Пророчество Синей Звезды. Начало - Эрин Хантер

— Посмотрим, как у тебя получится! — огрызнулась Синелапка.

— Тише! — прикрикнула на них Ветреница, и сестры виновато замолчали.

Королева привстала и насторожила уши, пытаясь расслышать сквозь вой ветра хоть что-нибудь. Дождь превратился в ливень, холодные и острые струи хлестали мягкую шерсть Синелапки.

«Как воины Ветра могут жить под открытым небом, где нет даже деревьев, чтобы укрыться от непогоды?» Внезапно ей до боли захотелось вновь очутиться в своем лесу, где можно чувствовать себя в безопасности даже в свирепую грозу, когда ветер безжалостно треплет высокие кроны деревьев.

Сигнал тревоги прорезал воздух, и в следующий миг вся пустошь огласилась свирепыми криками и воплями. Синелапка испуганно вытаращила глаза. Она узнала боевой визг Змеезуба, а потом услышала, как Рябинка взвыла от боли. Поглядев на Пышноуса, Синелапка увидела, что ученик целителя крепко зажмурился и что-то шепчет себе под нос, но так тихо, что нельзя разобрать ни слова.

Может, он молится небесным предкам? Синелапка наклонилась к Пышноусу и изо всех сил прислушалась.

— Окопник для костей, паутина для остановки кровотечения, крапива от отеков, тимьян от шока. — Он повторял снадобья для лечения различных ран!

Реальность свирепым порывом ветра обрушилась на Синелапку. Там, внизу, в лагере племени Ветра, сейчас лилась кровь. Синелапка в ужасе посмотрела на сестру.

Белая шерсть Снеголапки стояла дыбом, поднятые торчком уши с жадностью ловили доносившиеся снизу звуки.

— Кто это? Птицехвост? — прошептала она, когда ветер донес до них свирепый кошачий вопль.

В ответ раздался еще один жуткий крик.

Синелапку забила дрожь. «Кажется, это был голос Камнехвоста! Что с ним? Нападает он или пытается защититься от нападения?»

Теперь вопли следовали один за другим, и Синелапке захотелось оглохнуть, чтобы перестать слышать.

— Неужели мы ничем не можем им помочь? — чуть не плача, спросила она у Ветреницы.

— Мы должны ждать, — хмуро ответила та.

И встрепенулась, заслышав топот приближающихся лап. Синелапка подскочила и обернулась, ожидая увидеть несущихся к ним патрульных племени Ветра. Вздыбив загривок, она приготовилась встретить врагов.

Но это была Зарянка.

— Скорее! — прохрипела она. — Пестролапка ранена!

Глава IX

Ветреница застыла, прижав уши.

— Пестролапка?

— Рана от когтя, — быстро пояснила Зарянка. — Сильное кровотечение. Ее нужно срочно вывести оттуда, но мы не можем выделить ни одного воина, чтобы сопровождать ее.

Ветреница кивнула, взгляд ее стал жестким и твердым.

— Ты пойдешь с нами, — приказала она Синелапке.

— Лучше я пойду, — засуетился Пышноус, поспешно подбирая с земли свои травы.

— Нет, — покачала головой Ветреница. — Мы не можем рисковать тобой. Подумай, что будет со всеми, если тебя вдруг ранят!

— А я? — спросила Снеголапка, сверкая глазами.

— Одной ученицы вполне достаточно, — Ветреница сурово посмотрела на Снеголапку, давая понять, что не намерена слушать возражения.

Съежившись, Снеголапка опустила голову:

— Хорошо. Я останусь тут вместе с Пышноусом.

— Держись возле меня, — велела Ветреница Синелапке и, выскочив из-под укрытия, бросилась под проливной дождь следом за Зарянкой.

Сощурившись, чтобы вода не заливала глаза, Синелапка прижалась к боку Ветреницы. Дождь хлестал ее по мордочке, поэтому идти приходилось на ощупь, положившись на свои усы и ощущение теплого бока старшей кошки. Лапы скользили по мокрой траве, а порывы ветра трепали хвост, словно былинку.

Внезапно Ветреница резко остановилась, и Синелапка замерла, прижавшись к ней. Поморгав, она увидела, что земля прямо перед ее лапами резко обрывается.

Крутой склон заканчивался стеной ежевики, показавшейся Синелапке намного толще ограды из утесника, защищавшей вход в лагерь Грозового племени. По другую сторону ежевичных зарослей была плоская прогалина. Доносившийся оттуда сильный кошачий запах подсказал Синелапке, что именно там находится лагерь племени Ветра и его главная поляна, открытая всем ветрам и стихиям.

Оцепенев от страха, Синелапка смотрела на бушевавшую внизу битву. Ветер доносил до нее вопли и крики дерущихся. Кровь лилась на землю, собираясь в небольшие лужицы, пенившиеся под струями дождя. Клочья выдранной с мясом шерсти то и дело взлетали в воздух, цеплялись за ежевику. Прищурившись, Синелапка попыталась разглядеть в ужасном побоище своих товарищей по племени.

«Вот они!» Она увидела, как Змеезуб задними лапами стряхнул с себя насевшего воина Ветра, но в тот, же миг скрылся под телами сразу двоих вражеских котов — Синелапка успела разглядеть лишь блеск его когтей, да сверкание оскаленных зубов.

Еще через несколько мгновений Змеезуб вынырнул из-под нападавших и, резко развернувшись, чтобы защитить живот, отпихнул одного из воинов Ветра ударом сильных плеч. Однако второй кот вцепился в него, словно пиявка, и принялся безжалостно полосовать когтями бока. Змеезуб взвыл от боли, клочья шерсти взлетели в воздух.

На другой стороне поляны Солнцесвет и Птицехвост сражались плечом к плечу, прижавшись спинами к зарослям ежевики. Они рвали и царапали сразу четверых воинов Ветра, наступавших на них единым строем, те драли когтями морды врагов и кусали их зубами за лапы так, что вся земля вокруг них стала красной от крови.

Рябинка, бешено сверкая глазами, с диким визгом бросилась на атаковавших ее котов Ветра. Заслышав вопль соплеменницы, Вихрегон, сражавшийся с одним из воинов Ветра, резко обернулся. Отшвырнув врага могучим ударом тяжелой лапы, он бросился на помощь Рябинке. На бегу он отпихнул с дороги еще одного поджарого вражеского кота и впился зубами в мокрую бурую шерсть другого. Тот закричал от боли, и в животе у Синелапки все сжалось от ужаса.

Глаза у Вихрегона горели каким-то свирепым огнем, вражеская кровь капала из пасти, и вид у него сейчас был такой страшный, что Синелапке пришлось несколько раз напомнить себе, что ее отец всего лишь храбрый воитель, защищающий свое племя.

— Иди сюда! — резкий оклик Ветреницы вывел Синелапку из жуткого оцепенения, и, сбежав вниз по склону, она следом за старшей кошкой стала продираться через ежевичные заросли.

Острые шипы безжалостно царапали ее нежную мордочку, но Синелапка не чувствовала боли.

Вырвавшись из кустов, они с Ветреницей побежали к тому месту, где лежала раненая Пестролапка. Длинная кровоточащая рана тянулась через весь бок ученицы, а из-под черной шерсти жутко алело мясо. Ветреница схватила Пестролапку за шкирку и поволокла через поляну к просвету в ежевике. Синелапка попыталась помочь ей, подталкивая Пестролапку носом, но ученица отпихнула ее задними лапами.

— Я сама могу идти! — прохрипела она и забилась, царапая когтями землю. Ветреница разжала зубы, но стоило ей выпустить загривок дочери, как та беспомощно рухнула на землю.

Не говоря ни слова, Ветреница снова подхватила дочь и потащила ее к выходу из лагеря. Синелапка потрусила следом. Она чувствовала, что вот-вот потеряет сознание от страха и сильного запаха крови, стоявшего в воздухе.

— Грозовые воители гонят на битву малых котят! — провизжал какой-то серый воин Ветра, изумленно глядя на Синелапку.

Она остановилась и сердито оскалила зубы:

— Я не котенок!

Воин Ветра смерил ее сверкающим взглядом быстрых глаз.

— Вот как? Тогда покажи мне, как ты умеешь сражаться, маленькая воительница!

Синелапка похолодела от страха.

«Я не умею сражаться!»

Всего два дня назад она стала ученицей. Ей пришлось собрать все свое мужество, чтобы не кинуться наутек. Она не побежит, поджав хвост!

«Я родилась Грозовой воительницей и никогда не отступлю перед врагом!»

И все-таки лапы у нее беспомощно дрожали от страха, и она в ужасе смотрела на приближающегося к ней воина Ветра, который, щеря зубы в жуткой ухмылке, неторопливо выпустил когти.

— Ястребок! — прогремел над поляной зычный оклик.

Синелапка узнала голос Вересковой Звезды, предводительницы племени Ветра. Она стояла в центре сражения, ее шерсть торчала во все стороны, зубы были оскалены в рычании, а грозные голубые глаза, не мигая, смотрели на пятнистого серого воина, наступавшего на Синелапку.

— Немедленно вернись на свое место и займись ранеными! — рявкнула предводительница. — Неужели я должна напоминать целителю о его обязанностях?

Ястребок злобно уставился на Синелапку.

— К сожалению, мне придется подождать другой возможности испортить твою шерстку первым боевым шрамом, — процедил он, отворачиваясь.

— Синелапка! — прохрипела Ветреница, с трудом пытаясь протащить Пестролапку через узкое отверстие в ежевичных зарослях.