Разрушенный рыцарь - Милена Янг

class="p1">Ему хотелось выбить ублюдку зубы. За самодовольство, за ту неиссякаемую жестокость, которая в нем жила. Рик казался не человеком — зверем. Глядя в его глаза, становилось противно. Будто он залезал тебе в голову и нашептывал мерзости.

— Дейв в отключке.

— Что ты имеешь в виду? — вскипел Тернер, схватив подонка за шиворот, и толкнул к пустующей трибуне.

— Возможно, я случайно ударил его по затылку сильнее, чем планировал. Он жив.

— Это должно меня успокоить? — Рафаэль резко выдохнул. — За покушение ты сядешь в тюрьму. Потому что я звоню в полицию.

— Посмей это сделать, и я опубликую все материалы на Марка Стайместа. Да-да, мужа твоей любимой сестры. Как думаешь, поблагодарит она тебя за это? У меня есть голосовые записи, видео с камер наблюдения, когда Марк творил такие вещи, за которые светит срок. Подумай дважды, прежде чем злить меня, Рафаэль. Не волнуйся, на тебя у меня тоже достаточно компромата. Или, считаешь, весь Данверс забыл, каким монстром ты был в Академии? Похуже меня.

— Я не насиловал и не убивал, не смей сравнивать меня с собой, — скривился от отвращения Рафаэль.

— Да? А на то, что ты вытворял с Агнес в то время, мы просто закроем глаза? Было весело проделывать это с сестрой?

От мерзкого намека кровь у Рафаэля закипела. Он набросился на Рика и ударил. Так сильно, что тот согнулся пополам. А потом еще и еще. Рафаэль ненавидел воспоминания о тех временах, когда он совершал отвратительные поступки по отношению к своей сестре, не зная об их родстве.

Он бил Рика и не мог остановиться. Перед глазами стояла Академия, ненависть в глазах окружающих и постоянный страх. Его боялись. Его ненавидели. Рафаэль тяжело дышал, пытаясь справиться с гневом. Лицо Рика было залито кровью, но он смеялся, довольный тем, что сумел вывести Тернера из себя. Костяшки пальцев жгло.

— Итак, у меня к тебе предложение.

— Исчезни, Рик. Покинь Данверс. Тебе здесь не место.

— Ах, Рафаэль. — Парень театрально вздохнул и вытер разбитый нос рукавом комбинезона, оставляя на нем багровые следы. — Ты не считаешь, что это несправедливо? «Отбросы» были моей группой! Я был их лидером. Но ты просто занял мое место. Тебе придется подвинуться. Отдай мне мое, и никто не пострадает. Я обещаю.

— Ты смеешь ставить мне условия? — Рафаэль стиснул зубы. — Ты предал группу. Настраивал «Отбросы» против «Драконов». Я же установил мир. Тебе здесь, черт побери, не место. Радуйся, что Марк тебя не убил.

— Последний раз повторяю: либо верни мне мое законное место, либо прольется кровь.

— Удачи, — отмахнулся от него Рафаэль как от назойливой мухи.

— Ты об этом пожалеешь. Горько пожалеешь, но будет поздно. — Пристальный взгляд Рика сконцентрировался на рыжеволосом парне, который подошел к Рафаэлю.

— Все нормально? — обеспокоенно спросил Вильям, подходя к нему.

— Да, — раздраженно ответил Рафаэль, резко выдохнув.

Когда он повернулся обратно к трибуне, Рик уже исчез. Рафаэль не воспринимал придурка всерьез: Скотт давно растерял всю свою власть, но неприятное чувство подсказывало: они еще встретятся.

Глава 8

— Доброе утро, радуга!

Рафаэль сиял так, будто выиграл миллион долларов в лотерею, чего нельзя было сказать о мрачной девушке. Растрепанная и заспанная, она, уперев руки в бока, недовольно смотрела на гостя, который невозмутимо стоял на пороге ее дома.

— Утро добрым не бывает, — пробурчала Тереза, нехотя уступая дорогу парню, чтобы он мог войти в дом.

— Как всегда, жизнерадостна и приветлива, так держать.

Рафаэль усмехнулся как ни в чем не бывало и прошел внутрь. Девушка скорчила гримасу, передразнивая придурка, и отправилась на кухню заварить кофе. Единственное чудо, которое помогало ей быть в строю каждый день. Она не удивилась, когда Рафаэль поперся следом.

— Ну что? — не унимался парень.

— Чего тебе? — сквозь зубы раздраженно процедила она. Ей никак не удавалось избавиться от привычки ненавидеть мир по утрам.

— О чем думаешь?

— О том, что терпеть тебя не могу, Тернер.

— Я тоже тебя люблю.

Тереза скрипнула зубами, поставив на плиту турку с кофе.

— Ты всегда такая сговорчивая по утрам? — решил, кажется, окончательно достать ее парень.

— А чего ты хотел? Время видел?

— Мне казалось, что мы уже решили этот вопрос.

— Когда кажется, креститься надо, — фыркнула она.

— Ого, маленькая святоша возвращается.

— Пожалуйста, Рафаэль, помолчи, у меня голова болит. — Девушка поморщилась, следя за кипящим напитком.

— Отказываюсь принимать твое предложение, — усмехнулся он, разглядывая Терезу. Его позабавила ее пижама с Дартом Вейдером. Интересно, какого она была цвета?

— Никогда бы не подумал, что ты поклонница «Звездных войн», — удивленно прокомментировал он свое открытие.

Тереза сняла турку с плиты.

— Будешь? — обреченно предложила, смирившись с его неизбежным присутствием.

— Конечно, — улыбнулся Рафаэль.

Ее глупое сердце снова встрепенулось от вида ямочек у него на щеках. «Не смей, Тереза. Не смей вестись на это».

— Да, я фанатка этой франшизы. — Она положила себе сахара в кофе и разбавила его молоком. — Тебе добавить?

— Нет, благодарю.

Ого, значит, гадкий Тернер умеет быть очаровательным, когда захочет!

— А тебе нравится? — Она кивнула на изображение Темного Лорда, красующееся у нее на груди.

— Да, мне нравится любая тематика, связанная с космосом, звездами и небом. — Рафаэль сделал глоток и удовлетворенно хмыкнул. — Что думаешь о последнем фильме?

— Объективно?

— Разумеется.

— Мне нравится Кайло Рен в качестве антигероя, все это было увлекательно, но история словно свернула в другое русло. Было, бесспорно, радостно видеть старых персонажей, но атмосфера совсем не та… Словно оловянную ложку по-быстрому окунули в серебро и пытаются выдать за оригинал. Не уверена, что мне нравится то, во что они переродились. Наверное, я старомодна.

— Добро пожаловать на базу оппозиционеров, — просиял Рафаэль. — Но, согласись, сцена воссоединения была эпичной.

— Не буду спорить. — Тереза улыбнулась, делая глоток кофе. — Как тебе финал?

Каким-то магическим образом раздражение, вызванное ранним пробуждением, рассеялось под остроумные комментарии Рафаэля. Беседовать с ним было очень интересно. Их взгляды и мнения совпадали, и это доставляло ей радость. Но даже о том, в чем они расходились, спорить тоже было увлекательно. Не было никакой неловкости, ничего, что могло бы оттолкнуть. Разговор плавно перетек на другие темы.

— Ты считаешь, что он любил Мерседес? Даже после всего, что она с ним сделала? — полюбопытствовала Тереза, подперев голову рукой. Ей было интересно мнение Рафаэля о первой любви графа Монте-Кристо.

— Я считаю, что Дантес запутался.

— Разве мы не любим всего раз?

— Я так не считаю. Он просто встретил не своего человека.

— Думаешь, Гайде стала ей заменой?

— Нет, я считаю, что он по-настоящему полюбил ее, — задумчиво произнес