Копье Черного Принца - Лев Владимирович Прозоровский

чуть длинный прямой нос, прямые, плотно сжатые губы. С верхней губы на подшлемник падали длинные, похожие на жгутики усы. Закованный в чешуйчатые латы с изображением лилий и львов, рыцарь держал перед собой молитвенно сложенные руки в тяжелых перчатках.

Под репродукцией стояла подпись: «Черный Принц. Надгробная статуя в Кентерберийском соборе».

— Что? Иль знакомый? — с добродушной усмешкой спросил Александр Оттович.

— Черный Принц… — ничего не слыша, прошептал Генка. — Так вот он какой!

— А ты что-нибудь знаешь о Черном Принце? — поддразнивая, продолжал инженер.

— А то нет! — обиделся Генка. — Он жил в четырнадцатом веке. Отец его был английский король.

— Молодец! — удовлетворенно проговорил инженер, который, видимо, сам питал симпатию к легендарному отпрыску королевской фамилии. — А знаешь ли ты, что Шекспир написал трагедию о Черном Принце и его отце?

— Н-нет… не знаю, — честно сознался Генка.

— Дай-ка мне вон ту книгу, толстую, в сером переплете. — Инженер указал на книжную полку. Генка встал на носки, взял толстую книгу в сером переплете и прочитал с благоговением:

— Библиотека великих писателей. Шекспир. Том пятый. Брокгауз и Эфрон.

Потом протянул книгу инженеру. Сергей Петрович и Янка молча наблюдали эту сцену.

— Вот, послушай!.. Это говорит сам Черный Принц, — торжественно произнес инженер, раскрыл книгу и, почти не глядя в нее, на память принялся декламировать, полузакрыв глаза:

— Привет и благодарность вам от сердца, лорды!

Преодолев и зимние невзгоды

И ярость волн морских, уйдя от бездн

Зияющих, от скал вооруженных, —

Привел корабль я к пристани желанной,

Где все мои надежды, и награда;

И вот я здесь, коленопреклоненный,

А вот и жатва первая меча,

Которую я снял в преддверье смерти!

— Чего это Принц, как ненормальный, стихами разговаривает? — не вытерпел Янка.

— Т-с-с, — зашипел Генка. — Это не он, это — Шекспир!

— Ну, Шекспир Шекспиром, а дело делом, — вежливо, но твердо напомнил о себе Сергей Петрович. — И дело это связано с Черным Принцем.

— С Черным Принцем? — переспросил инженер.

Неожиданно вторгшиеся гости ему определенно нравились. Этот худенький смышленый парнишка явно симпатичен. Самому лет пятнадцать, не больше, а уже разбирается в истории Англии, знает о Черном Принце… Молодец!

И второй, круглолицый, решительный… Такой в жизни своего добьется… Видать, смельчак!

И глава делегации тоже довольно любопытный товарищ… Не поймешь, то ли он играет, то ли всерьез? Если его действительно интересует какая-то история, связанная с Черным Принцем, то почему он явился в сопровождении таких странных помощников?.. А если он играет, то что ж… Игра забавная, и я не откажусь принять в ней участие.

— Значит, ваше дело связано с Черным Принцем? — еще раз спросил инженер, стараясь сделать строгое лицо, что, впрочем, плохо у него получалось.

— Да! Сейчас, я объясню вам все.

Сжато, но очень толково Сергей Петрович рассказал историю с копьем Черного Принца, умолчав, однако, о неприятном происшествии с иностранным художником.

— Итак, наконечник пропал, — закончил историк, вздохнув. — Мы пришли к вам за помощью. Расскажите о копье все, что вы знаете. Может, это даст нам какую-нибудь нить.

— Извольте, — с готовностью ответил хозяин. То, что он услышал, и в самом деле было интересным. Как знать, может быть эта игра в конце концов обернется серьезным делом? В жизни иногда так бывает. И нередко. Во всяком случае теперь уже видно, что гости относятся к пропаже наконечника очень серьезно. Надо им помочь…

— Итак, слушайте меня внимательно!.. Расскажу все, что знаю. Я — коренной житель этого города. В дни войны работал на Урале. Сюда вернулся на второй день после освобождения родных мест. Было это 15 октября 1944 года. Дом, в котором я жил прежде, сгорел, и мне дали вот эту комнату. Когда я вошел сюда в первый раз, то очень удивился. Мне сказали, что в годы оккупации тут жил какой-то видный эсэсовец. Наверное, этот тип в промежутке между двумя расстрелами любил заниматься чтением рыцарских романов и коллекционированием предметов старины. Тут было полно книг. Висела на стене и эта репродукция, которая привлекла сегодня внимание вашего юного друга. А на другой стене красовалось копье, то, что находится сейчас в вашем музее. Я тоже в свое время интересовался историей и поэтому обратил внимание на табличку, прибитую под копьем. Там было написано что-то. Я не силен в немецком языке, но надпись эту понял. Означала она в переводе на русский, что на данной стенке висит копье, принадлежащее Черному Принцу… Но как оно попало к эсэсовцу, не знаю!

— Спёр где-нибудь, — безапелляционно заявил Янка.

— Я тоже так думаю, — согласился Александр Оттович. — И даже наверняка! Словом, узнав о том, что это копье — редкость, я, как только устроил все свои дела, пошел и сдал его в музей. Вот и все.

— И больше ничего? — с тайной надеждой спросил Генка.

— Больше ничего.

— Мало! — решительно сказал Янка.

— Я и сам вижу, что мало. Но мне думалось, что это вам все же кое-что даст.

— М-да… — задумчиво произнес Сергей Петрович. — Эсэсовец — историк… Это любопытно… Очень даже любопытно… Но, увы, — не может помочь нам в поисках наконечника.

Последнюю фразу Сергей Петрович проговорил машинально, собираясь с мыслями. Он напряженно думал. Что же теперь делать с ребятами, особенно с Янкой? Их недавний интерес заметно остыл. Придется еще что-нибудь предпринять, продолжить поиски в каком-то ином направлении.

— Вы уж извините нас, — сказал Сергей Петрович, поднимаясь с дивана. — Очень жаль, что все так кончилось.

— Мне тоже очень жаль. Скажу откровенно, вы мне очень понравились. Идемте, я провожу!

Они вышли в коридорчик. Гуськом, во главе с хозяином, пошли к двери, Александр Оттович щелкнул английским замком. Сергей Петрович собрался было открыть дверь, чтобы уйти, но инженер вдруг хлопнул себя ладонью по лбу и воскликнул:

— Ба-ба-ба! Погодите, погодите… А кроме вас, поисками пропавшего наконечника никто не занимается?

— Кроме нас? — удивленно переспросил Сергей Петрович. — Насколько мне известно — нет!

— Про него никто, кроме нас, и не знает вовсе, — сказал Генка.

— Только Рыжий, — уточнил Янка, — но Рыжий не в счет… Он уже попал в хорошую переделку.

— Помолчите, ребята, — остановил друзей Сергей Петрович и обратился к инженеру:

— А почему вы об этом спросили, Александр Оттович?

— Дело в том, — смущенно почесывая переносицу, ответил инженер, — что, сказать по правде, ко мне насчет этого злополучного копья приходят вот уже во второй раз.

— Второй раз? — в один голос воскликнули гости.

— Значит, к вам уже приходил кто-то? — живо спросил Генка.

— Да, да… Совсем из головы вылетело, — извиняющимся тоном произнес Александр Оттович. — Примерно