Злой пёс. Плохой волк - Илия Ларичев

В подъезд вошли пятеро и по порядку: Вольф, Когтин, Хрюн с одним из своих бойцов и Шариков.

Хрюн мысленно подтвердил слова Когтина о пугающе узких лестничных пролётах.

Третий этаж. Вольф провёл их до нужной двери, сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. Затем встал напротив дверного глазка и постучал.

Вольф: Мужик, ты там?

Зашуршали тапочки за дверью, сверкнул глазок; наконец, раздался голос Серова: Ну.

Вольф: Ты меня топишь, мужик. Я сверху живу, там х*йня какая-то, мужик.

Серов, видимо, обращался к пасынку: Тосик, посмотри ванну.

Вольф: Мужик, у меня там всё сейчас затопит, давай быстрее.

Серов: Ты не п*зди, ничего у меня не включено. Ты точно надо мной живёшь?

Вольф: Точно, точно, мужик. Прям над тобой…

Когтин шепотом обратился к Хрюну: Эту клоунаду нужно прекращать. Попробуете выбить?

Кабан расплылся в улыбке; вместе с бойцом они оттолкнули волка; принялись молотить ногами в дверь и кидаться на неё всем телом.

Серов за дверью переговаривался с сыном и кричал ломящимся к нему ментам: Эй! Э, сучары! Вы что там творите? Чего надо? Э, у меня тут пистолет! Клянусь, стрелять буду!

Поначалу казалось, что спецназ проигрывает, но через полминуты карикатурных стараний дверь поддалась, сошла с петель и грохнулась в коридоре квартиры Серова.

Хрюн схватил Вольфа за шкирку и затащил в квартиру, а сам — направил ствол винтовки M16 перед собой.

Убийца бежать не пытался, — сразу заметил Шариков. Вместо этого обнимал волчонка, защищая его от необъяснимой, но явной угрозы.

Когтин приказал Вольфу заняться сыном и обратился к “подозреваемому”: Серов?

Серов: Д… да.

Когтин засветил ксиву перед удивлённой волчьей мордой и монотонно произнёс: Майор Когтин, полиция Зверска, вы задержаны по подозрению в четырёх убийствах. Рекомендую не оказывать сопротивление — это может быть расценено, как доказательство вашей вины.

Вольф выхватил мальчишку из ослабевших лап Серова и оттащил в комнату по соседству от маленькой кухни, в которой они все теперь находились. На входе, у обнажённого дверного проёма дежурил один из бойцов.

Майор попытался развернуть Серова спиной к себе, но тот принялся уворачиваться: Какого ляда, я знаю свои права! Слушай, легавый… (капитан Хрюн вдарил прикладом автомата по голове Серова, тот согнулся пополам, обхватив череп) ААААГРХ!!!! Э, братья, тут БЕСПРЕДЕЛ! Подстава какая-то, БРАТЬЯ!

В подъезде отворилась противоположная дверь, сосед вышел разбираться. Он попытался пройти в квартиру Серова, но боец остановил его. И тогда сосед крикнул: Слышь, вы чё к моему братишке прицепились?

Серов закричал; лапы его уже были сомкнуты в наручники за спиной: Братик, зови решалу — тут подстава конкретная!

Когтин махнул на соседа: Э. боец, разберись с ним!

Боец схватил соседа за шею и бросил в дверь его квартиры. Тот столкнулся мордой с дверным косяком, заскулил, затем рыкнул и обернулся, готовый кинуться в бой. Но, увидев смотрящее на него дуло автомата, отступил и вернулся в жилище.

За лязгом захлопываемой двери последовал хлопок, который узнали все. На кухню вышел Вольф, шерсть на его лбу слиплась и почернела, а из маленького сквозного отверстия во лбу забулькала кровь.

Затем он свалился замертво и присутствующие увидели стоявшего за его спиной волчонка, чьи маленькие лапки сжимали шестизарядный револьвер Кольт Уокер.

Серов обессиленно выдохнул: Тосик…

Шариков хотел выхватить револьвер из лап волчонка и подался к нему, но малец в ту же секунду развернул оружие на молодого лейтенанта и спустил курок — ТАХ.

Пуля угодила в пластину бронежилета справа у плеча Шарикова. Сила выстрела развернула молодого лейтенанта боком. А затем мальчишка спустил курок снова — ТАХ. Вторая пуля прошила ему лапу и шмыгнула в бочину. Она остановилась в сантиметре от сердца, но этого Шариков знать не мог.

Он заскулил и ноги его подкосились.

Когтин направил дробовик на волчонка: Э, малец! Волыну опусти, слыш!

Но вместо этого малец направил оружие на Когтина. Однако старый майор был, как всегда, на готове. И без раздумий выстрелил волчонку дробью в грудь. Тот отлетел обратно в спальню и остался лежать у кровати.

Серов завопил, вырываясь из лап Хрюна.

Майор выругался и упал перед раненым лейтенантом.

Шариков: Босс…

Когтин обращался к спецу, дежурившему у двери: Твою мать, смотри за входом, хули ты уставился?! Так, тихо, пацан. (майор бережно взял Шарикова за плечи и усадил в угол кухни; затем снял плащ и пиджак, разорвал рукав своей рубахи и приложил ткань к пулевому отверстию в боку молодого лейтенанта)

Серов: УБЛЮДКИ, СУКИ ЕБУЧИЕ ВЫ ВСЕ!!! БРАТЬЯ, БРАТЬЯ, НА ПОМОЩЬ, БРАТЬЯ! ВОЛКИ-И-И-И-И-И!!!!! АУУУУУ!!!

В подъезде началась суета.

Когтин понимал, что каждая минута промедления может стоить ещё одной жизни. Возможно, даже его собственной. Он обратился к Хрюну: Зови ещё своих парней, быстро!

Капитан прижал Серова к стене. Тот хихикал: Парни, вам п*зда. У нас как раз желудки со вчерашнего дня пустые, мы вас на обед зажарим!

Когтин встал и подошёл к волчаре, тыча ему дробовиком в нос: Ты что думаешь, сука…

Хрюн: Группу “Хвост” на подъем, время сейчас, ура.

Вас понял, ура, — раздался искажённый радиоволнами ответ.

Затем присутствующих вновь оглушили хлопки револьверов (теперь к ним прибавился звук короткой автоматной очереди) — ТУХ-ТУХ-ТУХ-РА-ТА-ТА-ТУХ-ТУХ, ТУХ!

Спец, истекая кровью, грохнулся на пол в подъезд. И несколько волчар переступили сначала его труп, а затем и порог квартиры Серова.

Когтин: Да вы *бнулись! (он повесил дробовик на плечо, достал Макаров и направил его на толпу в коридоре) Это полиция Зверска, если вы сделаете ещё хоть шаг — я открываю огонь, выродки, ну, сукины дети! Кто первый?

Это, конечно, не планировалось, как летняя прогулка, — подумал Когтин, — но ситуация явно теперь не оправдывала даже самых приземлённых ожиданий.

Волки не остановились.

Капитан бросил Серова на пол и передёрнул затвор штурмовой винтовки.

Шариков начинал терять сознание. Он даже не мог извернуться должным образом, чтобы прижать лапу к ране. Жизненные соки стремительно покидали молодое собачье тело.

Волки заполнили всё свободное пространство кухни перед ментами. С клыков капала слюна. Волки рычали, таращились красными от ярости глазами на представителей ненавистного закона.

Их коллективный рык спугнул бы всю администрацию Зверска, включая грозного комиссара Лосева.

Кто вооружен, а кто нет — разбираться было некогда. Они же, блин. представились — полиция Зверска.

Коготь Когтина дрогнул на курке, и пуля прилетела одному из волчар прямо в оскаливашуюся морду.

После первого выстрела, Хрюн вскинул автомат и нажал на спуск — РАТАТАТАТАТАТАТАТАТА!!!!

ВЯК-ВЯК-ВЯК-ВЯК — посыпались гильзы под ноги мусорам.

Повалились на пол серые тела; истекая