Дочь оружейника - Генрих Майер

– Если бы я была мужчиной, я бы не вернулась одна…

– Даже, если бы видела, как хозяин упал?

– Боже, так это правда! Вальтер умер?

– Успокойтесь, хозяйка, – сказал работник, стараясь скрыть свое собственное волнение.

– Говори правду, Вильгельм, – прервала Мария, заливаясь слезами. – Зачем подавать нам напрасную надежду?

– Я говорю правду, мамзель Мария… выслушайте меня, я расскажу все, как было. Поутру, когда ударили в набат, хозяин побежал с нами к воротам и, узнав в чем дело, посоветовал как действовать, чтобы не попасть в засаду. Однако его не послушали, и начальник наемников отказался идти с нами, сказав, что он не пастух, чтобы собирать стада. Потом, когда нас окружили воины, многие закричали: «Спасайтесь!» А мастер Вальтер собрал вокруг себя тех, кто посмелее и хотел пробиться сквозь ряды. Он дрался как лев, но скоро был окружен неприятелем, и один из воинов Салазара нанес ему сильный удар по голове. Хозяин упал. Я хотел с товарищами броситься к нему, но меня оттеснили к реке, спихнули в воду и там на нас посыпались стрелы. Только трое успели спастись, все израненные. Что ни говори Маргарита, мы исполнили свой долг, и если бы было возможно, спасли бы жизнь хозяина.

Окончив свой рассказ, работник отер слезы и замолчал.

– Ты слышала, Мария, – проговорила Марта сквозь слезы. – Нет никакой надежды… Вальтер умер.

– Нет, – перебила старая Маргарита, слушавшая со вниманием рассказ Вильгельма. – Я не согласна с вами, хозяйка. Работники видели как упал мастер, но они не подходили к нему, и не знают, убит он, или только ранен.

– Я тоже так думаю, – вскричал Вильгельм. – Разумеется, удар был силен, если повалил такого человека, как хозяин, но он мог только оглушить его.

– Как удостовериться в этом? – сказала Марта, начиная надеяться.

– Чего же лучше, – добавила Маргарита. – Вильгельм знает место, где упал хозяин, он пойдет туда и отыщет.

– Да, я пойду, – подтвердил работник.

– Так если батюшка жив, он останется без помощи! – вскричала Мария с отчаянием. – Я не допущу этого. Я пойду сама к начальнику неприятельского отряда, буду на коленях умолять его, чтобы он позволил мне подать помощь раненому отцу или похоронить его.

– Нет, Мария, – сказала мать. – Твое сердце вовлечет тебя в опасность. Тебе нельзя идти к разбойникам, а то мне придется, кроме мужа, оплакивать и тебя. Моя обязанность отыскать тело Вальтера. Я клялась быть ему верной и преданной, а Бог знает, что я свято исполнила мою клятву. Теперь я пойду отдать ему последний долг.

– Вы не пойдете, ни та, ни другая, – сказал Вильгельм с твердостью. – Простите, хозяйка, что я не вдруг решился, но слушая вас и вашу дочь, я стыжусь, что женщины выказали больше смелости и великодушия, и тотчас же иду на после сражения. Часа через два я ворочусь, или разбойники убьют меня на трупе мастера Вальтера.

Пожав руку Марты, он выбежал из дома. Мать и дочь остались в страхе, уговаривая друг друга и плача.

Через три часа Вильгельм вернулся. Он был бледен и шел тихо. Обе женщины бросились к нему, не говоря ни слова; работник показал им топор и меч мастера Вальтера, сказав задыхающимся голосом:

– Вот все, что я нашел после хозяина. Разбойники, ограбив мертвых, бросили все тела в реку.

Раздался крик ужаса, и мать упала, рыдая, в объятия дочери.

XII. Вестник

В доме оружейника была такая тишина, как будто в нем все вымерли. Маргарита подала работникам ужин и те поели молча, боясь потревожить печаль Марты и Марии, которые усердно молились в своей комнате.

Вдруг посреди общей тишины послышался стук в дверь, выходящую на улицу. Маргарита пошла отворить и потом, войдя в комнату Марты, сказала ей тихо:

– Хозяйка, извините, что я вас побеспокоила, пришел какой-то крестьянин и хочет поговорить с вами.

– Так поздно и в такое время… Что это за человек?

– Не знаю… Он в большой шляпе, которая закрывает все лицо, и говорит тихо… Я испугалась и не хотела его впускать; но он настаивает и говорит, что ему очень нужно видеть вас сегодня вечером.

– Матушка, – вскричала Мария, – не принес ли он вести о батюшке?

– Дай-то Бог, – проговорила Марта и приказала привести крестьянина, который, войдя в комнату, осторожно запер дверь.

Маргарита была права, испугавшись наружности незнакомца, который при свете лампы был еще страшнее, потому что лицо его было совершенно черно и простая одежда покрыта пылью и грязью.

– Что вам надобно? – спросила Марта, раскаиваясь, что впустила незнакомца.

– Я принес вам известие о мастере Вальтере, – проговорил тихо крестьянин.

– Он жив! – вскричали в одно время мать и дочь.

– Жив.

– Правда ли это?

– Я его видел.

Марта и Мария упали на колени и благодарили Бога, что он так внезапно превратил их горе в радость. Потом мать встала и обратилась к посланному:

– Благодарю вас, кто бы вы ни были… Мой муж жив… Но где он, отчего он не пришел? Сведите нас к нему.

– Это невозможно, – отвечал крестьянин так же тихо, стараясь скрыть свой голос.

– Отчего же? – спрашивали женщины с беспокойством.

– Он в плену у «трески».

– У разбойников! Может быть, он ранен?

– Ранен, только не опасно. Удар в голову был так силен, что мастер лишился чувств и его приняли за мертвого. Когда начали раздевать трупы, то увидели, что Вальтер дышит, и хотели убить, но воины ван Шафлера спасли его.

– Как, – вскричала Марта, – воины Шафлера тоже грабили мертвых?

– Нет, начальник послал их спасти раненых.

– Я узнаю благородного графа Жана, – сказала его невеста, – и верно он сам привел отряд?

Крестьянин на минуту задумался, потом отвечал еще тише:

– Да, мессир Шафлер был с отрядом.

– И я обязана ему спасением отца?!

– Да, ему.

– Вы слышите, матушка, – продолжала Мария с чувством, – как он добр, великодушен! Я буду вечно ему благодарна.

– Но отчего же ван Шафлер не отпустил Вальтера? – спросила Марта. – Он мог быть уже здесь.

– Это было невозможно, – отвечал крестьянин, – он мог спасти жизнь вашему мужу, но освободить его не смел без приказа епископа Давида.

– Ван Шафлер выхлопочет этот приказ, – перебила молодая девушка. – Разве епископ может отказать в чем-нибудь своему лучшему капитану?

– Вы правы, епископ не откажет в просьбе графа, а между тем мастер Вальтер перевезен в Вик, где оставлен под надзором графа.

– Как я рада! – сказала Марта. – Как я благодарна за ваше известие, чем мне отплатить вам…

– Не благодарите меня, – проговорил крестьянин с волнением. – Я хотел успокоить вас насчет мастера Вальтера и успел в этом… Теперь прощайте.

Мария удержала его вопросом: