Стинг. Тайны жизни Гордона Самнера - Уинсли Кларксон

Вечером 12 августа ему позвонил Стюарт и сказал, что все кончено и Генри направился на Корсику — туда, где был его дом, на вполне заслуженный отдых. Спустя несколько месяцев он вернулся в музыкальный бизнес, но никогда полностью не оправился от уроков, полученных в «Полиции».

Тем временем брат Стюарта, прозорливый бизнесмен Майлз, все еще держался от группы на расстоянии. Случилось так, что на него также произвел сильное отрицательное впечатление Энди Саммерс. «У этого парня короткие волосы и брюки клеш», — сказал он своему брату Стюарту сердито, совершенно игнорируя музыкальный талант Энди.

Неудивительно, что и Энди почувствовал неодобрение Майлза. «Это моментально заставило меня не желать иметь с ним дело. Я полагал, что на Стюарта оказывал чрезмерное влияние его старший брат».

Однако Стинг был очень доволен тем, что Энди был принят. Он показал себя совершенно другим человеком, когда присоединился к «Полиции». Энди был безупречным исполнителем-профессионалом, и он настаивал на том, чтобы группа репетировала каждую песню каждый вечер для следующей недели.

Новое трио дебютировало в Бирмингемском клубе «Ребекка» 18 августа 1977 года. Стинг впервые осознал, что у них все идет как надо. Они, пожалуй, действительно слились воедино как группа, хотя было еще много препятствий, которые предстояло преодолеть.

Самой большой проблемой стал имидж. Панк-клубы и их фанаты уже знали, что «Полиция» не имеет никакого отношения к их стилю музыки. Заказы на выступления иссякли, а британские поклонники рока и потенциальные спонсоры были в равной степени сбиты с толку, куда же причислить эту группу. Тогда группа решила нанять на полную ставку менеджера и взяла Лоренса Импли, школьного товарища Стюарта из Милфилда. Майлз Копленд остался «на заднем сиденье».

Один раз они думали, что их зарезервировали как поддерживающую группу для выступления в Голландии. Они сложили свои гитары и один усилитель в «ситроен» Энди Саммерса, но, как оказалось, лишь только для того, чтобы добраться до Роттердама и обнаружить, что их выступления не были запланированы.

Затем они умудрились пристроиться в качестве поддерживающей группы в Париже и направились во французскую столицу. 20 сентября 1977 года они играли в Париже. Однако дела шли все хуже и хуже, и музыканты не могли позволить себе платить за жилье. Всё закончилось тем, что спали в машине после выступлений в районе красных фонарей.

Вот тогда-то Стинг и заметил (впервые) большое количество проституток на улицах, которые вдохновили его на одну из самых прекрасных композиций. «Это было впервые: я видел проституцию на улицах, и эти птички были действительно прекрасны. В голове у меня вертелась мелодия, и я представил себя влюбленным в одну из таких девушек. Я имею в виду, что у них обязательно есть парни. Как бы я себя чувствовал?»

Роксана!Тебе не нужно зажигать красный фонарь.Эти дни прошли,Тебе не нужно продавать свое тело в ночи,Роксана!

«Это прекрасное имя, и за ним стоит такая богатая мифология. Роксана была женой Александра Великого и подругой Сирано де Бержерака. У имени какая-то волнующая аура», — добавляет Стинг.

Однако богатства, которые эта «Роксана» и другие мелодии должны были принести группе, были еще далеко. А пока «Полиции» приходилось выживать буквально при полном отсутствии дохода. Стинг все больше и больше обращался к Фрэнсис за поддержкой. Она была кормильцем в доме, а это означало, что приходилось хвататься за всякую актерскую работу, которую предлагали. Одна часть в телевизионном сериале называлась «Оставшиеся в живых» и очень подходила для матери и ребенка, и поэтому маленький Джо тоже зарабатывал себе на корочку хлеба.

Стинг в конце концов начал подрабатывать моделью в рекламных роликах благодаря агенту Пиппе Макхэму, впервые поддержавшему семью с тех пор как они приехали в Лондон. Первым его заданием было появиться в кинорекламе мужских шейных украшений. Потом последовала другая случайная работа. Рекламный ролик для «Брутус Джинс» представил его в облегающих фигуру брюках с выпуклостями во всех необходимых местах. Стинг позже вспоминал: «Там была совершенно пошлая девица, которая трясла предо мной своей грудью в течение шести часов съемок. Я чуть с ума не сошел».

Затем последовал коммерческий ролик для бюстгальтеров «Триумф» («Триумф Брас»), в котором он прыгал почти голый вместе с «Совершенно Легендарной Звездой» Джоанной Ламли. Как позже Стинг признался: «Я, бывало, дотрагивался до груди Джоанны Ламли».

Ламли, тогда знаменитая как «звезда» телевизионного шоу «Новые мстители», затеяла ссору со Стингом и пожаловалась директору этой рекламной компании, что Стинг воспринимает свою роль «слишком серьезно». В действительности, Стинг находился под гипнозом Ламли, которую считал «классной актрисой». Он также продолжал думать о плотно облегающих черных кожаных костюмах Ламли, которые она носила, играя роль в «Новых мстителях».

Вскоре после этого Стинг проходил пробу для коммерческого ролика, посвящённого жевательной резинке «Wrigley's». Директор дал ясно понять, что Стинг недостаточно «тянет на панка». Тогда Стинг запрыгнул на стол и начал плевать во всех направлениях. Через минуту ему сказали, что он получил эту работу. Затем рекламное агентство, которое стояло за всеми этими роликами, сказало, что они ищут группу, которая тоже должна появиться в этой рекламе. Естественно, Стинг предложил «Полицию».

Однако там было одно условие — все в этой группе должны быть блондинами. Стинг уже высветлил себе волосы к этой сцене; Стюарт был по природе рыжеволосым, но был готов продолжить этот процесс; Энди не особенно хотел этого, но он был в меньшинстве.

Давно было признано, что этот внешний вид невероятно помог сделать имидж группы более интересным, необычным. Но этот новый блондинистый вид не принес «Полиции» глубокого уважения со стороны их собратьев-музыкантов. Многие хихикали за их спинами, потому что считали, что это еще одна причина, по которой эта группа не могла бы всерьёз считаться рок-н-ролльной.

Трио все еще продолжало борьбу на финансовом фронте, и они были удовлетворены, когда положили в карманы свои первые разумно оплаченные чеки после того, как согласились сыграть альбом, составленный королем немецкого электронного фанк-джаза Эберхардом Шунером в Мюнхене.

10 ноября 1977 года группа вернулась в Лондон после трех недель, проведенных в Германии. Они ожидали, что обнаружат массу новых предложений, но спустя месяц все также не было ни одного выступления, ни одного контракта или записи. Все, чего достигла «Полиция», — это четыре недели неспешных репетиций, во время которых они умудрились значительно улучшить свое исполнение.