.

— Месье, мы слишком злоупотребляем вашим временем, — резко прервал его Банколен. — Сейчас, должно быть, уже начало двенадцатого. Желаем вам спокойной ночи.

Осматривать комнаты мадам Клонек я сегодня не буду. Единственное, что я хотел, — предостеречь вас. Многим известно, что у вашей подруги были драгоценные украшения. Скажите, где они хранятся? Здесь или в банке?

— В квартире. В стенном сейфе. Только шифра я не знаю. Ее поверенный сегодня приезжал ко мне. Хотел решить вопрос с драгоценностями. Но оказалось, что код и ему не известен. Пообещал приехать завтра утром и привести с собой специалиста по сейфам.

— Понятно. А теперь — Аннет, о которой вы недавно упомянули. Вы обещали дать адрес ее родителей.

— Да-да, конечно. Аннет Фове, Монмартр, авеню Сент-Руйе, дом 88.

— А что она за девушка?

Делотрек удивленно посмотрел на сыщика:

— Ну… я даже не знаю, что вам сказать. Для горничной она очень образованна. Одно время служила даже гувернанткой. Насколько я могу судить, девушка она трудолюбивая и исполнительная. Что же касается ее внешности… Аннет высокая, крепкого телосложения блондинка, с голосом как у…

Делотрек неожиданно замолк на полуслове.

— Как у кого? — подстегнул его Банколен.

— Знаете, когда я рассказывал вам о телефонном разговоре, мне в голову неожиданно пришла одна мысль, — продолжая смотреть в дальний конец тира, сказал Делотрек. — Но она совершенно абсурдная. Хотя я, слава богу, не криминалист.

Нет, с Роз по телефону говорила не Аннет. То был не ее голос. Во всяком случае, не похожий на ее.

А, собственно говоря, зачем ей потребовалось звонить своей хозяйке? Ну, если только по чьей-то просьбе. Вот тогда она и могла изменить голос.

Нет, это была не она. Хотя кто знает. Из всех женщин на роль мужчины в коричневом плаще больше всего подходит именно Аннет.

— А зачем ей это?

— Не знаю. Решать вам.

— Хорошо. Мы и эту версию рассмотрим. А теперь позвольте откланяться. На прощание дам вам совет: не верьте всему, что пишет месье Огюст Дюпа. Во всяком случае, пока он не представит более веские доказательства…

— Более веские доказательства? — удивленно уставился на сыщика Делотрек. — В них-то все и дело! Они разве не веские? Разве я не доказал вам, что убийство совершила женщина? Неужели вы этого не понимаете?

Он взял лежавшую на стенде газету и глазами пробежал по ее строкам. Нашел нужное место и стал зачитывать:

«Знаю, что кое-кто скажет: „Боже, какой же этот Дюпа умный! Он установит имя преступника, как сделал это в деле Полтона, как раскрыл дело об ограблении на улице Мартир и убийство в Буа-де-Венсен!“

И тем не менее, есть ли у него неопровержимые доказательства, которые он мог бы передать полицейским, а те, в свою очередь, генеральному прокурору?

Терпение, дорогие мои читатели! Папочка Дюпа вас не разочарует. Вы узнаете о них в конце его статьи».