"Фантастика 2024-82" Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Переяславцев Алексей

- Ваши источники заслуживают доверия. Генри Форд, насколько мне известно, весьма настроен на сотрудничество с нашей страной. Конечно, и у его корпорации есть пределы возможного.

- И все-таки: каково лично ваше мнение об этом человеке?

Гость начал говорить рублеными фразами. Эта манера уже не удивляла хозяина кабинета: он к ней привык.

- Замечательный инженер. Гениальный организатор производства. Удачливый и умный купец.

Каждое предложение Сталин сопровождал кивком. Он все это и так знал.

- Однако Форд, сам того не подозревая, нанес страшный удар по марксизму. И ни один марксист этого не заметил.

Глаза вождя сверкнули. Но слушать он умел.

- Если быть точным, к этому решению подводил весь ход развития экономики. Но Генри Форд был первым.

Тут речь Странника замедлилась. Видимо, он желал, как и в те времена, когда был лектором, чтобы аудитория усваивала материал как можно полней. Справедливость требует сказать: в данном случае аудитория (с одним слушателем) в подобных педагогических приемах не нуждалась.

А лектор продолжал:

- В 1916 году зарплата на фордовских заводах составляла два доллара сорок центов, а рабочий день длился 9 часов. Компания подняла зарплату до 5 долларов за восьмичасовой день. Надеюсь, вы, товарищ Сталин, не допустили мысль, что сделано это было из любви к рабочему классу?

Сталин в ответ улыбнулся, давая понять, что юмор оценил. Ответной улыбки не последовало. Видимо, во фразе доля шутки была очень уж маленькой.

- Форд выпускал массовое изделие. А такому нужен потребитель. И хитрый Генри решил расширить этот круг за счет своих рабочих. И, заметьте, при этом он оставался в хорошем плюсе.

Выражение было жаргонным, но вполне понятным.

- Это только невежды думают, что цена владения автомобилем и продажная цена суть одно и то же. Вовсе нет. Я даже оставляю в стороне расходы на бензин и смазочный материал. Это более, чем очевидно. Но рабочий не в силах выложить единовременно... сколько тогда машина стоила... скажем, триста долларов. Зато появилась возможность купить ее в рассрочку. В кредит. И этот кредит - с процентами! - ему предоставляла все та же корпорация Форда. Автомобиль нуждается в запчастях. А они есть у Форда. Далее: фирма-изготовитель охотно отремонтирует 'фордик', если надо. Именно к ней владелец машины и обратится: живет-то он неподалеку от завода. Но то самое увеличение жалования трудящий не обязан потратить на покупку автомобиля. Можно просто его пропить. Маловероятно, впрочем: на заводах Форда пьяниц не терпели. А еще рабочий может купить дом или квартиру - опять же в рассрочку. Вот это и есть тот самый удар по марксизму, о котором я говорил. У пролетария появляется нечто помимо собственных цепей. Ему есть, чего терять. Особо отмечаю: речь не идет о хорошо знакомой марксистам 'рабочей аристократии'. Она являет собой лишь горстку. Нет, Генри Форд создал массовое явление. И основой его была чистая экономика, а не политика.

Хозяин принялся расхаживать по кабинету, но при этом, вопреки обыкновению, держал в руке так и не раскуренную трубку.

- Думаю, Сергей Васильевич, ваши мысли нуждаются в осмыслении как с точки зрения теории построения социализма, так и в отношении практики.

Рославлев воспринял эти слова как вежливое приглашение выйти вон и сделал именно это.

Сам Сталин погрузился в раздумья.

Долгое время верность учению Маркса-Энгельса была краеугольным камнем в советской идеологии. Именно под этим лозунгом сам Ленин крушил оппонентов, навешивая направо и налево ярлыки ревизионистов, перерожденцев и другие, еще того худшие. Но опытный в политической борьбе Сталин умел понимать глубинные течения и незаметные с поверхности подводные камни. Та самая верность идеалам для Ленина была великолепным тактическим приемом, позволившим с успехом уничтожать противников внутри партии - а таких что у Старика , что у Кобы было предостаточно. Но то, что было просто тактикой, довольно скоро обратилось в догму. А с ними надо обращаться с большой осторожностью - в свое время это хорошо осознал семинарист Джугашвили.

Уже очень давно Сталин ничего не принимал на веру сходу. Точно так же он относился к сведениям, доставляемым Странником. При всех добрых намерениях этого человека относительно СССР (это как раз было доказано) рассуждения о марксизме не просто отдавали ревизионизмом - они прямо противоречили существующей линии партии. Следовательно, надо было придумать, как изогнуть эту линию в нужную сторону... или найти некий нестандартный выход. Потому что из слов товарища Александрова можно сделать выводы, опасные для дела построения коммунизма вообще.

- Хвалитесь, товарищ Вальков.

Сказано было вроде шутливо по форме, но тон полностью отшибал малейшую склонность к юмору.

Инженер Вальков добросовестно начал хвалиться:

- На настоящий момент летный экипаж под командованием старшего лейтенанта Амосовой подтвердил готовность тренажера для отработки следующих заданий: подъем на заранее определенную высоту по вертикали с последующим приземлением; такой же подъем и полет по горизонтали по замкнутому маршруту с последующим приземлением; то же, но с учетом ветрового сноса; то же, но в условиях ограниченной видимости; полет в условиях хорошей видимости с атакой наземной неподвижной цели; то же в условиях огневого противодействия с земли; то же, но атака подвижных целей. Все это для двух моделей: Ми-28 и Ка-52. Для Ми-26 тренажерные программы включают в себя лишь полеты, не бои. Ну, это попроще.

- Над чем работаете сейчас?

- Бой ударного вертолета с истребителями противника.

- Ясно, садитесь. Старший лейтенант Амосова, у вас есть что добавить к докладу инженера Валькова?

-Так точно, есть!

Из совершенно непонятных источников всем военнослужащим, имеющим дело с товарищем коринженером, было известно, что тот предпочитает чуть старорежимные ответы младших по званию. Некоторые полагали, что применение таковых смахивает на подхалимаж. Другие считали это признаком особого уважения.

- Поведение машины в тренажерном полете чуть-чуть отличается от реального, но разницу не считаю критически важной, поскольку в любом случае предстоят тренировочные полеты на настоящих вертолетах. В любом случае в летный стаж добавляются лишь эти часы. Для экипажей ударных вертолетов полагаю необходимым отработку тактических приемов по штурмовке в различных вариантах, не менее ста часов. Сюда не включаю простой пилотаж. Также считаю нужным отметить большую помощь, которую оказала капитан Кравченко в освоении штурманского оборудования.

Товарищ коринженер при этих словах что-то записал в блокноте.

- Что именно из пояснений капитана Кравченко вы полагаете самым важным?

Серафима Амосова не задумалась ни на четверть секунды:

- Она очень хорошо объяснила и показала, как надо понимать картинку на радаре. Также она подробно растолковала работу оптико-электронной системы; кроме того...

Коринженер слушал очень внимательно. Хорошо знакомые с ним младшие инженеры подумали, что тот, судя по всему, доволен.

- Вот как? Правительственной награды не обещаю, но постараюсь через генерала Рычагова пробить благодарность капитану Кравченко в приказе. Товарищи инженеры, вам благодарность и премия также будут, это уже моя забота.

Лев Турубинер поднял по студенческой привычке руку. Видимо, у него запас нахальства или храбрости был побольше, чем у прочих из инженерного состава.

- Я вас слушаю.

- Товарищ Александров, просим также отметить работу товарища старшего лейтенанта. Она сделала множество полезных замечаний, и советы давала хорошие с точки зрения летчика.

- Не только от меня зависит, но поставлю вопрос перед подполковником Осипенко.

В конце этого же рабочего дня в кабинете замначальника экономического отдела появились знакомые лица. Все трое выглядели вполне недурно, хотя фигуру товарища капитана чуть портил заметно округлившийся животик.

Хотя секретариат немедленно выдал чай на четверых с надлежащими заедками, настроен товарищ Александров был по-деловому. В результате ароматный напиток оказался поглощен в течение считанных десяти минут.