Дин Рид: трагедия красного ковбоя - Федор Раззаков

Между тем в столице Дин дал всего один концерт – 7 мая в Государственном концертном зале «Россия». Причем это выступление было незапланированным: об этом Дина попросил Союз композиторов СССР во главе с Тихоном Хренниковым, и отказать Дин никак не мог: в октябре 78-го, когда его арестовали в Америке, именно Союз композиторов СССР прислал в тюрьму первую телеграмму поддержки. Поэтому этот концерт Дин отработал совершенно бесплатно. Представление состояло из двух отделений, и Дин выступал во втором вместе с «Верасами». А в первом зрителей развлекали: «Скиффл-группа» из города Шверина (ГДР), Иосиф Кобзон, Ренат Ибрагимов, Галина Ненашева, Сергей и Татьяна Никитины, ансамбль «Гренада» и др.

Находясь в Москве, Дин совершил несколько деловых визитов. Он встретился с руководителем Советского комитета защиты мира Юрием Жуковым и Генеральным секретарем ЦК КП Чили Луисом Корваланом.

В ГДР Дин вернулся в прекрасном настроении, переполненный впечатлениями и в предвкушении встречи с любимой женщиной – Ренатой Блюме. Они жили как муж и жена в доме Дина в юго-восточном районе Берлина Раухфангсвердер и в скором времени собирались зарегистрировать свои отношения официально. Вместе с ними жил и 9-летний сын Ренаты от первого брака Александр.

В ГДР Дина застало известие о том, что в Риме было совершено покушение на папу римского Иоанна Павла II. Это случилось 13 мая на глазах 20 тысяч богомольцев, собравшихся на площади Святого Петра. К счастью для папы, выстрелы оказались несмертельными, а сам преступник был схвачен на месте преступления. Им оказался 23-летний турок Мехмет Али Агджа, который имел отношение к турецкой террористической организации «Серые волки».

В то время как восточногерманские газеты писали, что Агджа – религиозный фанатик-одиночка, западные СМИ напирали на то, что Агджа – агент социалистических спецслужб. По их версии, смерть папы была выгодна Кремлю, который таким образом хотел лишить бунтующую Польшу их духовного лидера (как мы помним, Иоанн Павел II был поляком Каролем Войтылой и поддерживал «Солидарность»). Итальянские спецслужбы поначалу тоже разделяли эту версию и даже арестовали болгарского гражданина Сергея Антонова, объявив его агентом болгарских спецслужб, помогавшим Агдже в его преступлении. Однако в итоге доказать причастность Антонова к покушению так и не удастся, и он будет выпущен на свободу.

Кстати, за полтора месяца до покушения на папу жертвой такого же преступления стал президент США Рональд Рейган. 30 марта, в момент, когда он выходил из вашингтонского отеля «Хилтон», где Рейган выступал перед профсоюзными деятелями, он был обстрелян из пистолета. Одна пуля попала Рейгану в грудь, остальные приняли на себя его телохранители, которые сумели прикрыть президента своими телами и втолкнуть в автомобиль.

Нападавшим оказался сын состоятельного нефтепромышленника Джон Хинкли. Поначалу ряд американских СМИ тоже пытались уличить Хинкли в связях с коммунистами, поскольку последним смерть Рейгана была очень выгодна. Новый президент США только два месяца занимал свой пост, но уже успел здорово досадить той же Москве, сделав целый ряд резких заявлений. Так, всего через 9 дней после въезда в Белый дом Рейган заявил, что не знает «ни одного лидера Советского Союза со времен революции и включая нынешнее руководство страны, который бы не заявлял, и притом не раз, на различных коммунистических съездах, что их целью должно быть содействие мировой революции и создание единого социалистического или коммунистического государства». Кто бы ни вступал в договорные отношения с СССР, продолжал Рейган, должен всегда помнить, даже в условиях разрядки, что для советских лидеров «единственно морально оправданным является только то, что способствует реализации их целей» и что «они резервируют за собой право совершать любое преступление, лгать и обманывать».

Версия о причастности коммунистов к этому покушению продержится недолго. Следствие так и не найдет никаких улик на этот счет и объявит Хинкли убийцей-одиночкой, который совершил свое преступление с целью прославиться (типичный для западных реалий побудительный мотив многих маньяков). Что касается Рейгана, то он достаточно быстро поправится и уже 11 апреля вернется к исполнению своих обязанностей.

В июне возобновились концерты Дина в ГДР: 7-го он дал концерт на стадионе в Лейпциге. А на следующий день в журнале «Ньюсуик» была напечатана большая статья про него, принадлежавшая перу американского журналиста Билла Хэвитта. Статья была выдержана в положительном ключе, что было удивительно – в Америке уже поднимал голову антисоветизм, и статья об американце, ставшем другом Советскому Союзу, выглядела на этом фоне как нечто невероятное. Это была робкая попытка либеральных кругов если не сбить, то хотя бы смикшировать поправение Америки. Из этой же оперы было и уже упоминавшееся присуждение «Оскара» советскому фильму «Москва слезам не верит». Увы, эти попытки ничего не изменят: антисоветизм, который направлялся непосредственно из Белого дома, станет краеугольным камнем рейгановской политики.

Между тем факт выхода статьи в «Ньюсуик» несильно занимал внимание Дина, поскольку в те дни его гораздо больше волновало другое событие – премьера его фильма «Пой, ковбой, пой». Это событие случилось 12 июня во время «Летних дней кино» в ГДР. А 18 июня фильм уже демонстрировался в одном из престижных восточноберлинских кинотеатров «Космос». Дин пришел туда не один, а в компании с Ренатой Блюме и ее сыном Александром.

Спустя несколько дней в немецкой печати появились первые рецензии на фильм, которые были выдержаны в спокойных тонах. Дина не ругали, но и особо не хвалили, из чего Дин сделал вывод, что фильм особого впечатления на критиков не произвел. Но Дин давно убедил себя, что критиков слушать не стоит, а главным показателем успеха должно служить мнение зрителей. «Прокат картины все рассудит», – решил про себя Дин.

Тем временем в ГДР в те дни приехал американский режиссер Уилл Робертс (тот самый, с которым Дин познакомился в дни МКФ в августе 1979 года) и приступил к съемкам документального фильма про Дина Рида под весьма выразительным названием «Американский бунтарь». Причем денег под свою картину Робертс в Америке найти не сумел, поэтому вынужден был снимать на свои средства – он заложил свой дом в Штатах. 1 июля состоялась очередная съемка – интервью Дина Рида, где он высказал свое отношение к марксизму. Цитирую:

«Марксизм – политическая и экономическая философия, где мы верим в то, что можем изменить общество, сделать его лучше для человеческого существования. Но мы не заманиваем в это общество посредством метафизики. Например, церковь Южной Америки верит не в марксистские представления, а в метафизические. Она учит, что если ты, к примеру, рожден бедным, то надо принимать это как данность. И если ты примешь это, то тогда попадешь в рай на небесах после окончания жизни на земле. Марксист рассуждает иначе: „Нет. Мы изменим это положение, мы изменим жизнь и сделаем ее лучше прямо сейчас, при этой жизни. Мы не будем ждать, пока бог сделает это. Мы сделаем это сами“…