Тайные гастроли. Ленинградская биография Владимира Высоцкого - Лев Годованник

– Но это сообщение, очевидно, нельзя принять как приглашение для тружеников ЛОМО? Билеты в ваш театр не достать…

– И коллектив театра это обстоятельство, сами понимаете, радует… Но к ЛОМО у нас особое отношение, поэтому я сейчас здесь, и не впервые. Дело в том, что рядом со старым зданием нашего театра строится новое, и нам бы очень хотелось, чтобы звукоаппаратура для него была изготовлена в ЛОМО. Мы уверены, что все, сделанное здесь, от маленького аппарата до большого телескопа, – со знаком качества… К сожалению, вся труппа не могла сегодня приехать: гастроли очень напряженные. И я просто показал, ну, что ли, свое хобби – новые песни…

– Кстати, о песнях. Многие ваши песни звучали в фильмах с вашим участием, использовались в постановках вашего и других театров. Но уже были попытки исполнять их с эстрады. Как вы относитесь к последнему?

– Злюсь. Это не песни в прямом смысле, так же как я не певец. И я никогда не рискну исполнять песню, написанную другим человеком. Но люблю, когда „меня поют“ мои друзья, актеры нашего театра. Это уже совсем другое…

– Сейчас много говорят о менестрелях, бардах и т. д. и т. п. Фактически, об особом жанре в искусстве – когда автор слов, музыки и исполнитель в одном лице. Но, видимо, для каждого, кто пробует себя в этом жанре, одна из трех муз все-таки главная. И для вас, наверное, – стихи?

– Да, я ни в коей мере не причисляю себя ни к бардам, ни к менестрелям. Это надуманные слова. Я пишу стихи, которые лучше звучат ритмизованно, под гитару, – вот и все…

– Вам бы хотелось их опубликовать, издать сборник?

– Конечно. Это, наверное, мечта каждого пишущего. Я уже думал об этом, и мои друзья, поэты, обещают помочь. Во всяком случае, нужно поработать: не все, что хорошо звучит, так же хорошо ляжет на бумагу…

– А каким циклом вы бы открыли свой сборник?

– Стихами о Великой Отечественной. Меня всегда спрашивают: „Почему ты так много пишешь на эту тему? Можно подумать, что всю войну прошел, а сам в это время еще пешком под стол ходил“. Это хорошо, что так можно подумать… Вообще, мне кажется, человек должен ощущать себя современником любой справедливой борьбы, когда бы и где бы она ни происходила.

– Очевидно, это не только ваша точка зрения, но и один из главных девизов Театра на Таганке?

– Можно судить по репертуару: „Десять дней, которые потрясли мир“, „Гамлет“, „Галилей“. Последняя работа театра – спектакль по стихам и поэме Евгения Евтушенко об Америке – сыграли всего два раза и будем теперь играть в новом сезоне. Работаем над спектаклем, озаглавленным фразой Пушкина: „Вот и славно, вот и хорошо!..“

– Владимир Семенович, поскольку в вашем лице сегодня весь коллектив театра, не могли бы вы сказать несколько слов для читателей еженедельника? (Ведь зал вместил далеко не всех поклонников „Таганки“.)

– Могу сказать, что наш творческий коллектив желает успехов вашему творческому коллективу, особенно в работе вашего коллектива для нашего коллектива. А мы, в свою очередь, и в следующие гастроли не будем мучиться над вопросом: „Быть или не быть?“ на Чугунной…

И, взглянув на часы, Гамлет сбежал по лестнице с легкостью и быстротой натренированного спортсмена…»

Вполне, кстати, приличное интервью. Видно, что к нему оказались готовы и журналист, и ньюсмейкер.

В первый раз Высоцкий вместе с коллегами из Театра на Таганке выступал в ЛОМО в мае 1967 года. «Таганка» тогда второй раз гастролировала в Ленинграде. Про проблемы с амбициями в связи с этим ничего не известно – про этот концерт до меня вообще дошло весьма мало содержательных воспоминаний. Зато остались фотографии, где рядом с Высоцким на сцене ЛОМО стоит Валерий Золотухин.

Выступление Высоцкого в ЛОМО 27 июня 1972 года проходило во время гастролей Театра на Таганке. За день до этого концерта и через два дня после – 30 июня – Высоцкий выступал в Ленинградском институте ядерной физики в Гатчине.

Кроме того, из архива Николая Курчева следует, что Высоцкий еще раз выступил в ЛОМО 20 сентября 1972 года. У Николая Федоровича по этому поводу описательных воспоминаний в архиве не сохранилось, зато он дал мне переписать список песен, которые пел на том концерте Высоцкий. Из этого списка видно, что тот концерт Высоцкий закончил серией «Честь шахматной короны». Мне про этот концерт ничего не известно, в составленном в начале 90-х годов поисковом списке ленинградских концертов Высоцкого о нем ничего не сказано.

Байки у реактора

Поездки Высоцкого в Гатчину запомнились с налетом мистики и эротики Май 1967 года, июнь – июль 1972 года, октябрь 1974-го, Ленинградский институт ядерной физики

Для биографов Владимира Высоцкого расположенный в Гатчине Петербургский институт ядерной физики интересен тем, что Высоцкий там выступал чаще, чем во всех других ленинградских предприятиях. В этом институте прошло четыре концерта, еще одна творческая встреча была дома у одного из ведущих ученых института Николая Попова.

Влияние радиации

Это застолье с песнями случилось в ночь с 5 на 6 июля 1972 года, и никаким концертом его назвать нельзя. Но все же любой коллекционер скажет: у меня есть запись домашнего концерта Высоцкого у Попова.

А первый концерт в гатчинском Институте ядерной физики прошел в период с 15 по 18 мая 1967 года (точная дата не установлена), когда Петербургский институт ядерной физики еще не был самостоятельным заведением, а считался филиалом Ленинградского физико-технического института имени Иоффе. Второй и третий концерты прошли 24 и 30 июня 1972 года, когда институт уже обособился и стал называться Ленинградским институтом ядерной физики (ЛИЯФ – я так его и буду называть). 4-й концерт прошел 19 октября 1974 года. Кроме того, 3 октября 1967 года Высоцкий выступал в самом Физтехе перед концертом в клубе самодеятельной песни «Восток». Но об этом уже было написано.

Выступления Высоцкого в ЛИЯФе имеют одну характерную особенность: воспоминания очевидцев этих концертов носят, если можно так выразиться, несколько иррациональный характер – с элементами мистики и даже эротики.

Трудно сказать, почему так произошло, может, виной всему аномально жаркое лето 1972 года, а может, причина в том, что ЛИЯФ – единственное в Ленинградской области предприятие, на территории которого располагается самый настоящий ядерный реактор (кроме ЛАЭС, естественно). Я не готов анализировать эти загадочные причины, но результат представляется интересным. Из него, во всяком случае, видно, как рождаются слухи.