Его Величество Флинт. - Мери Кирчофф

Они уже прошли где-то с сотню футов вверх по течению, когда Флинт неожиданно услышал странный звук, сначала перепутав его со стуком крови в висках. Нет, решил он, это скорее похоже на колеса фургона. Но зачем это фургону ехать в такой час? Ведь вечер только начинался, и только-только начало смеркаться. Флинт поднял над головой руку, подавая сигнал Базальту, а сам сосредоточился на источнике приближающегося шума. Он приближался сзади, определил Флинт, пустой фургон из Хиллоу, возможно возвращающийся после длительного заезда к Новому Морю.

Гномы с холмов не могли ни отойти назад, ни обогнать этот фургон. Надо было прятаться! Но где? Флинт оторвал взгляд от земли и разглядел пару ивовых ветвей, свисавших с узкого правого берега. Им придется лишь пригнуться и надеяться на то, что ивняк скроет их от постороннего взгляда.

Флинт быстро преодолел те десять футов, что отделяли его от укрытия, подавая на ходу сигнал Базальту – мол, следуй за мной. Он инстинктивно задержал дыхание перед тем, как упасть на колени на каменистом дне быстрого ручья, позволив холодной горной воде накрыть его по плечи, разрывая его нервные окончания до такой степени, что, казалось, вот-вот и он не выдержит. Он ощутил, что со стороны замер Базальт.

Быстрее, будь ты проклят! Только это и мог желать Флинт приближающемуся фургону. О, как бы я хотел оказаться в том фургоне, а те дерро, чтобы сидели в этой проклятой, подумал он. Это натолкнуло его на мысль.

– Баз, – практически неслышно прошептал Флинт. – Жди меня в кустарнике, где дорога входит в реку. Два дня, не более. Потом, отправляйся домой.

– Что?! Я иду с тобой! – прошипел в ответ Базальт, но потом увидел решительный взгляд седобородого дяди. – Я тебе понадоблюсь.

– Слушай, Баз, я даже не знаю, удастся ли мне так пройти, – едва ли не извиняясь, начал Флинт. – Но двоих из нас точно засекут. Два дня – не более. Со мной все будет в порядке.

Фургон уже был практически поблизости. Приближаясь к своей главной базе, стражники, очевидно, не боялись нападения, так как спали на козлах, а сам возница тоже едва не засыпал со скуки. Четверка лошадок уверенно тянула фургон по дну ручья глубиной по колено. Флинт мгновенно рассчитал расстояние и момент вращения больших деревянных колес с их металлическими спицами.

Флинт ненадолго прервался, чтобы поглядеть на Базальта.

– Береги себя, сынок.

Фургон сейчас с плюханьем продвигался напротив них, лошади рассекали воду своими шерстистыми крупами. Флинт проскочил между двумя смертоносными колесами и уцепился за дно какого-то ящика лишь тремя толстыми пальцами своей правой руки. Он быстро раскачался, словно мартышка, пока не ухватился левой рукой за крепление вала переднего правого колеса. Ухватившись за него руками и ногами, Флинт болтался всего в нескольких дюймах от поверхности воды, рискуя собственной жизнью, так как любой мало-мальски острый камень мог проткнуть его снизу при встрече.

Фургон неожиданно остановился, и до него донесся оживленный разговор.

– Расчисть туннель! – сказал кто-то.

– Сейчас твоя очередь! – ответил другой сонным голосом. – Я убирал с дороги те проклятые булыжники у гребня горы пару дней назад.

– Ох, ну, хорошо. – согласился первый.

Передний край фургона слегка качнулся, когда один из дерро спрыгнул вниз и с плеском приземлился в воду.

Флинт еще сильнее обхватил ось, пытаясь казаться незаметным. Слегка опустив голову, он заглянул под фургон. Перед ними толстые ветви какого-то кустарника перекрывали берег ручья. Он видел лишь ветви, воду, да туловище дерро на уровне воды, пока остальные части тела его хозяина расчищали путь на обрывистом дне ручья.

Из-под веток вскоре показались глубокие рытвины, ведущие из ручья на дорогу. Проклиная все на свете, возница направил лошадей в поворот слева, и бедные скотинки послушно потащили тяжеленный фургон из ручья на только что открытую часть дороги.

Возница не останавливал фургона, пока двое охранников спрыгнули, чтобы вновь положить кустарник на место, а потом взобрались наверх через заднюю часть фургона – Флинт слышал, как они проползли по полому отделению для груза и вновь заняли свое место впереди.

Через некоторое время звуки ручья затихли вдали, и неожиданно стало темно. Флинт понял, что фургон въехал в туннель. Руки уже начинали болеть, поэтому он не мог держаться за брыкающуюся ось. Отпустив отерпшие руки и ноги, гном упал на песчаный грунт, пытаясь быть осторожным, чтобы не попасть под огромные железные колеса. Он отполз в темноту, подождав, пока громыхающие звуки фургона не затихнут вдали. Его чуткое на тепло инфразрение лишь слабо напоминало о себе в холодном туннеле, очерчивая стены тусклым красным цветом.

Флинт сделал два коротких шага – его ботинки с мягким треском ступали по земле. Потом он застыл. Еще один звук донесся до него справа – и это не был звук его шагов. А потом еще один, повыше, и еще один… Когда он услышал, как что-то щелкнуло прямо над головой, Флинт отчаянно дернувшись, бросился влево, но было уже слишком поздно. Прямо на него свалилась железная клеть, пленяя гнома. Флинт в гневе схватился за железные прутья, тащил, тянул, пытался согнуть, поднять, тряс их, но клетка оказалась слишком прочной и тяжелой. Флинт упал на колени и поскреб по полу туннеля. Если не принимать во внимание тонкий слой гравия, под ногами была сплошная скала.

– Проклятье! – гном откинулся на прутья.

ГЛАВА 9.

Они немедленно отобрали у Флинта топор. Без него он был, как без рук. Все еще пребывая в бешенстве из-за того, с какой легкостью им удалось его схватить, холмовый гном кипел от гнева под наблюдением восьми воинов, пока небольшой отряд отправился к их командиру. Стражи в туннеле оказались дерро – с большими глазами и белой кожей. На них была блестящие пластинчатые доспехи, а на шлемах крепились длинные пурпурные плюмажи.

И хотя клеть уже подняли, чтобы освободить его из-за прутьев, стражники дерро заставили Флинта сесть в небольшой нише в одной из стен. Ожидая своих товарищей, дерро играли в некое подобие азартной игры с камешками на гладком каменном полу тесного алькова. Вопрос о побеге даже не стоял, по крайней мере, в нынешнем положении.

– А кто здесь, собственно, за главного? – как-то поинтересовался Флинт после получаса ожидания.

Один из стражников дерро оторвал от игры свой холодный взгляд. Его большие глаза проявляли ровно столько же эмоций, сколько и глаза дохлой рыбы, подумалось Флинт.

– Рот закрой! – был его ответ.

Немного позже, Флинт расслышал шаги нескольких пар тяжелых башмаков. Стражники поспешно припрятали свои камешки и вскочили на ноги, становясь в стойку смирно. Шаги стучали уже совсем близко, но из узкого входа в нишу Флинт все равно не мог разглядеть, кто это был.

– Колонна, стой! – прозвучала команда жесткого, но несомненно женского голоса, что привело к остановке марша. – Где пленник? – прозвучал запрос все того же голоса.

– Здесь, Капитан.

Двое дерро грубо поставили Флинта на ноги и вытащили его из алькова. Он оказался лицом к лицу с фролин из горных гномов, ведущей свежий отряд стражников. У нее был маленький ручной топорик, отличавшийся от остальных боевых топоров подчиненных ей гномов, а на плечах она носила золотые эполеты – отличительный знак командного состава.

Ее приятное лицо и светло-карие глаза значительно выделяли ее на фоне остальных дерро, среди которых не было ни одной женщины. Она носила такой же шлем с пурпурным плюмажем, что и ее подчиненные, но непослушные кудри медного цвета выбивались из-под него и танцевали на ее плечах при каждом движении головы. Из рукавов кольчуги выглядывали жилистые руки, но стальной нагрудник оставлял домыслам всю полноту ее женственности.

– Почему со мной обходятся, как с пленником?! – выпалил Флинт. – Я требую… – он вынужден был прерваться, так как мясистая ладонь стражника съездила ему по физиономии.

– У пленников здесь нет прав. – холодно ответила фролин. – ты можешь говорить, когда тебе это разрешат. А пока, не распускай язык. Тебе дадут предостаточно возможностей признаться во всех своих злодеяниях, а именно – в шпионстве за Тейварами. Следуй за нами.

Флинта окружили члены отряда, и процессия медленно потопала в том же направлении, откуда и явилась, уходя все глубже в туннель, ближе к Торбардину. Флинт заметил, что туннель только недавно расширили, а возможно, даже прорыли заново – на стенах все еще оставались острые края, выявляя на полу свежие зарубки от зубила. На каменном полу были заметны следы фургонов, но глубоких шрамов в скале они еще не успели оставить.

Вскоре туннель свернул налево и влился в обширную пещеру. В воздухе висела дымовая пелена, издалека постоянно доносился лязг металлических инструментов, громким эхом отдаваясь от стен пещеры. Перед Флинтом возвышались огромные кучи угля, формируя гребень добрых двадцать футов в высоту. Эта куча и закрывала весь вид на оставшуюся часть пещеры.