Через пятнадцать долгих лет - Дмитрий Алексеев

ответил старик, и Артём понял, что тот просто боится покойников. Такое поведение старика немного насмешило Кравцова, но он промолчал и сам проверил тела. Живых, разумеется, не было, зато мелкие лесные хищники уже основательно объели мясо на лицах и от вида белесоватых черепов стало жутковато даже индифферентному по жизни Артёму.

— Есть золото, тут лежит и ящики целые, — крикнул Серафим, Артём поспешил на зов.

— Должно быть шестьдесят килограмм, но больше сорока нам не унести, — вздохнул Артём. — Дороги нет, только сопки и русло Селемджи, и почти двести километров пути. Боюсь, продуктов не хватит, так что посмотри консервы в вертолёте. Жадность губит всех авантюристов, поэтому мы ограничим аппетит.

Артём занялся ревизией золота и тут его ожидал сюрприз. Оказалось десять ящиков по десять килограммов, часть из которых разбилось при аварии. Значит, не шестьдесят, а сто кг было в вертолёте, как это понимать? Выходит, в будущем уже учтено, что Артём с Серафимом пойдут в прошлое и стащат эти сорок «лишних» килограммов? Бред какой-то!

Ничего не придумав, Кравцов поделился сомнениями с напарником. Серафим традиционно почесал в голове и так же традиционно ответил:

— Кто у нас институт закончил? Вот и кумекай сам, моё дело груз тащить!

На их счастье, нашли ящик тушёнки, несколько банок сгущёнки, и оптимизма добавилось. Артём вытащил десяток коробков спичек, полётную карту и компас. Взяли ещё большой полог из брезента, ну а больше им ничего не увезти на нартах.

Русло реки было заметно, да и вода уже замёрзла, но из-за позёмки идти было непросто. К концу первого дня пути они не дошли до русла Селемджи, а теперь предстояла тяжёлая ночь посреди снежной бури. Артём тянул нарты за лямку, а Серафим толкал сзади палкой. Пару раз в день менялись, чтобы работали все группы мышц.

Артём никак не мог привыкнуть к виду Серафима; раньше он был высокий и широкоплечий, а в новом обличии больше напоминал гнома; одинаковый в высоту и ширину, зато руки почти до колен. Опыт охотника никуда не делся, поэтому Серафим первым заметил овраг на склоне сопки, куда ветер не попадал. Вдвоём быстро сделали шалаш из веток, забросали с трёх сторон снегом и развели костёр внутри. Расстелили брезент и укрылись им же.

Получилось уютно, тепло и напоминало о доме, правда, завывания ветра очень напоминали волчий вой. Артём предварительно расспросил местных в Экимчане и те уверили, что волков вдоль рек и дорог не водится; отбиваться от них было нечем, кроме двух длинных кухонных ножей и топоров.

Утром снег продолжил своё медленное падение, но ветер почти прекратился. К вечеру вышли в русло Селемджи, довольно широкой реки, вода в которой уже замёрзла, но гладкого льда мало, зато торосов и ледяных кочек хватает. Прямо по льду идти из-за глыб льда было проблематично, поэтому они прижались к низкому берегу и шли по самой кромке тайги. Снега нападало за три дня много и, если бы не охотничьи лыжи, им пришлось туго.

Артём почти не чувствовал усталости и тянул за двоих, а вот его напарник явно сдавал. Честно говоря, Артём не представлял, кто из них ослаб здоровьем: старый Серафим или совсем нестарый коротышка Ждунов. Сам Серафим не признавался в усталости, но это и так видно. Так что темпы продвижения у них снизились вдвое.

Через семь дней похода по Селемдже, Артём рассчитал по карте, что не прошли и половины. Когда готовился к походу, думал, что они уже одолеют путь, но, по глубокому снегу и без дороги, оказалось совсем непросто.

«Ничего, ещё неделя и мы дома», — успокаивал себя Артём. У Серафима сил едва хватало на дорогу, поэтому они почти не разговаривали.

В эту ночь они впервые услышали совсем недалеко волчий вой.

— Странно, — заявил Артём спокойным голосом, чтобы не волновать напарника, — вроде бы якуты уверяли, что волки не спускаются к дорогам и рекам.

— Ну, да, в обычные зимы, а эта слишком снежная, поэтому и сменили места охоты, — высказал свою гипотезу Серафим.

Это было неприятное открытие, поэтому они жгли несколько костров и дежурили попеременно. После обильного снегопада морозы немного ослабели, да и ветер по долине реки стал попутный.

Как и почти всегда, близость окончания путешествия ослабили осторожность Серафима. Под вечер в сумерках он не заметил трещины во льду, оступился и подвернул ногу. Перелома не было, однако идти он не мог, так что, Артём тянул нарты с грузом и Серафимом. Тот постоянно помогал, отталкиваясь шестом, но основная тяжесть была на Кравцове.

Ещё через три дня Артём тоже ослабел и начал думать, чтобы закопать золото на приметном месте, не доходя до Февральска.

Погода опять изменила планы: подул сильнейший встречный ветер и идти против него было невозможно.

Опять нашли овраг между сопками и устроились в шалаше на два дня. Отдых был кстати, беспокоил только волчий вой. Всё-таки, Серафим надеялся, что осторожные волки не нападут на людей без собак и лошадей, но Артём не разделял его уверенности и постоянно подскакивал ночью, чтобы добавить дров в костры. Сам он чувствовал себя прекрасно, да и не удивительно: хозяин тела Степан был настоящий богатырь с отменным здоровьем.

На случай нападения хищников, Артём изготовил четыре заострённых копья из прямых веток, и всегда держал их под рукой. Разум и чувство опасности подсказывали, что нападение будет в эту лунную безветренную ночь, да и вой волков раздавался очень близко.

Стая напала под утро, но и Артём с Серафимом не спали и были готовы. Первые два самых крупных волка атаковали почти синхронно с разных направлений, у Артёма под рукой был шест, кухонный нож и топор. Главное, дождаться броска хищника и бить наверняка, а для этого нервы должны быть из канатов.

Здоровенный волчара с оскаленной пастью нёсся к человеку, взрывая глубокий снег, поэтому не слишком быстро, и это его погубило. Артём дождался достаточного короткого броска из сугроба и вонзил в бок заострённый шест. Почти мгновенно, схватил топор и опустил лезвие на череп хищника.

Волк успел взвизгнуть после попадания копья, но тут же замолк после удара топора.

Поняв, что этому волку добавки не требуется, Артем с топором рванул ко второму. Тому уже досталось от Серафима, но он ещё пытался напасть. Артём накинул на морду зверя брезент и рубанул топором по туловищу.

Дальнейшую картину стоило показать в фильме ужасов: волк не сдох, а на передних лапах довольно резво уходил в сторону, а за ним тянулся кровавый след; задние ноги не шевелились.