Семейные узы - Лилия Фандеева

нужно либо твое разрешение на вывоз ребенка, либо отказ. Думай, у тебя есть время.

– Ты хочешь остаться в Англии? – удивленно спросил Влад.

– Видишь ли, этот город станет для нас с тобой тесным. Если ты уедешь, я вернусь.

– А где ты будешь жить, если продашь квартиры?

– Поживу с Маргаритой, пока дела наладятся, а там может замуж, кто позовет. Мне всего двадцать два года. Ты нас отвезешь или мне вызвать такси?

– Садитесь, я отвезу. Ты в понедельник придешь в суд?

– Позвонишь, когда и где.

Они всю дорогу ехали молча. «Говорил» только Никита, сидя в своем кресле.

– Чего он хотел? – спросил отец.

– Развода. Я не возражала, – ответила Даша и коротко передала суть переговоров.

– Рита, ты слышала, мы обвинили его в воровстве, – негодовал отец.

– Даша, ты, действительно, спокойно переживаешь разрыв с Владом? – волновалась Маргарита Николаевна.

– Успокойтесь! Я на него даже не сержусь. Обиды, слезы и разочарования остались в прошлом. Сказать, что он воспользовался мною, я не могу. Тогда я считала себя самой счастливой в мире. Я не была наивной и знала, что делаю. Сказать с уверенностью, что он меня не любил, я тоже не могу. Он был искренним, и я это чувствовала. Обманул? Да! Но там, где кончается любовь, обман и начинается. Он сделал свой выбор, а я его приняла. Где-то я ему даже благодарна – научилась держать удар. Не волнуйтесь за меня, я справлюсь.

Санька позвонил в начале десятого вечера.

– Дань, сделал все, как смог. Отследить меня невозможно. Мы зря ломали голову. Он все хранил в облаке. Скажи папе и Рите, что они должны мне перелет в Турцию и обратно.

– Я верну тебе деньги, когда встретимся в университете. Тебя это устроит? Сань, почему Турция?

– По кочану. Скажи, пусть папа мне позвонит, когда будет результат. Всем привет.

– Пап, Санька просил перезвонить по результату, а еще ты ему должен за перелет в Турцию.

– Я отдам ему свой миллион, если деньги вернуться. Как же ему это удалось? Может, я рано радуюсь? Зачем он летал в Турцию?

– Пап, теперь жди хороших новостей, а все подробности узнаешь через месяц, когда мы вернемся. Давай завтра поедем в офис. Мне кажется, что вас «обувает» не только Влад. Я хочу понять: почему за полгода так все изменилось к худшему и со всех сторон? Объемы у вас небольшие, а это значит, нельзя заблудиться в трех соснах. Все может лежать на поверхности, стоит только внимательно посмотреть. Вы привыкли доверять людям, а Влад, возможно, вошел в сговор. Я не уверена ни в чем, но начинать с чего-то надо.

Три дня Даша провела в компании отца. Нарушения сами себя «выдавали». Мошенники не изобретали велосипеды. Они «крали» у себя небольшими суммами, но регулярно. При этом все документы были в порядке, если бы не липовые подписи через раз. Получая материалы и обнаруживая брак через неделю, они большую часть списывали, составляя акт. Брак продавался по бросовой цене, хотя и не был браком, компания несла убытки, а разницу в цене кое-кто получал в конверте. Даша была не столько возмущена, сколько удивлена таким отношением к делу. Это делали люди, которые проработали со Щегловым с самого начала, и Маргарита доверяла им. Но это были мелочи по сравнению с возвратом суммы в девятнадцать с половиной миллионов долларов. В это же время, а точнее в понедельник, Даша встретилась с Владом в суде. После короткой беседы с судьей, она поинтересовалась:

– Скажите, Ваша честь, может ли состояться слушание в мое отсутствие? Дело в том, что я заканчиваю обучение в Англии и не знаю, вернусь ли назад, а если вернусь, то когда. Владиславу нужен быстрый развод, и я не возражаю, но сын должен остаться со мной.

– Ваше обучение оплачивает муж?

– Мое обучение, как и проживание, оплачивает университет. Я выиграла гранд.

– Жилье, в котором вы проживали до отъезда, принадлежит мужу?

– У меня есть комната в квартире, полученная отцом, есть квартира, по завещанию прадеда моего сына.

Слушание о расторжении брака назначили на 20 мая.

–Ты доволен? – спросила Даша Влада, выходя из здания. – Теперь идем к нотариусу. Пожалуйста, не делай скорбным лицо. Тебе не в чем меня упрекнуть. Я оставляю Ника на няню только по необходимости. Возможно, я захочу через год навестить маму, или отдохнуть в теплой стране. Где я буду тебя искать?

– Я все понимаю. Ты когда улетаешь? Мы можем пообедать вместе? Я не думал, что будет так неприятно на душе.

– Обедать я буду дома. Меня отец ждет с Никитой, а улетаем мы через два-три дня. Что касается твоей души? Все проходит, пройдет и это. У тебя впереди годы счастливой жизни с богатой и любимой женщиной. Ничего страшного не произошло. Все живы, а насильно, кого-то заставить любить, нельзя. Удачи тебе.

– Постой, Даша. Здесь деньги для Никиты. Скоро у него день рождения, купи ему подарок, – сказал Влад, протягивая ей конверт, сложенный пополам. – Поцелуй его за меня. Пока. – Он направился к своей машине. В конверте лежала тысяча долларов. Десять бумажек достоинством в сто условных единиц.

Еще два дня Даша советовала отцу и Маргарите, что можно предпринять в сложившейся ситуации.

– У вас все козыри на руках. Раскручивайте и развязывайте узлы. У вас есть горький опыт того, что пословица «доверяй, но проверяй» работает, и у вас все получится. О том, каким образам вернулись деньги, вы не знаете. Вернулись и все. А нам пора возвращаться к учебе.

–Ты бы возвращалась домой, Даша. Мы будем вас ждать. Я найду Никите няню, ты поживешь пока с нами, сделаем ремонт в твоей квартире – переедешь, – говорила Маргарита за ужином.

– Я Саньке звонил. Ольга собирается прилететь на ваши дни рождения. Отдашь ей деньги за Турцию? Пусть ее Петр успокоится.

– Мама денег не возьмет, а ее Петр нормальный дядька, а иначе бы, не отпустил ее на три дня. Немцы экономный народ. Денег я и с тебя не возьму.

– А тебе их никто и не предлагает. Это наши с Ритой подарки вам с Санькой и Никитой к дням рождения. Ты к разводу вернешься?

– К этому сроку, я планирую окончить обучение, но не все зависит от меня. – А что связывает Влада с новой невестой?

– Я думала, не спросишь, – вздохнула Маргарита. – Давняя история. Влад учился с Еленой Громовой в одном классе. Ее отец был управляющим строительного треста. Мы с ним, с Громовым, были знакомы с юности, учились вместе и встретились на одном