Шалунья - Кэтрин Харт

Почувствовав себя неловко, как будто она была розовым фламинго среди стаи крапивников, Хетер поспешила найти другое место, где она не так бросалась бы в глаза. Как назло, пастор в это утро выбрал для своей проповеди тему тщеславия. В течение его выступления Хетер чувствовала себя наглядным пособием, и время от времени взоры присутствовавших обращались к ней в молчаливом осуждении. К моменту окончания службы ей не терпелось убежать. Посещение церкви не принесло ей удовлетворения, покоя и новых знакомств, несмотря на её усилия.

Однако ей не удалось так легко убежать. Когда она проходила по заполненному людьми проходу, направляясь к двери, она услышала некоторые замечания, большинство которых, по её твёрдому убеждению, предназначалось для её ушей:

— Подумать только, так наряжаться в церковь! Ну и ну, куда катится мир!

— Послушай, Ада, может быть, на Востоке так принято? — предположила другая женщина.

— Но серьги! Боже! Третья дама заговорила:

— Богатые теперь надевают что хотят, независимо от того, куда они идут, по принципу: если имеешь — выставляй напоказ. Хотя, по-моему, это ужасно глупо и напыщенно — выставлять богатство так нагло перед менее удачливыми людьми.

— Богатая? — переспросил кто-то. — Дочь Гаса Бёрнса? Неужели этот человек так много берет сейчас за выпивку?

— Не только за напитки, дорогуша, — отозвался кто-то вполголоса. — Мы все знаем, что в этом аду происходит кое-что ещё, чем просто утоление жажды. И кто сказал, что она его дочь? Может быть, на самом деле она его… любовница!

— О нет! Разве вы не слышали, что говорили в суде? Даже судья — Свенсон убеждён в том, что она дочь Гаса.

— Хм… Она и там устроила целый спектакль. Похоже, у неё это входит в привычку.

К этому времени спина Хетер стала жёсткой и прямой, как доска, щёки горели от праведного гнева. Подошла её очередь обменяться рукопожатием с пастором, и, пожимая ему руку, она сказала громко и отчётливо, так, чтобы слышали все:

— Рада с вами познакомиться, сэр. Меня зовут мисс Блэйр-Бёрнс. Я из Бостона. У моего отца заведение на Фронт-стрит, как вам, вероятно, известно.

— Приятно было познакомиться, мисс. Как долго вы будете гостить в нашем маленьком городе?

— Пока неизвестно. Мне он показался не очень дружелюбным. Если вы принимаете предложения, то я посоветовала бы вам прочитать проповедь на тему о грехе сплетен. Я уверена, что многим вашим прихожанам такая проповедь пошла бы на пользу.

Лицо священника стало ярко-красным. Он кивнул в знак согласия, избегая смотреть ей в глаза.

— Я подумаю о вашем предложении, и, пожалуйста, не забывайте, что вы всегда желанный гость в нашей церкви. Наши двери всегда открыты для тех, кто нуждается в слове Божьем.

— В таком случае не могли бы вы сообщить мне, есть ли в Додже общество трезвости? — откликнулась она.

При этих словах несколько человек громко ахнули, а у стоявших рядом с ней от изумления отвисли челюсти. Одна дама, оказавшаяся храбрее других, выступила вперёд:

— Конечно, есть, хотя мне не понятно, почему вас это интересует.

Хетер не спасовала и спросила, пристально глядя женщине в глаза:

— Где и когда проходят его собрания? Другая дама пропищала:

— По вторникам вечером в семь часов, прямо здесь.

Хетер одарила их ледяной улыбкой:

— Спасибо. Если буду ещё в городе, я навещу вас.

Вдобавок к утренним переживаниям Хетер пришлось ещё вынести воскресный обед в доме Арлен Клэнси. Следует отметить, что эта женщина попыталась наладить дружеские отношения хотя бы ради Гаса и, очевидно, много потрудилась, чтобы приготовить вкусный обед. Так как после отъезда из Бостона Хетер всё время приходилось есть только в ресторанах, домашний обед должен был стать для неё своего рода праздником. Но атмосфера была такой натянутой, что Хетер не смогла получить от обеда подлинного удовольствия.

Поигрывая едой в тарелке, она тайком следила за «подружкой» своего отца. Отбросив в сторону предвзятости, она должна была признать, что Ар-лён — привлекательная женщина. У неё были изящная гибкая фигура, нежный цвет кожи, густые чёрные волосы и подёрнутые дымкой серые глаза, обрамлённые длинными тёмными ресницами. Хетер решила, что ей около тридцати лет. Вокруг глаз и в углах рта у неё были заметны мелкие морщинки, но зубы были прямые и ровные.

— Вам понравилось в Додже, Хетер? — спросила Арлен.

— Не очень, — прямо ответила Хетер. — Хотя я должна сказать, это в своём роде весёленькое место. Арлен негромко рассмеялась:

— У Доджа есть свои прелести, хотя требуется время, чтобы привыкнуть к нему. Заставь Гаса сводить тебя в оперу, пока ты здесь. Может быть, мы могли бы пойти вместе. У них есть несколько отличных спектаклей.

— Посмотрим, — неопределённо ответила Хетер.

— И ты просто обязан свозить её на ранчо, Гас, — добавила Арлен.

Хетер вопросительно посмотрела на отца:

— Ранчо?

— Да, — ответил он с нотками гордости в голосе. — У меня есть несколько акров земли в паре миль от города. Ничего особенного или выдающегося, просто хороший участок. Много воды и хорошие пастбища для рогатого скота и лошадей, хотя стадо у меня ещё небольшое. Да и дом старый и нуждается в ремонте. В теперешнем состоянии он едва ли пригоден для жилья.

— Послушай, Ангус, не надо скромничать, — промолвила Арлен, прежде чем Хетер успела ответить. С любовью посмотрев на Гаса, она снова повернулась к Хетер. — Боюсь, что насчёт дома он прав. Я предложила помочь ему украсить его, когда он завершит основной ремонт. Но что касается земли, то это, пожалуй, самая лучшая, какую можно отыскать в здешних местах. И я не назвала бы пятьсот акров небольшим участком или стадо рогатого скота в таком же количестве голов всего лишь началом. У него также есть небольшое стадо отличных лошадей, которые всегда в большом спросе у владельцев ранчо и их работников. Повсюду, где разводят рогатый скот, такие лошади ценятся практически на вес золота.

— Это правда? — спросила Хетер.

— Я покупал их, конечно, не по такой цене, — застенчиво ответил Ангус, — но их можно продать довольно дорого. Если ты, в самом деле, заинтересуешься, мы поедем туда как-нибудь, и ты сможешь сама все посмотреть.

Хетер кивнула:

— Да, если это не доставит тебе беспокойства, мне хотелось бы взглянуть.

— Ты ездишь верхом, дорогая?:— вежливо осведомилась Арлен.

— Иногда: Не очень хорошо, но для небольшой прогулки вполне достаточно. Ангус просиял:

— Рад слышать это, дочка. Тогда нам не придётся нанимать коляску. Да так и гораздо быстрее. Если ты поучишься у своего старого отца, мы сделаем из тебя за короткий срок настоящую наездницу.