Флагман штурмовой авиации - Семен Донченко

...День 17 сентября выдался на славу: видимость прекрасная, в небе - ни облачка, Правда, в такую погоду подойти к цели незаметно нет никакой возможности. Цель же была приличная: по данным воздушной разведки, по шоссейной дороге Красноград - Полтава отступали большие колонны оккупантов. Группе капитана А. Девятьярова из двенадцати "илов" под прикрытием десяти истребителей необходимо было войти на участок Красноград - Карловка (это, примерно, сорок километров) и нанести штурмовой удар по живой силе противника, его танкам, бронетранспортерам и автотранспорту.

Капитан Девятьяров был опытный грамотный штурмовик, как правило, водивший большие группы "илов". Еще до войны он летал в одном авиаотряде вместе с Николаем Гастелло, За возраст все в корпусе величали его "Батей".

Конечно, проще было зайти в "хвост" отступающих фашистов и начать штурмовку сразу от Краснограда. Но тогда впереди идущие колонны могли выскользнуть из-под удара. Девятьяров, не долетев десяти-двенадцати километров до города, отвернул штурмовиков и истребителей от цели. Затем параллельно шоссе прошел до самой Карловки.

Фашистам, видимо, и в голову не пришло, что штурмовики, летящие в стороне, могут развернуться и ударить по ним. Во всяком случае, среди отступающих не наблюдалось какой-либо особой тревоги. Они двигались в том же порядке и тем же темпом, не рассредоточиваясь и не предпринимая мер в защиту от воздушного налета.

Вот и Карловка. Вслед за ведущим развернулась вся группа. Теперь под "илами" была шоссейная дорога, плотно забитая фашистскими войсками.

Первая цель - мост через реку Орчик. Свистят бомбы. Теперь летчики переходят к штурмовке. Высота десять-пятнадцать метров. Трассы снарядов, пулеметные очереди врезаются в кишащую массу фашистов. Первый заход окончен. Набор высоты - и снова атака.

Колонна движется на запад, в три ряда ползут танки, бронемашины, автомобили; по обочине катятся повозки, тут же шагает пехота. Местами отступающие заполняют собой полосу шириной в сорок-пятьдесят метров.

Новый заход! Гитлеровцы мечутся в панике. Из горящих автомашин выпрыгивают автоматчики и тут же валятся на землю, скошенные пулеметными очередями, пораженные осколками бомб. Танки, бронетранспортеры кидаются вперед, в стороны, давят свою пехоту, подминают под себя грузовики и повозки, еще больше усиливается паника. Но укрыться негде - местность голая, открытая, как стол.

Капитан Девятьяров сообщил на аэродром, что по шоссе движутся еще сотни танков, автомашин, повозок, множество солдат и офицеров. Доклад приняли в штабах дивизий и корпуса. Когда летчики Девятьярова отштурмовали, навстречу им летела уже вторая группа "ильюшиных". Всего над шоссе в тот день поработали двенадцать групп штурмовиков. Иными словами, через каждые двадцать-тридцать минут на захватчиков вновь и вновь сыпались бомбы, их косили пулеметы, уничтожали снаряды...

Страшную картину представлял собой освобожденный Красноград. Фашисты превратили его в руины. Уцелевшие местные жители, возвращаясь из оврагов, старых траншей и других убежищ, находили на месте домов лишь пепелища.

А грозный вал наступления катился все дальше, к Полтаве, которую противник превратил в мощный оборонительный бастион, стянув туда из резерва свежие части 106-й пехотной дивизии, танковую дивизию СС "Райх" и другие. Вражеский гарнизон был увеличен почти вдвое.

21 сентября войска 53-й армии вышли к восточному берегу Ворсклы - реки, которая издавна служила боевым рубежом. Теперь по этим историческим дорогам наступали советские воины. Одновременно с войсками И. М. Манагарова к реке подошли и части 5-й гвардейской армии генерала А. С. Жадова, которые возвращались Степному фронту. Однако с ходу взять Полтаву не удалось.

В тот же день на КП Жадова прибыл генерал армии И. С. Конев, явно обеспокоенный сложившейся ситуацией. Внимательно осмотрев местность, командующий фронтом отметил, что отдельные участки в полосе наступления действительно никудышние. Но ведь переправлялся же здесь Петр I перед битвой со шведами в 1709 году?! Ну, а если тогда русские прошли, то и полки Красной Армии пройдут!

Именно здесь, на подходах к реке, врагом номер один для штурмовиков оказались вражеские зенитчики. Один участок пилоты так и назвали "квадратом смерти".

Действовавшая на нем батарея вела настолько точный огонь, что за один, реже - два залпа сбивала самолет. Эту снайперскую вражескую батарею многие воздушные разведчики искали, но безрезультатно.

Вот что по этому поводу рассказали мне ветераны корпуса.

Как-то под вечер командир дивизии генерал Ф. А. Агальцов вызвал к себе комэска старшего лейтенанта М. Одинцова. Речь пошла об этой каверзной батарее.

Тот доложил свои соображения: лететь надо ему одному и как можно раньше, но в готовности держать эскадрилью. С планом комдив согласился, выделив для сопровождения разведчика шестерку "яков". Вылет наметили на пять часов утра.

Рассвет Одинцов встретил в небе. Набрав высоту три тысячи метров, повел машину в предполагаемую зону нахождения батареи. Затем включил передатчик и связался с истребителями.

- "Маленькие!" Воздух на вашей совести. Мне со стрелком смотреть вверх некогда.

"Ильюшин" шел то со снижением, то с набором высоты, ломая курс маршрута. Отдельные группы пехоты, машины с прицепами-пушками разведчика не интересовали. Похоже, к одиночному штурмовику не проявляли интерес и немцы. Они завтракали. И все-таки самолет-разведчик обстреляли, но по точности огня он определил, что это были не те асы-зенитчики, которых он искал.

Подумав, что батарея может быть и в другом месте, Одинцов решил зайти в обозначенный квадрат севернее километров на десять. И едва этот отрезок пути закончился, как пилот увидел пенные шнуры снарядов. Вот она, чертова батарея из шести орудий! Одновременно летчик услышал треск разрыва, самолет сильно тряхнуло, появился крен. Одинцов, взглянув на правую плоскость, обнаружил в ней внушительную пробоину. Завернувшийся против потока воздуха кусок обшивки тормозил скольжение крыла и создавал опрокидывающий момент. Пришлось перевести штурмовик в набор высоты, чтобы уменьшить сопротивление воздуха. Потом он снизился глубокой спиралью.

Наблюдая за такой эволюцией машины, можно было определить, что летчик убит или ранен. А в это время Одинцов уже с близкого расстояния наблюдал за расположением батареи, запоминал ориентиры местности, чтобы при повторном полете выйти на нее наверняка. Старший лейтенант все-таки вывел машину на свою территорию. Пропустив истребителей сопровождения па посадку, он осторожно пошел на снижение. Все обошлось благополучно...