Рука в перчатке - Рекс Тодхантер Стаут

из-за всей этой кутерьмы. Послушайте, вы зря переживаете, что с мисс Глэдд может случиться что-то плохое. Ведь с ней Росс. Он будет драться, как тигр. Он сильный. Как-то раз…

– Очень хорошо. Но я должен поехать и сам посмотреть. А где сейчас машина твоей тети Сэди?

– Во дворе.

– Пойдем, покажешь мне.

– Легко.

Пока они шли по дороге, Хикс объяснял Тиму сложившуюся ситуацию:

– Росс, конечно, очень сильный, однако мисс Глэдд все равно может пострадать. Поэтому мне нужно добраться туда как можно быстрее. Скажи, твоя тетя Сэди позволит мне взять машину, если я попрошу? Что она за человек?

– Жуткая зануда. Елки зеленые, она еще та жадина! Единственный способ взять у нее машину – просто сесть и уехать. У нас ведь, того-этого, чрезвычайная ситуация, да?

– Естественно. Тим, тебе со мной нельзя. Я бы с превеликим удовольствием, но это противозаконно. Ты ведь несовершеннолетний, поэтому меня могут арестовать и посадить в тюрьму за киднеппинг. Глупо, конечно, однако закон есть закон. Нам здесь сворачивать? Твои сейчас на крыльце?

– Не-а. Они внутри. Елки зеленые, я хочу с вами!

– Знаю, что хочешь. Я и сам этого хочу. Закон не позволяет. Впрочем, тебе в любом случае придется объяснить, кто взял машину и с какой целью. В противном случае, когда они обнаружат пропажу, тут же заявят об угоне. Тебе потребуется набраться мужества. Ну как, выдюжишь?

– Легко. И все-таки…

Хиксу пришлось приложить определенные усилия, чтобы уговорить Тима остаться дома. В конце концов тот, будучи от природы парнем рассудительным, согласился, хотя и не слишком охотно. Так и быть, он подождет, пока машина благополучно выедет со двора, после чего проинформирует женскую половину своей семьи о случившемся.

Ключ, слава богу, находился в замке зажигания. Хикс, стараясь не слишком шуметь, завел двигатель, сказал Тиму, что гордится им и мисс Глэдд тоже будет им гордиться, аккуратно вывел машину со двора на дорогу и повернул направо.

Выбрав кратчайший путь на Кресент-роуд, мимо въезда во владения Данди, Хикс беспрепятственно проскочил на приличной скорости опасный участок. Тетя Сэди, несомненно, прекрасно заботилась о своей собственности, поскольку автомобиль, небольшой седан без особых затей, бежал отлично. Хикс за три минуты доехал до первого поворота направо, а еще через три минуты миновал комплекс дворовых построек. Заметив квадратное белое строение, Хикс понял, что это и есть Кресент-Фарм, и сбросил скорость.

Все так же, на малой скорости, он въехал в лес, однако никакой машины не обнаружил. Миля. Две мили. Три мили. И вот уже лес оказался далеко позади. Хикс нашел расширение дороги, развернулся и поехал назад, зорко глядя по сторонам, но уже через пять минут оказался перед скоплением дворовых построек, не обнаружив никаких следов ни служебного «кадиллака», ни машины с номером «JV 28». В небольшом домике, стоящем среди деревьев отдельно от других, горел свет и бормотало радио. Хикс свернул на подъездную дорожку, выбрался из машины и прошел через двор к двери.

– Это Кресент-Фарм? – спросил он появившегося на пороге мужчину в комбинезоне.

– Так и есть, сэр. А дом мистера Хамфри дальше по дороге. Я Уолт Тейлор, фермер. Вы ищете мистера Хамфри?

– Нет, я ищу своего друга. Вот и подумал: может, он заезжал к вам воспользоваться телефоном. Скажите, никто, случайно, не просил у вас разрешения позвонить по телефону час назад или около того?

– Нет, – покачал головой мужчина.

– Я надеялся, что его машина припаркована на дороге. В полумиле от Кресент-Фарм. По крайней мере, так он мне сказал. Если вы…

– Большой черный седан?

– Верно. Номерной знак «JV двадцать восемь».

– Номера я не заметил. Впрочем, большой черный седан был припаркован неподалеку, когда я поехал за сеном, и я застал его там же час спустя, когда возвращался уже нагруженный.

– Это, должно быть, он. А как выглядел водитель?

– Я не видел его. Да и время точно не запомнил. Только машину. Я стараюсь быть начеку из-за охотников на фазанов, но никакого выстрела я не слышал, пока не стемнело.

– А вы что, слышали выстрел, когда стемнело?

– Нет. Не то чтобы я ожидал услышать выстрел. Охотиться в темноте на фазанов – дохлый номер.

– А вы, случайно, не обратили внимания, не проезжала ли здесь машина за последние полчаса? В том или другом направлении?

– Нет. Я слушал радио.

Поблагодарив фермера, Хикс вернулся к седану тети Сэди и направился на восток. На пересечении дорог он съехал на обочину и остался сидеть, хмуро глядя на часы на приборной панели. Машинально достал из кармана пачку сигарет и вынул из нее сигарету. Прошло несколько минут, а он так и остался сидеть неподвижно с незажженной сигаретой в руке.

Глава 20

Расклад сил в тот момент, когда Росс и Хизер увидели человека, целившегося в них из пистолета, был следующим.

Мужчина стоял, прислонившись к переднему бамперу черного седана. Хизер остановилась у передней подножки, рядом с левым крылом автомобиля, а Росс застыл прямо у нее за спиной. Мужчина с пистолетом сказал:

– Что вам здесь нужно?

Росс не слышал, что тот говорит. То есть он все слышал, но ничего не понимал, так как был не в состоянии разобрать ни слова. Конечно, когда человек, целящийся в тебя из пистолета, находится всего в пяти футах и между вами свободное пространство, можно броситься на него, однако глупо даже пытаться это сделать, когда противник прикрыт капотом и крылом большого автомобиля. Конечно, трус, или осторожный человек, или опытный переговорщик на подобное никогда не решился бы, и Росс доказал, что не относится ни к одной из названных категорий, поскольку он все-таки прыгнул.

Это был настоящий гимнастический опорный прыжок, поскольку Росс, опершись о плечи Хизер, прижал ее к земле и полетел вперед со скоростью пушечного ядра. События развивались так стремительно, что человек с пистолетом, даже не успев нажать на спусковой крючок, рухнул на землю. Росс навалился на незнакомца всем телом и, вырвав у того пистолет, стукнул его рукояткой по голове. Колени мужчины судорожно дернулись, ноги беспомощно вытянулись, и он остался лежать неподвижно.

На все про все ушло не более пяти секунд.

Хизер, бросившись к Россу, что-то горячо говорила, однако он по-прежнему не разбирал слов. Тяжело дыша, он с трудом поднялся на ноги, посмотрел на зажатый в руке пистолет, блестевший в свете передних фар, и, трясясь, как в лихорадке, громко произнес:

– Боже правый! Я ударил его этой штукой!

– Он не стрелял, – прошептала Хизер. – Он ведь не стрелял, да?

– Стрелял? – переспросил Росс. – О нет, конечно не стрелял.