Миссия в ад - Дэвид Балдаччи

стальная седина, а лицо избороздили морщины. И шрамы от одной миссии, которая пошла не по плану.

Он повернулся к Аманде Маркс, которая наблюдала за всем процессом с выражением легкого отвращения.

– Не для слабых желудком или сердцем, – заметил он.

– И цель мне не совсем ясна. Мы действительно ожидаем, что они подпишут признание?

– У меня такой задачи нет. Мне велели это сделать, и я сделал. С остальным пусть разбираются юристы ЦРУ и руководство.

– Вообще-то ими поручено заниматься мне, – сказала она.

– Так и есть, Аманда. Я не наступаю тебе на пятки. Но я получил приказ. И, – он перевел взгляд на Роби и Рил, – в отличие от некоторых, я приказы исполняю.

– Тогда что дальше?

– Моя работа здесь закончена – до новых распоряжений. Может, я еще и увижу этих двоих прежде, чем они уедут. Если уедут, – поправился он.

– Они оба считают, что их привезли сюда, чтобы прикончить, – сказала Маркс.

– А ты думаешь, это невозможно? – поинтересовался Вайола, слегка удивленный. – Бывает, рекруты тут гибнут. Редко, но случается. Это не летний лагерь, Аманда.

– Мы говорим о разных вещах. Тут бывают несчастные случаи. К тому же Роби и Рил не рекруты. Они ветераны, закаленные в боях. Но если цель с самого начала была…

Он перебил ее:

– Постарайся в это не углубляться. Просто делай свою работу. Так будет лучше и для тебя, и для начальства.

– И тебе все равно?

Он искоса глянул на нее:

– Раньше, может, было не все равно. Может. Но сейчас уже нет.

– Что изменилось?

– На нас напали. Башни обрушились. Пентагон пострадал. Самолеты разбились. Американцы погибли. Теперь я стараюсь видеть мир исключительно черно-белым.

– Мир не черно-белый.

– Почему я и сказал, что стараюсь. – Он развернулся и вышел из комнаты.

Маркс сделала шаг вперед и посмотрела на два бессознательных тела. Вспомнила свою встречу с Эваном Такером перед приездом сюда. Директор достаточно ясно выразился насчет того, какого исхода хочет. Внешне все выглядело убедительно и справедливо. Если они пройдут тесты, так тому и быть. Они получат новое задание. Проще некуда.

Но потом случилось это – поступил приказ на пытку водой под руководством Вайолы. Этот человек был лучшим в своем деле, Маркс это знала. Однако он отличался, скажем так, размахом, а его моральные ориентиры трудно было вообще назвать моральными. И это ее беспокоило.

«Письменное признание в убийстве и государственной измене?»

Сюда явно приложил руку Эван Такер. Никто другой в агентстве не осмелился бы отдать подобный приказ. Значит, правила изменились. Такер использовал Пекло не только для того, чтобы проверить Роби и Рил и попытаться их сломать. Он хотел, чтобы они признались в действиях, которые могли повлечь за собой тюремное заключение. А ей сообщил только часть своего плана. И правильно, потому что Маркс отказалась бы.

Эта простая мысль внезапно ее потрясла. Она никогда раньше не отказывалась от исполнения прямого приказа. Такое вообще случалось крайне редко. Именно по этой причине Роби и Рил попали в нынешнюю ситуацию.

«Я становлюсь как они?»

Она услышала, как Роби и Рил застонали, начиная приходить в себя.

Маркс повернулась к одному из своих людей:

– Отведите их обратно в комнату. Дайте выспаться. Я сообщу, когда начнутся следующие испытания.

Ее приказ исполнили немедленно. Она посмотрела вслед Роби и Рил, которых волокли в их комнату.

«Правильно будет сказать, в их тюремную камеру.

Возможно, в камеру смертников».

Глава 16

Роби проснулся первым. В комнате не было окон, и он понятия не имел, сколько сейчас времени. Часы у них отобрали сразу после приезда. Он медленно сел и потер раскалывающуюся голову. Перегнулся через край верхней койки и увидел Рил, спавшую на нижней.

Он с трудом сглотнул и поморщился, ощутив вкус вчерашней рвоты во рту.

– Мерзость, да?

Он снова глянул вниз и увидел, что Рил смотрит на него.

– Да уж, не то, что хочется повторить еще разок.

Он свесил ноги с края, спрыгнул на пол и присел на ее койку. Она поджала ноги, освобождая ему место.

– И зачем это все? – спросила она. – Не думали же они, что мы подпишем признания?

Роби глазами указал на подслушивающее устройство, но Рил потрясла головой:

– Мне плевать, если они услышат. – Она села и сказала громко: – Я не стану признаваться в этой херне!

Рил покосилась на Роби: он улыбался.

– Чего? – спросила она.

– Ничего. Мне просто нравится твой изысканный стиль.

Она уже собиралась ответить, но передумала и засмеялась.

Через секунду Роби присоединился к ней.

А потом оба замолчали, услышав приближающиеся шаги.

Дверь отворилась, и оба немедленно отпрянули назад, напрягшись и подняв руки, готовые к сопротивлению. Чтобы снова увести их, конвою пришлось бы потрудиться.

Однако на пороге стоял Эван Такер.

Роби кинул на Рил короткий взгляд. Лицо у нее было настолько разъяренным, что он испугался, как бы Рил не бросилась на директора ЦРУ. Он действительно начал поднимать руку, чтобы блокировать удар, когда она произнесла:

– Доброе утро, директор! Как вам спалось? Нам вот прекрасно. Лучшая ночь за много лет.

Такер при этих словах изобразил натянутую улыбку и присел на стул напротив их койки. Костюм у него был мятый, а рубашка несвежая, как будто путешествовал он отнюдь не первым классом.

– Я знаю, что вчера произошло. Это был мой приказ.

– Приятно слышать, – отозвался Роби. – Значит, это признание? Потому что, насколько мне известно, пытка водой незаконна.

– Незаконна, если применяется при допросах заключенных. Вы не заключенные, и никакого допроса не было.

– От нас требовали подписать признания, – возразила Рил.

– Обычная уловка. Никаких документов для подписи нет.

– Тот парень вчера говорил совсем другое. И условия сделки озвучил весьма точно, – заметил Роби.

– У него был сценарий, и он его придерживался. Но документов нет.

– Тогда зачем все это понадобилось? – спросила Рил.

– Чтобы посмотреть, как вы справитесь. Миссия, к которой вас готовят, связана с риском поимки. А про врага мы знаем, что он использует пытку водой в числе прочих инструментов допроса, чтобы сломать заключенных. Так что вам надо не только стрелять и попадать в цель.

– И это никак не связано с вашим стояком на меня, директор? – прищурилась Рил. – Вы правда хотите, чтобы мы вам поверили?

– Мне плевать, верите вы или нет. Я свою позицию изложил предельно ясно. Вы убили двух моих людей и разгуливаете на свободе. Я считаю, что это дурно пахнет. На мой взгляд, вам место в тюрьме, но это не мне решать. Я делаю свою работу, а вы