Сильнее всех разлук - Барбара ХАННЕЙ

— Конечно, нет. Но ты еще прекраснее, Нелл.

— Мне почти сорок.

— И что? — Джекоб поцеловал ее в подбородок, в ухо и уткнулся лицом в ее шею. — От тебя пахнет как от девятнадцатилетней.

Она рассмеялась. Джекоб всегда смешил ее.

— Это потому, что я пользуюсь детским мылом Сэма.

— Я куплю воз детского мыла. — Он продолжал целовать ее, зажигая в ней пламя желания. — На вкус ты, как моя Нелл.

Ах, Джекоб, любимый мой.

Он поднял ее и прижал к своей твердой плоти.

— Ты и на ощупь как моя Нелл. Он тихо застонал, и она тоже.

Нелл была довольна, что свет был приглушенным, когда он раздевал ее. И почему она не подумала надеть какой-нибудь сексуальный лифчик вместо обычного, из хлопка? Но, очевидно, это не имело значения. Джекоб торопливо снимал с себя футболку. Какая у него великолепная грудь! Какие плечи!

Потом он снова целовал ее, подводя к кровати. Уложил ее на матрас, лег сам, помог ей снять лифчик. И он был в таком восторге от ее наготы, что Нелл перестала беспокоиться о своем теле, забыла обо всем.

Она зажмурила глаза и раскрыла рот, как будто хотела закричать, когда Джекоб отдавал дань ее женственности. Ей было снова девятнадцать, она была безумно влюблена в этого мужчину и хотела только его.

В безумной горячке они сбросили оставшуюся одежду. Она слегка вскрикнула, когда они вместе пришли к завершению, прижимаясь друг к другу.

Он обнял ее.

— Ты красивая, Нелл, великолепная. Ты нисколько не изменилась. — Слегка отстранившись, он провел пальцем по изгибу ее бедра. — А вот и оно.

— Что?

— Маленькое родимое пятно в виде бабочки у тебя на бедре.

Наклонившись, он поцеловал это пятнышко. Когда он, целуя, поднимался от талии к ее груди, Нелл снова охватило желание.

Она была поражена, что все произошло так легко. Ничто не помешало им доставить друг другу радость.

Когда Джекоб полез в ящик своей тумбочки, Нелл едва не запротестовала. Ей хотелось отбросить осторожность. Но потом к ней вернулось здравомыслие. Ведь ей почти сорок. У них есть внук.

Сейчас ей нужен был только Джекоб.

Она посмотрела в его глаза, когда он присоединился к ней, и увидела глубокую нежность в сочетании со страстным желанием. Закрыла глаза и еще раз прошептала его имя, прежде чем погрузиться в водоворот желания.

Нелл положила голову Джекобу на плечо.

— Это было изумительно. Джекоб поцеловал ее в лоб.

— Мы были с тобой как единое целое. Нелл прижалась губами к его шее.

— Я не думала, что все будет так раскованно.

— Это потому, что мы там, где должны быть. — Он провел рукой по ее животу. — Здесь выросла наша девочка.

— Да.

Он прижал руку, и она ощутила его тепло, вспомнила о своей беременности, когда ребенок был внутри и бился ножками.

Ужасная потеря…

— Ах, Джекоб.

Ей хотелось рассказать ему о Теган, но вдруг полились слезы.

— Что это, Нелл? В чем дело?

— Я любила Теган.

— Я знаю, дорогая.

— Я любила ее еще до того, как она родилась.

И вдруг она зарыдала — зарыдала о потере ребенка, о потере мужчины, которого любила больше всего на свете. Сразу потеряла все, что имело для нее значение. А теперь Теган ушла навсегда.

Джекоб крепко обнял ее и зарылся головой в ее волосы. Она не знала, плачет ли он, но они прильнули друг к другу, разделяя общую боль, которую терпели слишком долго, и, как могли, утешали друг друга.

Прошло довольно много времени, прежде чем Нелл перестала плакать, но она почувствовала, что слезы будто очистили ее.

Посмотрела на Джекоба и улыбнулась ему.

Он улыбнулся в ответ, поцеловал ее нос, сырые щеки и веки.

— Теперь все будет хорошо, Нелл.

— Да, я знаю.

— Перевернись, я сделаю тебе массаж.

— Не нужно. Я в порядке.

— Перевернись.

Нелл послушалась. И очень скоро испытала благодарность, когда его теплые руки разминали ей спину, успокаивая и расслабляя напряженные мышцы. Она ощущала, как расслабляется ее тело, как по нему растекается счастье.

Постепенно темп и ритм массажа изменились. Пальцы Джекоба стали водить круги у нее на спине. Он прошелся по позвоночнику к ягодицам и бедрам, и Нелл ощутила новое напряжение.

Повернувшись на бок, она прошептала:

— Теперь моя очередь.

— Хочешь сделать мне массаж?

— Увидишь. Ложись на спину, мужчина. Джекоб послушался.

Ему было так приятно. Нелл пробудила в нем забытые воспоминания. Ее руки с готовностью изучали его гладкую кожу, разминали натянутые мужские мышцы, и Нелл целовала его там, где дотрагивалась.

Скоро Джекоб больше не мог терпеть и взял реванш. Он лег на Нелл, осыпая ее поцелуями, и они снова улетели в небеса.

Когда Сэм проснулся, было еще темно. Его крики проникли в сон Нелл, и она села с бьющимся сердцем.

У нее ушла пара секунд на то, чтобы вспомнить, что она в комнате Джекоба, в его кровати. Он зашевелился около нее:

— Это Сэм?

— Да. Он проголодался. Вообще-то я тоже проголодалась.

— Так мы же забыли про обед.

— О боже, ты ведь что-то готовил. Там все сгорело?

— Я выключил плиту, пока ты была в ванной. Но кастрюля все еще в духовке.

— Я проверю, когда буду подогревать бутылочку для Сэма. Если пригорело, приставлю бутерброды. Ты с сыром любишь?

— Конечно. Я помогу тебе.

За время своего замужества Нелл так привыкла обходиться без всякой помощи, что чуть не приказала Джекобу заниматься своим делом. Но он уже встал. По всему полу была разбросана одежда. Свою футболку она нашла возле двери.

— Посмотри на эту свалку! — вскрикнула она, прижав руку ко лбу. — Какое ужасное поведение! Дедушке и бабушке следовало бы показывать лучший пример.

— У некоторых старых людей отсутствуют понятия о приличиях, — серьезно согласился он.

Постепенно ритм жизни установился.

В последующие ночи, если Сэм просыпался часа в два, Джекоб отправлялся в кухню греть бутылочку, а Нелл меняла ребенку подгузник и приносила его обратно в их постель. Они тихо разговаривали, пока он пил, отрыгивал и снова засыпал, уютно расположившись между ними.

В течение дня Джекоб объезжал свое поместье. Хотя скот все еще был разбросан по пастбищам в штате, а его приусадебный участок в Кумалонге был относительно небольшим, он все-таки выкраивал время, чтобы побыть вместе со своей новой маленькой семьей.

Однажды Джекоб и Нелл устроили пикник. Они взяли с собой Сэма в корзинке и жарили сосиски на костре возле ручья. На другой день они пошли погулять в буш, взяв не только Сэма, но и собак, которые бежали за ними следом. Они даже ездили вместе верхом. Сэма Джекоб вез в сумке.