Военный дневник. Год второй - Андрей Валентинов

представлял, а вот сто лет назад был совсем маленький. Известен тем, что там разводят одомашненных лосей. Вполне в духе «Ока Силы». Кстати, название Якша — непростое. Так именуют демонов на Востоке.

* * *

Ô fins d'automne, hivers, printemps trempés de boue,

Endormeuses saisons! je vous aime et vous loue

D'envelopper ainsi mon coeur et mon cerveau

D'un linceul vaporeux et d'un vague tombeau.

Когда-то очень увлекался Бодлером. Книжечку в бумажной обложке брал у кого-то из приятелей, теперь уже и вспомнить трудно. Кое-что даже переписал. Теперь понимаю, что с наших высот поэт чрезвычайно наивен. Так сказать, он меня пугает, а мне не страшно. Но ведь старался!

Вёсны, осени, зимы, и грязь, и хандра,

Усыпительно скучные дни, вечера, —

Я люблю, когда мгла наползает сырая,

Влажным саваном сердце и мозг обнимая.

На улице терпимо, хотя время от времени срывается дождь. Чуть-чуть бы теплее, и было бы даже по-своему уютно.

Думаешь о Бодлере, идешь прямиком к кофейне, обстрела (пока!) нет. Можно и о войне забыть хотя бы на полчаса… Не, получится, вот патруль, вот парень в форме, но явно после госпиталя, с палочкой, хромает.

Не спрятаться.

* * *

В Европе война, в Азии война. Зато за морем… Не люблю Маяковского, но очень уж по делу.

За тучей берегом

лежит Америка.

Лежала, лакала

кофе, какао.

Именно. И рожа «толще свиных причуд, круглей ресторанных блюд». Опять думают отсидеться. Впрочем, платить за это приходится регулярно, унижаясь перед негриллами и педерастами. Не хочешь вести себя как мужчина, становись на колени перед обезьяной.

* * *

В Херсоне ракета попала в церковь, две женщины ранены, погибла собачка-сторож. Она из брошенных, подобрали, пригрели. Всех жалко, но зверушки — они беззащитные, они надеются на нас.

Россия — дерьмо. Русские — тупые жестокие дегенераты.

* * *

Взгляд со стороны…

* * *

Случайно наткнулся на материалы следствия по делу об убийстве Кирова. Просто поразительный непрофессионализм, причем вполне сознательный. Ничего не расследовали, клепали дело по личным указаниям Усатого. Что случилось на самом деле, никого не интересовало. Чтобы не быть голословным. Николаев не просто регулярно общался с германским консулом в Ленинграде, но и столь же регулярно получал от него деньги. За что? Теперь уже не спросишь. Консулу дали уехать, Николаеву по этому поводу вопросов не задавали. Нет, немцы, уверен, не приказывали убить Кирова. Но шпионом Николаев вполне мог быть. С его-то биографией, наклонностями и характером!

Это то, что я заметил. Уверен, там такого много.

* * *

Многие тревожатся по поводу войны в Израиле. Я скорее недоумеваю. С ХАМАС воевать всерьез нечего, не то соотношение сил. Но пока непонятно, в чем состоит участие иных сторон конфликта, если таковые вообще есть. От Ирана пока последовали лишь заявления. Да, палестинцам постоянно поступает помощь, но этим и арабы, и Иран занимаются уже лет шестьдесят. В общем, пока непонятно. Разве что удивила позиция Турции. Но, говорят, это позиция Эрдогана, а не турецкой верхушки и тем более — широких кругов.

* * *

Пришли холода, а кошачий домик так и не закончили. То рабочий занят, то не хватает чего-то. В который раз вспоминаю «Кошкин дом» Маршака. Актуальная вещь.

10 ОКТЯБРЯ (594 ДЕНЬ)

А тем временем…

Сообщают, что чрезвычайно авторитетные на Гаити жрецы вуду, проведя сложный магический ритуал, провозгласили, что помочь их многострадальной стране, где уже более двух столетий никак не получается наладить нормальную жизнь, может только один человек — Владимир Владимирович Путин.

Исходят они из давнего убеждения, что сильнейшим унганом в мире (а заодно и истинным Бароном Субботой) был Ленин, остальные же правители СССР и России по мере возможности перенимали его магическую силу. У Пуйла якобы сие получилось лучше всего, то есть сейчас именно он самый сильный в мире унган.

Со стороны виднее.

* * *

Снова солнце, но холодно, неуютно, в общем, совсем другая осень.

По двору носится кошачья семейка, хвосты вверх.

— Пошли! — зову их.

— Миу!

Побежали.

* * *

Все-таки, кинематограф принципиально иной вид искусства, чем, к примеру, литература. То, что удается писателям, не всегда можно перенести на экран. Допустим (пример чуть ли не первый попавшийся), произведения про Джеймса нашего Бонда. Книги небольшого объема, иронические, местами даже глумливые. Фильмы же скучные и откровенно глупые. Многим нравятся? Потому что сняты для вполне определенной аудитории, уровень которой откровенно ниже, чем у читателей книг про 007.

Я неправ?

Тем не менее, кое-что интересное попадается и в мире кино. Причем из времен давних. Оказывается, в 1930-е сняли несколько не очень известных исторических фильмов. Среди них, между прочим, фильмы про Разина и Пугачева. В первом случае сценарий Чапыгина, во втором — Ольги Форш. Однако!

* * *

Все заголовки новостей о войне в Израиле. Понять что-либо сложно, сразу вспоминаются два эпизода. Первый — из фильма «Морозко»: «Мы побьем… Нас побьют…» Второй из фильма «Картуш»: «Отступаем! Наступаем!»

* * *

В годы давние Дмитрий Володихин написал роман «Доброволец» — не слишком удачную АИ по Гражданской войне. Любви к белогвардейцам хватает, а вот с воображением совсем плохо. У меня на эту книгу была рецензия.

Теперь вышло то ли продолжение, то ли иной вариант этой книги. И тоже АИ. Заглянуть, что ли? Сразу ясно, что белые войну не выигрывают. Впрочем, такое могло быть только у Звягинцева с его тремя тоннами золота и двумя самоходками. А еще, естественно, спецназ — именно он обозначил «тренд». Сейчас о таком всерьез писать уже невозможно.

Посмотрел. Нет, текст тот же, что и был, но Володихин добавил послесловие о том, как он, автор, любит Пуйло, поэтому революция — это плохо.

Кто бы сомневался?

* * *

В квартире уже холодно. То и дело возникают атавистические мысли на тему скорого включения отопления, но каждый раз вспоминаешь, в какие времена приходится жить. Может, включат, может — нет. Да, XXI век, сплошной прогресс.