Вы просили нескромной судьбы? или Русский фатум - Светлана Борминская

– Сам ты ударенный, а вот и женится, тебя не спросит! – в сердцах ответила бабушка Хруслова, глядя на высокого тощего деда, который многозначительно косился на нее сквозь дымчатые очки.

– Какая жаль, – не дрогнул дед Поламарь. – Жаль какая... Где вы ночь-то всю ходили, в ту бурю-то? Я видел, как вы домой брели утречком. – Дед хмыкнул, а Домна Семеновна от неожиданности вздрогнула. Она смолчала и пошла посмотреть, не положил ли кто в их почтовый ящик письмо. Но ящик, как всегда, оказался пуст. – Кажется, он наркоман... только, тсс-сс-с... – Дед мигнул и добавил: – А ведь у него претензия на шизофрению, Домка!

У Домны Семеновны закружилась голова.

– Что ты несешь, убогий дед. Максимка в автоматы поиграть любит, а не наркоман, тьфу. – Домна Семеновна в сердцах даже плюнула в сторонку и чуть не попала в соседа, который стоял совсем близко к ней.

– А ведь могла б свое счастье устроить, – вкрадчиво выговорил напоследок дед Поломарь, облизнувшись на старушку, и направился к лестнице.

– Счастье? – недоверчиво пробормотала бабушка Домна. – А разве есть оно, счастье-то? С тобой, что ли? – И, закрыв почтовый ящик, она ушла к себе, топая изо всей силы тапочками. – Подгадил настроение, – садясь на диван, проворчала Домна Семеновна. Она открыла томик Ленина и углубилась в чтение.

– Опять болеешь? – вернувшись вечером с работы, потряс ее за плечо Максимилиан. Домна Семеновна снова сладко спала на диване в кухне. – Я не один, ба...

– А с кем? – мгновенно всполошилась Домна Семеновна, заглядывая за спину внука.

На пороге кухни стоял хрупкий прыщавый малый и настороженно разглядывал бабку сквозь квадратные очки.

– Это Петр, на юриста учится, – деловито пояснил Максимилиан. —Мы его дядю часто в дурдом забираем, познакомься, ба...

– Петя, – неожиданным в таком хрупком существе басом представился тот. – Студент юрфака.

– Домна, – улыбнулась бабушка. – Надо же, студент!

– Заходи, не бойся. – Максимилиан вздохнул. – Ба, а чемоданчик-то...

– Сейчас. – И Домна Семеновна, встав на четвереньки, вытащила из-под дивана «тот самый» кейс.

– Работал, ба, целый день – есть хочу, – кивнул на пустую плиту Максимилиан. – Документы какие-то, смотри, – открыв кейс, пожаловался он Петру. – Не петрим мы, что за бумаги, Петь.

– Давай, – деловито кивнул студент.

Домна Семеновна шустро жарила яйца, пока внук и гость вдвоем рассматривали бумаги с печатями. Неожиданно гость рассмеялся и что-то сказал Максимилиану. Тот недоверчиво переспросил:

– Точно?

– Ага! – кивнул Петр.

В кухне стало тихо, только весело шкворчали на сковородке яйца с кружками краковской колбасы.

– Там документы на сеть платных туалетов «Орхидея», только учредителя вписать осталось, – дважды повторил Петр, разглядывая опрятную нищету кухни Хрусловых. – Между прочим, туалеты сети «Орхидея» очень прибыльные предприятия, оснащены самым лучшим оборудованием, – отправляя в рот кружок горячей краковской, хмыкнул Петр через минуту. – Ленина читаете? – выразил неподдельное удивление он, наткнувшись глазами на пятьдесят шестой томик в темной фирменной обложке.

Бабка и внук ошеломленно молчали.

– Читаем... Ленина, – наконец выговорила Домна Семеновна.

– И что теперь? – Максимилиан покусал зубами вилку. – Толк от них есть хоть какой, а? – покосился он на раскрытый кейс с кипой документов.

Петр загадочно молчал, косясь в сковородку с остатками яичницы, взгляд его был похож на взгляд рыбы, решающей, заняться ли ей каннибализмом или покушать водорослей, как всегда...

– Я бы сказал, э-э-эээ...

Максимилиан и Домна Семеновна переглянулись, а Петр внезапно широко улыбнулся – он принял решение.

– Если я впишу в документы твою фамилию, Макс, – вздохнув, твердо произнес Петр, – ты становишься владельцем ста восьми платных туалетов в Москве, и твоя доля прибыли будет 58% от общей суммы прибыли, как у главного инвестора. Это очень большие деньги, но я бы хотел знать, как к тебе попали эти документы, Макс.

Макс и Домна Семеновна молчали.

– Я могу сопровождать тебя в офис «Орхидеи» и представлять твои интересы, но... – тут Петр снова посмотрел в сковородку, – но мне хотелось бы знать, каким образом ты стал владельцем этого сокровища, чтобы не попасть впросак, понимаешь, Макс? Я думаю, что нас там совсем не ждут, – подвел черту он.

– А это не обман, что ты сейчас сказал, студент? – подумав, спросила бабушка Домна. – Если это вправду, то впиши его прямо сейчас, – скомандовала она. – Тогда я буду спокойна за тебя... Слышишь? – обернулась она к внуку.

– Покури и успокойся, ба, – заулыбался Максимилиан. – Ну, чего ты, ба?

– Нет, пиши сейчас! – Бабка Домна вскочила. – Пиши, – протянула она рублевую шариковую ручку Петру.

Тот, отложив вилку, вздохнул и осторожно взял верхний документ.

– Паспорт принесите, – вздохнул Петр. – Спешить как раз ни к чему, пишу-то я быстро, только имейте в виду, если Макс придет в «Орхидею» в таком вот виде, – и Петр покосился на растянутую футболку Максимилиана и спортивные штаны, – я ни за что отвечать не берусь!

Максимилиан с бабушкой сидели на кухне и перебирали документы со своей родовой фамилией Хрусловы.

– Фир... ма... уч... ре... ди... тель... ор... хи... дея... – по слогам читал Максимилиан. – Неужели, ба, кто-то отдал дело тому хлыщу, который в яме лежал? – Макс кашлянул. – Эх, ба, ну что ты молчишь?

Домна Семеновна, нацепив очки на нос, пробовала читать бумаги, но буквы и цифры расплывались, едва только она «схватывала» глазами какую-нибудь знакомую буковку.

– Сеть платных туалетов, – шептала под нос Домна Семеновна, задумчиво крестясь. – А может, в карты их кто проиграл?

– Так меня там и ждали! – Максимилиан хмыкнул, закуривая.

Бабушка Домна сняла очки и, положив их в старенький очечник, убрала в карман.

– Не ждут, говоришь? – переспросила она и начала мыть сковороду после яичницы. – А это мы посмотрим, внучок, погоди ж, – фыркнула она, наливая на мочалку жидкой «Золушки».

– Это точно, ба, – убежденно пробурчал Максим. – Мы ж Хрусловы.

По полу, оглядываясь на них, бежал большой рыжеголовый таракан. Максимилиан поднял ногу, но не опустил ее, таракан остался жить и вальяжно забежал под холодильник, рассказав о великодушных хозяевах при первой же встрече у мусоропровода, где все тараканы забивали стрелку.

ДОРОГАЯ ЛИПУЧКИНА

Иван Ильич Шишов с приятелем вышли из пирожковой. Время ланча почти закончилось. На улице стояла невыносимая жара, пахло бензином, и хотелось поговорить.

– Голубчик, Ваня, как у тебя дела? – осторожно спросил приятель.

– Сегодня вечером свидание. – Иван Ильич хвастливо улыбнулся. – Видимся каждый день с Наденькой.

– Рад за тебя, а мое желание не сбылось. – Приятель перевел дыхание.

– А счастье, как пел Окуджава, – живет неподалеку. – Иван Ильич изо всей силы хлопнул приятеля по плечу: – Осмотрись, ты же шустрый мальчик! Что, солнышко? – ответил он на телефонный звонок.

Приятель хмуро отвернулся.

– Хорошо, Наденька, – закончил разговор Шишов и бросил взгляд на часы. До конца перерыва на ланч оставалось около пяти минут, и они присели на ближнюю скамейку.

– Это она звонила? – осведомился приятель. – Министерская дочка?

– Да, Наденька, дочь министра московского правительства Липучкина, – кивнул Шишов и удовлетворенно хмыкнул: – Мило щебечет, умеет, одним словом, щебетать.

Приятель мрачно вздохнул и отвел глаза, а Шишова словно прорвало.

– Последние недели тут фигачу, – убежденно выдохнул он. – Женюсь и на следующий же день уволюсь, ни на минуту не останусь в нашей шараге.

– Будущий тесть уже что-нибудь обещал?.. – покосился на Шишова приятель. – К себе возьмет?

Шишов кивнул.

– Надеюсь. Хочу быть, наконец, человеком, у которого все есть или будет в самое ближайшее время.

– Ну, и как он выглядит? – Приятель вытащил пачку с одной сигаретой и с кислой миной посмотрел на нее.

– Кто?

– Министр Липучкин твой, – приятель поморщился. – «Мерседес» или «бэха»?..

– Миллионер в дешевых вещах, – хмыкнул Иван Ильич. – Костюм от «Большевички», ботинки от «Скорохода», представь? Только рыжего портфеля не хватает!

– Типа Корейки? – Приятель от смеха завалился на скамейку.

– Ага!

Они рассмеялись, проводив глазами стайку операционисток из сбербанка на той стороне улицы.

– А как ты с ней познакомился? – осторожно спросил приятель. – Если не секрет, конечно, Вань?

Шишов быстро и оценивающе оглядел приятеля, словно решая, говорить ему или нет.

– Ну, ладно... Я читал газету, и случайно попалось объявление на вызов антиквара для оценки гарнитура...