Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

собирался раздать вассалам и слугам, перенес все остальное в баню и спустил в тайник. Когда закончил таскать тяжести, перешел на остров, ополоснулся и, вернувшись домой, отдался в цепкие руки супруг. В смысле, забрал костюм, который, по их мнению, должен был одеть на прием, и вытерпел все их издевательства.

Замучив меня, они оделись сами, вышли в гостиную и в очередной раз заставили застыть в восхищении. Ибо все до единой нарядились в траурные платья, в которых выглядели живыми воплощениями Скорби, то есть, были невероятно далеки от обычных человеческих страстей и желаний. Да что там желаний — их красота отдавала ледяным холодом даже без стужи во взглядах!

— Спасибо за эмоции, любимый! — прикоснувшись губами к моей щеке, прошептала Майра. — Ты себе не представляешь, как нам приятно тебя слышать…

Приблизительно так же на их наряды отреагировали Селия, Оден и четверка воинов, которых я брал с собой в качестве сопровождения — потрясенно охнув, мужчины сложились в поклоне, а старшая горничная присела в реверансе. А после того, как выпрямились — развернули плечи и полыхнули гордостью! Увы, нормальным эмоциям я радовался недолго — только по дороге во дворец. А после того, как мои женщины выбрались из кареты и оказались в перекрестии взглядов гостей, прибывающих на прием, мне захотелось погасить оба Дара и перестать слышать. Ибо то, что чувствовалось в окружающих, смердело похуже выгребной ямы!

Естественно, гасить Дары я не стал. Поэтому, отвечая на велеречивые приветствия и изысканные комплименты, старался быть предельно кратким, дабы как можно быстрее добраться до Уголка Вечной Стужи и отгородиться от фальшивых доброжелателей холодом демонстрируемых чувств. Тем более что приехали мы одними из первых, а значит, обязательный круг должен был стать очень коротким. К сожалению, стоило нам обойти зал для приемов и занять свое место рядом с троном, как к нам подошла Дора и принялась терзать вопросами о закончившейся войне, страдать из-за того, что ничем нам не помогла, и пересказывать последние слухи о нашем роде. Потом к нам присоединились ар Дирги, вернее, старшая жена дяди Витта, две его меньшицы и Софа. А когда зал наполнился где-то наполовину, примчались и Койрены.

Сразу же после появления Магнуса Дора куда-то ушла, и я смог слегка расслабиться, поэтому общаясь с ним и со своими супругами, поглядывал по сторонам и замечал много интересного. Скажем, отметил, что дочка дяди Витта с интересом посматривает на моих вассалов. Что торренки, переставшие бояться высшего света Маллора сразу после того, как увидели Зейна у меня дома, чувствуют себя свободно и ни капельки не напрягаются. Что Рина болтает не с Найтой, а с Алькой и Софой, и обсуждает с ними последнюю лайвенскую моду. Что Власта старается держаться как можно ближе к Стеше, поэтому прислушивается к ее разговору с Алситой. А Ивица наслаждается беседой с Майрой и Вэйлькой.

Чуть позже до меня дошло, что обе меньшицы Магнуса старательно копируют поведение не Ивицы, а моих женщин: когда к нам подходят здороваться вновь прибывшие, показывают ровно столько уважения, сколько демонстрируют ар Эвис. Если смотрят по сторонам, то с холодным равнодушием. А расцветают только тогда, когда устремляют взгляды на мужа.

Порадовался. За ар Койрена. Похвалил в общем чате Тень и тактика семьи за правильное воспитание торренок. А потом был вынужден отвлечься от наблюдения за окружающими, так как почувствовал приближение Зейна, Маниши и Террейла, и привычно прислушался к их эмоциям.

Король пребывал в прекраснейшем настроении и что-то предвкушал. Маниша откровенно веселилась, вероятнее всего, над мужем. А принц был на удивление задумчив. Нет, не хмур, а доволен. Но словно никак не мог уложить в голове что-то важное.

Когда герольд объявил о выходе Шандоров, и в зале настала мертвая тишина, меня кольнуло волнением, появившимся в эмоциях инеевых кобылиц Магнуса. Но девушки взяли себя в руки достаточно быстро, и я снова сосредоточился на самодержце, который успел добраться до трона и величественно опуститься на сидение. Его супруга, усевшись на свое место, привычно нашла взглядом нашу компанию и приветливо улыбнулась. Причем совершенно открыто, словно стараясь показать всем и каждому, что благоволит к тем, кто собрался в Уголке Вечной Стужи.

Мы, Эвисы, улыбнулись в ответ. Алсита и обе меньшицы Лайвенского Пса откровенно растерялись и на всякий случай присели в реверансе. А торренки и Софа полыхнули щенячьим восторгом. Тем временем Шандор возложил длани на подлокотники, выждал приличную паузу и заговорил:

— Добрый вечер, арры и арессы! Я собрал вас для того чтобы отметить завершение Второго Летнего Ненастья — непогоды, внезапно разразившейся над Лайвеном и всей своей мощью обрушившейся на гильдии воров и убийц. Результат буйства неумолимой стихии — семьдесят восемь трупов тех, кто грабил и убивал таких же маллорцев, как я или вы, и чистый город, жители которого в кои веки могут не бояться оставлять дома без присмотра или совершенно спокойно прогуляться по самым темным подворотням. Две ночи и день понадобились Эвисам и Койренам для того, чтобы выйти на верхушку обеих гильдий, переловить всех тех, кто привык считать себя выше любого закона, доставить их на Лобное место и передать в руки палачей…

После этих слов король тяжелым взглядом оглядел зал и продолжил:

— Повторю еще раз: на все это им понадобились всего две ночи и день, хотя в поисках и охоте на воров и убийц участвовало менее тридцати человек! А Разбойный приказ, в котором служат тысячи, борется с этой швалью столетиями, и безрезультатно. Нет, конечно же, начинающие воришки в их руки иногда попадают. Если не сбегают по пути в Псарню. А вот пойманных и казненных глав гильдий я что-то не припоминаю. В связи с этим возникает вопрос — а ради чего, собственно, существует этот приказ? Для того чтобы его сотрудники ходили по улицам, бряцая железом, и надували щеки? Чтобы было кому брать мзду с торговцев и подвыпивших горожан? Или было, кому получать деньги за безделье?

В зале послышались смешки.

— Самое грустное другое: когда я сообщил главе Разбойного приказа, что отловлена вся верхушка гильдий воров и убийц, он рассмеялся и сказал, что это невозможно! Я обдумал то, что услышал, и понял, что Овьен в чем-то прав…

Гости полыхнули непониманием. А король, явно рассчитывавший именно на такую реакцию, «грустно» усмехнулся:

— Нейл Повелитель Ненастья не знал, что это невозможно, поэтому переловил всех, кого хотел. А глава Разбойного приказа был уверен, поэтому не тратил время впустую и