Тайный год. Неизвестный дневник священника - Архимандрит Спиридон (Кисляков)

Слыша это, я удивился такому богатому психологическому опыту каторжанина. И действительно, нужно сказать правду, естественное зачатие более предрасполагает детей ко злу, чем к добру. Располагает оно их ко злу потому, что в нем совершенно отсутствуют такие активно-благотворные элементы, как религиозность родителей и молитва в этот великий момент, когда ребенок получает начало быть человеческим зародышем. Зачатие ребенка – момент чуда, появления в жизнь человеческого зародыша. На это особенно человечество и, в частности, христианство должны обратить свое внимание. Если земледелец приступает к посеву хлеба, то он подготавливает для этого дела землю, почву; он пашет, боронит, а потом уже начинает сеять, да и то, прежде чем сеять, он просеивает семена, чтобы в них не оказалось посторонних семян. И когда все это сделает, тогда он уже чистые отборные семена начинает бросать в землю.

Я говорю: если крестьянин с такою тщательностью и с такою серьезностью приступает к своему делу, то почему же родители с такою христианскою серьезностью не относятся к столь величайшему делу, как зачатие человека, – к этому бесконечно дорогому посеву? Почему родители не прибегают в естественном зачатии детей к тем необходимым для этого величайшего дела данным, как религиозность и молитва к Богу? Неужели родители настолько невежественны, грубы и бесчеловечны, чтобы такой единственно ценный момент в человеческой жизни оставить без этих двух животворных элементов? Да, как это ни странно и даже ни дико, а у нас, христиан, естественное зачатие обходится без сих активных сил духа. И вот благодаря именно отсутствию этих благодатных сил в процессе зачатия, последнее и действует на зародыш человека в высшей степени разрушительно. От такого зачатия ребенок является активно предрасположенным ко всему дурному и преступному. Плод такого зачатия – врожденный злой человек! В нем нет задерживающего начала для его страстей, он весь целиком является жертвой последних. Его родители, творя его, услаждались похотью, ребенок же, родившийся от таких родителей, представляет собой сплошную оскомину этой похотливой страсти.

Однажды мне пришлось беседовать с одесским босяком в Маразлиевском[106] ночлежном доме. Во время нашей беседы этот босяк был выпивши и развязно начал говорить так: «Знаете ли, батюшка, сеяли нас блудники, а пожали прелюбодейцев. Господи! Да ведь я знаю, что мой отец зачинал меня выпивши; а от такого зачатия я вот родился форменный босяк и неисправимый пьяница. Вот вам делишки-то какие! Вы говорите: воспитание, культура и другая всякая сволочь, а я скажу: мы все зачаты по-животному. Тьфу ты, черт меня побери, что я говорю – по-животному: если бы зачаты по-животному, мы были бы любимцами жизни, нет, мы просто зачаты по-чертовски. И вот мы и родились чертовым отродьем: один пьяница, другой вор, третий убийца, четвертый – форменный босяк, жулик, пятый идиот, шестой какой-нибудь маньяк… Сами, брат, портим себя! Сказано ведь: “Что посеешь, то и пожнешь”. Правда, отец Спиридон?» «Правда», – говорю ему. «Ну вот», – ответил он мне и тотчас отошел от меня.

Тут я подумал: да, босяк этот прав. Но вот вопрос: многие ли так думают относительно всего этого, как вот думает и говорит этот босяк? Я более чем уверен, что очень и очень редкие задаются такою мыслью. Я даже допускаю, что большинство относительно этого вопроса просто ничего не думают. Мало того. В наше время большинство супругов как будто сговорились между собою в целях преследования утробных своих детей (аборты). Это страшный симптом упадка вообще человечества в самом человечестве. Человечество из-за извращенного своего эгоизма нагло душит и травит утробных своих детей.

Существует ли что-нибудь аналогичное у животных? Я, по крайней мере, ничего подобного не знаю.

Вот что из себя представляет естественное зачатие человека. По существу говоря, такое зачатие недостойно того, чтобы его называли естественным. И если мы так его называем, то только потому, что оно, по своему содержанию, целиком отождествляется вообще с животною жизнью, и только потому. Это печальное явление! А ведь его можно исправить, его можно вывести из такого печального состояния и вывести совершенно в другое состояние, состояние радостное. Но это только можно тогда, когда зачатие целиком охристианизируется, когда человечество оценит этот момент и начнет его культивировать путем чисто религиозного и молитвенного отношения ко Христу. Это-то вот самое отношение родителей ко Христу в этот величайший момент и сделает свое дело. Для подтверждения моих слов я приведу такой пример.

Иаков, сын Исаака, внук Авраама, сговорился со своим тестем Лаваном относительно награды за свое пастушество и сказал Лавану: «Я пройду сегодня по всему стаду овец твоих; отдели от него всякий скот с крапинами и с пятнами (пестрый), и всякую скотину черную из овец, также с пятнами и с крапинами из коз. Такой скот будет наградою мне. И будет говорить за меня перед тобою справедливость моя в следующее время, когда придешь посмотреть награду мою. Всякая же из коз не с крапинами и не с пятнами, и из овец не черная, краденое это у меня».

Лаван сказал: «Хорошо, пусть будет по твоему слову». И в этот день Лаван отделил пестрых козлов, и с пятнами, и всех коз с крапинами, и с пятнами, всех, на которых было несколько белого, и всех черных овец, и отдал в руки своим сыновьям, и назначил расстояние между собою (т. е. между стадом своих сыновей) и стадом Иакова на три дня пути. Иаков же пас остальной мелкий скот Лаванов.

Что же Иаков делает, чтобы все будущие ягнята и козлята были с крапинами, пестрыми и черными? Он знает, что делает. Он сейчас же взял свежие тополевые, миндальные и яворовые прутья и начал на них вырезать белые полосы, сняв кору с них. И положил (эти) прутья с нарезками перед скотом в водопойные корыта, куда скот приходил пить и где в то же время зачинал перед прутьями. И зачинал скот пред прутьями, и рождался скот пестрый, и с крапинами, и с пятнами. И отделял Иаков ягнят и ставил скот лицом к пестрому и всему черному скоту Лаванову; и держал свои стада особо, и не ставил их вместе со скотом Лавана. Каждый раз, когда зачинал скот крепкий, Иаков клал прутья в корыта перед глазами скота, чтобы он зачинал перед прутьями. А когда зачинал скот слабый, тогда он не клал (прутья), и доставался слабый скот Лавану, а крепкий Иакову. И сделался этот Иаков богатым человеком, и было у него множество мелкого скота, и верблюдов, и ослов