Здравствуйте, господин Ампер - Томаш Борец

сожалению, безуспешная. Во время маневрирования корабля кабель опять порвался.

Все надо было начинать сначала. На этот раз их ждал успех. Корабли доплыли до портов без каких-либо приключений, и трансатлантический кабель был уложен на дно океана.

5 августа 1858 г. в Америку поступила первая кабельная депеша — каблограмма. Ее отправителем был не кто иной, как профессор Томсон. Кроме прочего, в ней говорилось: «Европа и Америка получили телеграфную связь… Два больших континента уже не разделены Большой водой — мы приблизились друг к другу». Затем поздравительными телеграммами обменялись английская королева Виктория и президент Соединенных Штатов Америки Бьюкенен.

Но недолго длилась радость от этого успеха. Сигналы становились все слабее и слабее. После передачи в течение трех недель 732 сообщений, во время которых был использован зеркальный гальванометр Томсона, кабель замолчал окончательно. Разочарование было велико, но Томсон не удивился. Он знал, что кабель был в нескольких местах «залатан», не исключалась также возможность нападения на кабель акул. Поэтому он решил усовершенствовать производство кабелей и устройства для их укладки.

В течение следующих семи лет Томсон принимал самое энергичное участие в подготовке нового «перекрытия» океана. За это время появились новые способы электрических измерений, были усовершенствованы механизмы, а главное создан более прочный кабель, обладающий большей сопротивляемостью к механическим повреждениям.

Своим коллегам-профессорам, которые советовали Томсону оставить это несчастное предприятие, ученый обычно отвечал: «Что однажды уже было сделано, нужно выполнить снова. История борьбы человека с природой не знает потерь уже завоеванных однажды позиций…»

И, кстати, именно Томсон убедил директоров Атлантической телеграфной компании в том, что нужно проложить новый кабель.

Он лично следил за изготовлением нового кабеля, совершая еженедельные поездки из Глазго в Лондон. В поезде за ним было закреплено отдельное купе. Не раз случалось так, что секретарь Томсона прибегал, задыхаясь, в кабинет начальника станции: «Профессор Томсон просит вас во что бы то ни стало задержать лондонский экспресс до его прихода». Томсон уже тогда был весьма уважаемым человеком, и не раз случалось, что начальник станции действительно задерживал скорый поезд.

В Лондоне он останавливался у родственников, которые уже привыкли к тому, что он появлялся в самое неожиданное время. У него был собственный ключ от квартиры, и он знал, что постель для него всегда приготовлена.

Однажды ночью сестра Томсона проснулась, услышав, как кто-то пытается проникнуть в дом через окно. Перепуганная, она вооружилась тяжелой палкой и приготовилась ударить взломщика, но в это время, ее позвал по имени хорошо знакомый голос: «Я забыл ключ и не хотел тебя будить», — оправдывался рассеянный профессор.

И, конечно же, не удивительно, что на палубе «Great Eastern» перед отплытием появился профессор Томсон, принимающий участие в экспедиции в качестве эксперта и консультанта. «Great Eastern» был самым большим построенным до того времени кораблем. Его водоизмещение равнялось 27 тысячам тонн, он имел корабельный винт и гребные колеса, двигателем служила паровая машина мощностью 5300 лошадиных сил.

Первые две тысячи километров кабеля были уложены без каких-либо помех. А затем произошло несчастье. Во время маневрирования корабля был поврежден кабель. Трижды удавалось подтянуть кабель с глубины, но канаты оказались слишком слабыми, они порвались, и закончилось все это тем, что механизмы вместе с кабелем исчезли в морской пучине. Корабль вынужден был вернуться в порт.

Последняя попытка была предпринята тоже на корабле «Great Eastern». Изготовление нового кабеля и механизмов для его укладки длилось год, и, наконец, в 1886 г. кабель был уложен сразу и без каких-либо осложнений. И зайчик, отраженный от зеркальца гальванометра, снова начал подрагивать и мигать, передавая точки и тире, буквы, фразы, телеграммы…

Несмотря на то, что Томсон доказывал, как мог, что его участие в прокладке кабеля было незначительным, вся Англия придерживалась другой точки зрения. В ноябре 1886 г. королева Виктория присвоила ему дворянское звание «за заслуги в связи с организацией телеграфной связи между Европой и Америкой».

Новый 1892 год принес Томсону титул, пэра, он стал членом палаты лордов. Принимая по этому случаю поздравления, Томсон чувствовал себя крайне неловко. Для него это было настолько неожиданным, что он никак не мог решить, какое ему выбрать имя для нового титула, который требовал изменения фамилии.

Для решения этого вопроса пришлось созвать семейный совет. Серьезных и шуточных предложений было множество: лорд Компас, лорд Кабель… Наконец раздался голос жены Томсона: «А почему бы не лорд Кельвин?»

Кельвин — так называлась чудесная речушка, протекавшая в Глазго рядом с университетом, образующая на своем пути небольшие озерца, в которых плавали лебеди и дикие утки. На том и порешили, Томсон, участвовавший в семейном совете с таким видом, как будто речь шла вовсе не о нем, подумал: «А, собственно говоря, почему бы и нет? В глубине души я всегда был моряком…»

Клаузиус

КЛАУЗИУС (Кл)

единица энтропии. Была названа в честь немецкого физика Рудольфа Юлиуса Эмануила Клаузиуса.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ:

энтропия тела увеличивается на 1 клаузиус, если тело при абсолютной температуре Т и обратном протекании всех процессов получает количество тепла, равное Т∙К-1 кал.

ПРИМЕЧАНИЕ:

клаузиус — запрещенная единица. В настоящее время используется единица энтропии (тепловой емкости) джоуль на кельвин (Дж/К).

ПЕРЕВОДНОЕ СООТНОШЕНИЕ:

1 Кл = кал∙К-1 = 4,1868 Дж/К.

Жизнь и творчество

Рудольф Юлиус Эмануил Клаузиус родился 2 января 1822 г. в Кеслине в многодетной семье учителя. Вначале учился в Берлинском университете, а затем закончил учебу в 1848 г. в Галле. Он относился к той категории студентов, которые помогали содержать своих младших братьев и сестер и вынуждены были в связи с этим заниматься репетиторством.

В возрасте двадцати лет, получив звание приват-доцента, он начал преподавать физику в Инженерно-артиллерийской школе в Берлине. С 1855 г. в течение 12 лет преподавал физику в Высшей политехнической школе Цюриха. Здесь же он женился. Затем стал профессором физики в университете в Вюрцбурге, однако здесь он оставался недолго — всего два года и, наконец, переехал в Бонн, где работал до конца своей жизни.

Клаузиус был очень добросовестным человеком, трудолюбивым, но в то же время и очень замкнутым. Во время войны 1870—1871 гг. он получил тяжелое ранение колена, вследствие чего был вынужден уступить экспериментальное обучение студентов Клеменсу Кеттелеру. Будучи представителем так называемой «старой гвардии», он не передал своему преемнику ни аппаратуры, ни приборов, и, может быть, поэтому в Боннском университете не получила должного