Восход Акроникса (СИ) - Максим Сорокин

— Обещаю, я вернусь. — ответил Вик. Он не солгал, но про себя прекрасно понимал, что вовсе не от перезарядки артефакта зависело это «сможешь». Путь его мести оказался чем-то гораздо большим, чем просто вендетта и в его личную трагедию теперь вплеталась рапсодия Последней Войны. Эхо её аккордов гулким набатом стряхивало пыль с тайн и секретов, сопровождавших его родных и того, кто убил их. За герольдом Темного Короля вилась нить, теперь соединявшая жизни слишком многих, чтобы при первом возможном случае бросить все и бежать в светлый мир.

Викариан ещё толком не осознавал, что за дело ему до той непрекращающейся борьбы, которую вели ещё их предки до Рубикона, не прочувствовал всей её глубины, как к примеру повелитель костей. Но видимо подсознательно уже понял, что хочет он того или нет, теперь эта война коснулась и Вардемы, а ключ к победе в ней можно найти лишь в умирающем Кеплере. Он не знал, как объяснить эти свои мысли Беате, а потому решил пока просто пообещать вернутся.

Эта маленькая поправка не укрылась от девушки, но она лишь вздохнула, молчаливо принимая его решение, отчего на душе у Вика стало совсем паршиво. Она готова была отдать ради него все, а он… он никак не мог понять почему же так поступает с ней. И тут внезапно, словно молния среди грозовых туч, на него снизошло озарение! Вик понял, он делает это все не ради себя, не ради миров и их обитателей, и даже не ради мести с упорством обреченного восстает против сил, повергавших во прах величайшие империи, рискуя всем, что у него есть. А ради неё. Ради того, чтобы Беатриса никогда не знала то, что знает он, чтобы проклятие Порчи не коснулось любимой, чтобы та продолжала радовалась каждому дню, своей улыбкой озаряя мир, его собственную, бывшую совершенно пустой до её появления в ней, жизнь.

Девушка, будто бы прочла его мысли и в её взгляде Викар с радостью увидел отблеск своих же чувств. Она отпускала его с болью в сердце, но понимая, что он никогда бы не оставил её, не будь на то по-настоящему важной причины. И потому они просто стояли обнявшись и улыбаясь смотрели друг на друга, наслаждаясь каждой секундой, проведенной вместе.

Когда же со стороны улицы послышалась переливчатая трель, будто народец фей, живущий среди пышных крон деревьев Фиала, затрубил в сотни крохотных горнов, Беата произнесла:

— В Вардеме немало состоятельных господ предпочитает путешествовать не в крытых телегах и не пешком, а вот на таких вот омнибусах. Я сама их не очень люблю, так как они могут передвигаться только по трактам, ну или хорошим дорогам, отчего большинство чудес и великолепных мест, которыми богата природа, остается не в удел. Однако есть много и тех, кто готов выложить мешочек золотых, дабы быстро добраться из одного крупного города в другой. Ты сказал, что вам нужно как можно скорее попасть на север и к счастью, сегодня к нам из Фиала прибыл один из этих экипажей.

Оторвавшись от созерцания улицы, Ялазар похлопал Вика по плечу, пытаясь языком жестов спросить, насколько быстро они доберутся до места. Молодой человек ничего не понял в хаотичном мельтешении рук у него перед носом, но все поняла Беата:

— Если я не ошибаюсь, то уже к концу этого дня вы будете у северных пределов Моря цветов.

Брови повелителя костей сами собой поползли вверх. Получалось, что тот путь на который у них, даже сумей они найти едущую в ту же сторону телегу, ушло бы два, а то и три дня, они преодолеют чуть больше чем за половину!

— Да эта штука быстрее горных ветров! — присвистнул Викариан, впечатленный не меньше. — Неудивительно, что королям она по нраву, при такой-то роскоши и скорости.

— Короли? — переспросила девушка.

— Ну да, ты же назвала её королевским омнибусом.

Беатриса тихо засмеялась:

— Нет дорогой, это название никак не связано с особами королевской крови, а просто говорит об удобстве. Что же до правителей королевств, то их предпочтения скорее отдаются большей помпезности и церемониям, и новости о приезде венценосных несутся впереди неспешно ползущих вычурных процессий, ещё за недели до прибытия тех на место. Впрочем, это неважно. К концу дня вы будете у деревни Лесорубов, там Подзвездный Тракт кончается и уклоняется во владения гномов, на восток.

— Это нам не по пути. — задумчиво подметил Викар, вспоминая рассказы о том, где находится Провал Обреченных. — Значит нужно будет не пропустить момент, когда стоит сойти с этой повозки. Беата, как я найду тебя, когда вновь окажусь в Вардеме?

— Не пропустите и не переживай, я постараюсь найти тебя сама, солнце и ветра укажут мне путь к тебе. — успокоила его девушка, проведя рукой по его волосам. А после, видимо наконец заметив шестеренку, грубо вытравленную на закрывающей глаз повязке, усмехнувшись добавила. — Мой мастер.

Пол под их ногами дрогнул и стало ясно, омнибус начал движение. В дверь деликатно постучали, не заходя сообщив, что всем остающимся в Снежном стоит покинуть помещения. Более ни слова не говоря, молодые люди снова слились в поцелуе и не отпускали друг друга, пока густая тень от гигантских ворот, проносящейся над повозкой, не наполнила комнатушку. Они не знали, откуда у них взялись силы отпустить друг друга, но едва свет снова проник в узорчатое окошко, как на месте прекрасной Беатрисы остался лишь её чарующий аромат молодого, цветущего луга.

Викар выглянул в коридор. Там уже никого не было, только служка крутил рычажок механизма, поднимающего дверь-пандус, отрезающий молодого человека от ускользающего счастья. Он ждал, что почувствует пустоту или боль от вынужденной разлуки, но вместо этого пришла на удивление спокойная мысль, что нужно двигаться вперед. Нужно закончить начатое, вернуться в Кеплер, распутать клубок, свивавшийся вокруг Праздника Чистых Небес и Хроногресса. А возможно, вместе с тем, найти способ уничтожить семя Порчи раз и навсегда. От того преуспеют ли они с Ялом или проиграют, слишком многое зависело и именно их родина, почти уничтоженная за тысячелетие безумия, хранила тайну, как спасти от подобного кошмара другие миры. Спасти его Беату.

Омнибус действительно оказался на редкость быстрым средством передвижения, это было понятно по мелькающим за окном пейзажам. А вскоре они преодолели теплый «барьер», отгораживающий Снежный от остальной земли и ускорились ещё больше. Мимо, по обочине, проносились странные домишки, будто бы заключенные в гигантские, прозрачные бутылки, пару раз мелькали многоцветные хороводы, словно радуга превратилась в стаю бабочек и теперь парит над занявшейся весенней зеленью.

Пару раз к ним кто-то стучался, спрашивая, не желают ли они чего, но им было не до того. Вик, постаравшись отбросить лишние мысли, сосредоточился на лечении Ялазара. Оказалось, из-за искусственно укрепленных костей, тот не получил серьёзных повреждений, а наложенные им скобы, накрепко стянули края рваной раны. Так что молодому человеку оставалось лишь методично выскребать частицы заразы и гноя, наполняя пустоты силой. Ради такого дела пришлось пожертвовать одним коричневым камушком из пещеры Эфирного Червя, благо тех ещё оставалось штук шесть. Ял морщился, скрежетал зубами, которые как удивленно подметил Вик вовсе зубами и не были, а на самом деле являлись продолжением челюстей, но от лепестка меланы отказался, стоически терпя боль. Через несколько часов повелитель костей вновь мог говорить, хоть и обзавелся новым шрамом поперек правой щеки.