Бог войны - Дэвид Вебер

негромкое отвращение. И все же никто из них не мог не согласиться с тем, что только что сказал их хозяин.

- Ну, да, милорд, - согласился второй любитель пива через несколько секунд. - Мы все знаем об этом, как, я уверен, вы поняли до того, как позвали нас сюда сегодня вечером. Но надеюсь, вы простите мою возможную прямоту, если я скажу, что вы собрали нас для этой встречи не из-за нашего горячего согласия с позицией принца Юрохаса.

Его тон был настолько забавным, что не один из мужчин за столом на самом деле обнаружил, что хихикает, и даже мужчина, курящий трубку, улыбнулся.

- Со своей стороны, - продолжил говоривший, - я с готовностью признаю, что у меня есть личные, а также патриотические причины ненавидеть нынешнюю ситуацию. Мой родственник Матиан, как отставник в моем доме, чувствует себя немногим лучше нищего, которого вытеснил выскочка, рыцарь простого происхождения без капли благородной крови в жилах. - Его тон больше не был насмешливым, а глаза были опасными. - Оставляя в стороне оскорбление всей моей семьи - и каждого истинно благородного дома среди нас - есть такая вещь, как справедливость. У нас есть разногласия с бароном Теллианом, и я, например, отказываюсь притворяться, что у нас их нет. И, я думаю, вы не готовы к этому, милорд.

Некоторые из остальных, казалось, внезапно обнаружили, что их весьма привлекает содержимое бокалов или кружек. Они уставились в них, словно советуясь с предсказаниями, но человек во главе стола только пристально смотрел на того, кто говорил.

- Я никогда не притворялся, что мне не о чем было поговорить с Теллианом из Балтара, лорд Сарэйтик. Я это делаю. И вы совершенно правы, отмечая, что я пригласил всех вас присоединиться ко мне этим вечером, потому что был уверен, что каждый из вас тоже этого хочет. Тем не менее, всем нам следует помнить, что открытое нападение на него по этому поводу несет риск создать видимость неповиновения королю. Прежде чем мы сможем должным образом разобраться с Теллианом и его любимчиком градани, мы должны заставить короля Мархоса осознать, что, как говорит Гартан, ему плохо советовали в этом вопросе. Как только он откажется от поддержки Теллиана, мы можем стать более... прямыми в наших методах. Но в настоящее время, как верные подданные и вассалы короля, мы должны оказывать его политике нашу твердую общественную поддержку.

- Конечно, милорд, - согласился Сарэйтик. - Я бы никогда не предложил - и это никогда не входило в мои намерения - чтобы мы делали что-то еще. Как вы сказали, наш очевидный долг перед короной - четко заявить о нашем согласии с политикой короля. И публично.

- Совершенно верно. - Мужчина, куривший трубку, выпустил еще одно колечко дыма, в то время как за окном хлестал дождь, сильнее, чем когда-либо. В камине позади него кипел горящий уголь, шипя, когда в дымоход попадали случайные капли дождя. Он взял свой стакан с виски и медленно, с наслаждением отхлебнул, затем очень аккуратно поставил его обратно.

- Тем не менее, - сказал он, - точно так же, как долг любого подданного короля - принимать его политику и подчиняться его решениям, так и другой долг этих подданных - рассмотреть все способы, которыми они могли бы способствовать достижению истинной цели этой политики. Что, конечно же, означает мир и безопасность всего королевства. И, как и все вы, я не могу убедить себя в том, что нынешние действия барона Теллиана в конечном счете могут представлять что угодно, кроме угрозы этому миру и безопасности.

- Понимаю, милорд, - сказал Сарэйтик. - И согласен с вами. - Другие головы за столом закивали, и если большинство кивков выглядели менее восторженными, чем у Сарэйтика, ни один из них не казался ни в малейшей степени нерешительным. - Тем не менее, принимая во внимание то, что вы уже так справедливо сказали о нашей ответственности и долге поддерживать политику короля, кажется, что мы мало что можем сделать открыто, чтобы остановить Теллиана.

- Вы сражались во многих битвах, как и любой другой человек здесь, лорд Сарэйтик, - сказал мужчина с трубкой. - Таким образом, вы не хуже меня знаете, что самая очевидная и открытая тактика редко бывает самой эффективной. Поймите меня, все вы. Я не буду открыто выступать против его величества ни в этом вопросе, ни в каком-либо другом. Я буду, как всегда, выражать свои собственные взгляды как перед королем, так и перед другими членами его совета, и буду стремиться убедить его в мудрости моих аргументов. Но за пределами дебатов и обязанности давать советы, которая вытекает из моего места в этом совете, я не подниму ни руки, ни голоса против его величества. Было бы не просто неправильно, но и глупо - и, возможно, даже безрассудно - поступать иначе.

- И все же то, что я могу сделать для изменения факторов и ограничений, которые стесняют возможности короля, я сделаю. И если окажется возможным создать обстоятельства, которые сделают очевидной мудрость моих собственных взглядов и рекомендаций, тогда я сделаю и это. И, - он скользнул взглядом по их лицам в свете лампы, - я не забуду тех, кто помог мне создать эти обстоятельства.

- Понимаю, - снова пробормотал Сарэйтик. Он и Гартан посмотрели друг на друга через стол, а затем Сарэйтик снова перевел взгляд на их хозяина. - И могу я спросить, милорд, подумали ли вы о наилучшем способе, которым мы могли бы помочь в создании тех обстоятельств, о которых вы только что упомянули?

- Ну, нет, - мягко сказал мужчина с трубкой. - Я имею в виду, некоторые возможности кажутся достаточно очевидными. Например, этот "лорд Фестиан", которого Теллиан убедил короля поставить в Гланхэрроу вместо вашего родственника Матиана, вряд ли сможет справиться с теми трудностями, с которыми должен столкнуться любой лорд, чтобы защитить свои земли и людей, вверенных его попечению. Конечно, для тех, кто в состоянии продемонстрировать его некомпетентность, было бы уместно это показать.

Он обнажил зубы в улыбке, которой могла бы восхититься любая акула, и столь же зубастые улыбки вернулись к нему от его гостей.

- И, - продолжил он, - всегда остается вопрос об этом так называемом защитнике Томанака, "принце Базеле". Возможно, вы не заметили, что, хотя его величество готов признать существование ордена Томанака среди градани и даже относиться к этому Базелу, как к