Байбаков - Мария Славкина

В строительных делах большой вес имел Леон Богданович Сафразьян, генерал-лейтенант, выходец из системы НКВД. В 1941–1946 годах курируя вопросы аэродромного строительства, он занимал высокую должность заместителя наркома внутренних дел СССР. В 1947 году Сафразьян возглавил главк по строительству предприятий нефтяной и газовой промышленности, а через год был переведен на должность заместителя министра нефтяной промышленности СССР. Говорят, это был сильный руководитель. Не без его усилий в кратчайшие сроки обустраивались месторождения, строились заводы… Твердый, решительный, не терпевший возражений. В конечном счете это его и сгубило. 13 августа 1954 года он приехал осматривать Новокуйбышевский нефтеперерабатывающий завод. Спустились в подвальное помещение, куда не успели подвести электричество, Сафразьян потребовал зажечь спичку. Кто-то попытался возразить: «Не надо, газом пахнет». На что Леон Богданович иронично заметил: «С газом работаем, а газа боимся». Спичку зажгли — и прогремел мощный взрыв…

Кстати, именно Сафразьян привел в отрасль будущего руководителя газовой отрасли Алексея Кирилловича Кортунова. А дело было так. Уроженец Новочеркасска, Кортунов окончил Северокавказский институт водного хозяйства и мелиорации, после чего пошел по строительной линии. Когда началась война, его назначили на должность начальника инженерной службы 134-й стрелковой дивизии. Но в этом качестве прослужил он недолго. Осенью 1942 года один из полков дивизии понес тяжелейшие потери. В числе убитых оказался и командир полка. Инженер Кортунов был отправлен организовывать оборону и собирать оставшихся в живых. С поставленной задачей он справился четко и оперативно, в результате чего был назначен командиром 629-го полка, с которым прошел всю войну, а за успешное выполнение Висло-Одерской операции был удостоен звания Героя Советского Союза. После войны Кортунову доверили возглавить военный сектор управления Советской военной администрации федеральной земли Тюрингия. Но считая, что долг защиты Отечества выполнен, Алексей Кириллович всеми силами стремился вернуться в СССР. Армейское начальство никак не хотело отпускать ценного специалиста. Однако Кортунов уже сделал свой выбор. Он знал об остром недостатке кадров в нефтяной промышленности и послал с оказией письмо на имя Л. Б. Сафразьяна. Ходатайство высоких чинов произвело необходимый эффект, и осенью 1948 года Кортунов был назначен начальником Туймазинского территориального строительного управления, а вскоре в 1950 году стал заместителем министра нефтяной промышленности. В 1955–1957 годах он возглавил только что созданное Министерство строительства предприятий нефтяной промышленности СССР. После чего на долгие годы его судьба окажется связанной с газовой индустрией. С этим удивительным человеком мы еще не раз встретимся на страницах этой книги.

Послевоенные годы для нефтяной промышленности — это был не только количественный, но и качественный рывок. Настоящий переворот: новые технологии, новые методы, новое оборудование. Именно эту линию последовательно проводил в жизнь молодой и прогрессивный руководитель отрасли Николай Константинович Байбаков.

Он никогда не был догматиком. С малых лет его увлекало все новое, передовое. Прирожденный инженерный ум, новаторская интуиция… А еще уникальное качество — он поощрял и принимал дискуссию! Николай Константинович считал, что должны быть разные точки зрения, в том числе и отличные от его собственной. Только так, в спорах и столкновениях рождается истина и происходит движение вперед.

Открытое вскоре после войны Ромашинское месторождение — одно из крупнейших в мире. Его колоссальные запасы рассредоточены на огромной территории, в нескольких районах Республики Татарстан. Но извлечь «черное золото» такого гиганта — задача непростая. Обычные методы и подходы здесь не годились. Что же делать?

Н. К. Байбаков дал поручение начальнику объединения «Татнефть» А. Т. Шмареву подготовить соответствующие предложения. За основу проекта Алексей Тихонович решил взять опыт разработки Туймазинского месторождения в Башкирии. На нем в 1948 году впервые в СССР был применен метод законтурного заводнения — по границе месторождения бурились скважины, которые закачивали воду и тем самым поддерживали внутрипластовое давление. Профессор В. Н. Щелкачев, находившийся в то время в гуще принятия важнейших решений, вспоминал, что одним из главных инициаторов использования именно этого метода разработки Туймазов являлся заместитель начальника технического управления Миннефтепрома Г. К. Максимович. В интервью, которое мы взяли у Владимира Николаевича летом 2003 года, он рассказывал: «Когда в сентябре 1944 года было открыто Туймазинское месторождение, это произвело в наркомате огромное впечатление. Ведь это было первое большое девонское месторождение. Сразу Николай Константинович Байбаков послал Максимовича узнать, что это за месторождение. Тот вернулся и говорит (я сам слышал своими ушами) — Туймазинское месторождение надо разрабатывать так же, как Восточный Техас. А Восточный Техас — первое месторождение в мире, где внедрили законтурное заводнение. Геннадий Константинович, который был в командировке в Америке, знал об этом…»

К слову сказать, осуществить законтурное заводнение на Туймазах в первые послевоенные годы оказалось делом нелегким. Требовалась огромная подготовительная работа: пробурить скважины, соединить их трубопроводом. А людей не хватало (на строительных работах активно применяли труд военнопленных немцев и венгров), по трубам — катастрофический дефицит. К тому же опыта никакого, методологические трудности. Как вспоминал Байбаков, «когда началась первая стадия освоения этого метода, вода, закачиваемая в пласт, поглощалась лишь первые двое суток. А потом скважина переставала принимать воду. Намучились с этим ужасно. Это, прямо скажу, были одни из самых черных дней в освоении процесса. Пошли разговоры, что зря истрачены большие силы и средства и что ничего из этой затеи не получится. Как всегда бывает в таких ситуациях, пошли письма, сигналы, следом — комиссии». Но справились, причину неполадки устранили, начали разрабатывать Туймазинское месторождение новым методом — методом законтурного заводнения…

Теперь тот же подход предлагалось использовать и на Ромашке. Но у многих тогда возникло сомнение — уж слишком гигантское месторождение! Бурить скважины, закачивающие воду, по контуру, доказывали они, дело бесполезное. Что же делать? Не законтурное, а внутриконтурное заводнение! Как вспоминает В. Н. Щелкачев, этот метод одним из первых предложил математик, профессор Николай Семенович Пискунов, работавший в те годы под руководством директора ВНИИнефть А. П. Крылова. Предлагалось поделить месторождение на несколько самостоятельных участков и каждый из них разрабатывать как самостоятельный объект.