Охотник - Виталий Бодров

И не каждого убедит бульканье утопающего, что тварь вреда не причинит. Так что похвалы-то заслужены были, другое дело, смущает меня прилюдное восхваление. Или приэльфное – разница невелика.

– Брат, – говорит Рив. Это прочим я Побратим или Охотник, а ему брат. Потому как так у эльфов уж заведено: если кому жизнь спас, становишься родней. Отцом, сыном или братом. Или, скажем, сестрой. Многие эльфы, кстати, считали, что Рив меня усыновит. Не угадали. Рив вообще личность непредсказуемая, даже для брата. Особенно для брата.

– Привет, – улыбаюсь я. – Вот, в гости зашел.

– И не один. – Кто сказал, что у эльфов морщин не бывает? Вот они, морщины, лучиками от глаз побежали, стоило ему улыбнуться. – Как зовут твоих спутников? Или все же друзей?

– Я еще не определился, – усмехаюсь в ответ. – Знаешь, как оно порой бывает? Был спутник, а потом оп – и другом отчего-то стал.

– Или наоборот, да? – весело подмигивает брат. – Был вроде бы друг, а потом оп – и спутница. Правда, это только с женщинами получается… Может, представишь нас друг другу?

Все эльфы такие. Нет, чтобы просто сказать: я, мол, Рив, а вот вы кто такие? Нет, не Рив, они-то ему не братья и не побратимы даже… Риверсаль Таннкредар Сумровиль… хм, это если они мои друзья, а вот если спутники – еще и Раннорель Оргедан… вот рожа хитрая, потому-то он сам и не представился, чтоб я сам выбрал, кто они мне. Ну хорошо…

– Светлейший князь и старейшина Священного леса, старший сын и наследник Владыки леса Вечного Риверсаль Таннкредар Сумровиль Раннорель Оргедан Бракемон Пертухай Заморлед – прошу любить и не жаловаться. Титул произносить полностью, с должным почтением…

Смотрю на своих спутников. Господин Излон беззвучно шевелит губами – запоминает. Медвежонок тоскливо смотрит на небо – чтоб это все заучить, у него половина жизни уйдет, и это еще в лучшем случае. А Релли… улыбается.

– Он ничего не перепутал? – вежливо спрашивает у эльфа. Тот заливисто хохочет.

– Почти ничего. Подумаешь, пару имен добавил… три последних, если быть точным. И титуловал, как послу, а не гостю полагается – мелочи какие. В общем, называйте меня Риверсаль, можно просто князь.

– Это у них принято, – соглашаюсь я. – Меня вот порой просто Охотник называют, и ничего, не обижаюсь.

– Просто князь, – повторяет Релли, в глазах смешинки. – А «господин» добавлять можно?

– Если вам от этого легче, – безропотно соглашается «просто князь». – Брат, может, ты представишь мне все же своих друзей или хотя бы спутников?

– Да у них у самих языки есть, – отмахиваюсь я беззаботно.

Звел милостивый, как давно я здесь не был! Как же здесь хорошо и спокойно! С другой стороны, если больше чем на три дня останешься, – скучно становится. Рив говорит, что в этом вся человеческая сущность, беспокойные мы, дескать, на месте нам не сидится.

– Излон, маг четвертой ступени. – Чародей представляется первым, как и положено.

Хм, значит, они все-таки в ступенях измеряются. Прямо как лестница. Запомним, вдруг да пригодится когда.

– Релли, ученица. – Девушка скромно опускает глазки.

Эльф неопределенно хмыкает, переводит вопросительный взгляд на брата старосты.

– Медвежонок, – говорит тот и мучительно пытается что-нибудь добавить, но в лохматую голову мысли никак не приходят. – Ну… просто Медвежонок. Нет у меня еще настоящего имени.

– Будет еще, – успокаивает его эльф.

– Нам бы отдохнуть с дороги, – нахально влезаю я. – И умыться. Перекусить у самих найдется, а вот вино, дорогой брат, за тобой. Если не жалко, конечно.

Скажи я это тому же Нубу, не миновать обиды, мол, эльфы не жаднее людей, и как ты только подумать мог? Рив же благодушно улыбается. Возраст не тот – на подначки вестись, да и чин не позволяет. Все-таки сын Владыки Вечного леса, вдобавок старший.

– Следуйте за мной, – сказал брат и, повернувшись к нам спиной, двинулся по скользким мосткам к своему дому.

Оскальзываясь на каждом шагу, следуем за ним. Между прочим, ходить по этим вот древесным стволам – искусство, доступное далеко не каждому. У меня еще худо-бедно получается, Релли вообще будто плывет по воздуху, а вот Медвежонка приходится ловить чуть ли не на каждом шагу. Ловить притом осторожно и аккуратно, чтобы вместе с ним не окунуться в воду, весит он всяко больше меня, раза в полтора где-то.

Но на сей раз местные рыбы парня не получили. Без проблем добредаем до жилища Рива, больше похожего на дворец – как я его представляю.

Здоровенная хоромина, полдеревни поместится. Ну это я приврал слегка, но уж четверть точно. Как и остальные эльфийские жилища, дом брата стоит на сваях. Как бы на сваях, потому как эти толстые жерди – не что иное, как ствол дерева. Я не оговорился – именно ствол, а не стволы. Уж не знаю, как это объяснить, но все восемь опор дома представляют собой один-единственный ствол живого дерева. Как и возвышающееся на них жилище. Что и говорить, странно, но я уже как-то привык.

Двери нет, у эльфов это не принято. Непрозрачная зеленая занавесь, прикрывающая вход, раздвигается, повинуясь жесту хозяина дома. Вхожу вслед за братом, цепляю ногой стоящий у входа реллар.

Реллар – это такой инструмент музыкальный, вроде нашего прелла, только с восемью струнами. Ну и форма совсем не похожа, у прелла упор для колена есть, для удобства, на релларе играют практически на весу, благо весит он всего ничего.

Беру инструмент в руки, нежно перебираю струны. А что такого? Меня, как брата князя, чему только не учили – и музыке, и истории, даже читать научить хотели, да я не дался. Ни к чему это, баловство одно. А вот история, музыка – это интересно. Вы, к примеру, знаете, что сказал юный красавец Силтераль прекрасной Алданэ, когда впервые увидел ее в Священном лесу? Да ничего не сказал, просто спел ей песню, после чего дева сама осыпалась ему на руки. Я, кстати, тоже пробовал эту песню одной сыграть (целых два куплета помню, больше не осилил), так ничего, кроме затрещины, не получил. Наверное, свою возлюбленную Силтераль получил, потому что юный и красавец, а вовсе не из-за умения терзать струны реллара.

– Не мучай инструмент, – говорит Рив и отнимает у меня реллар.

Плетусь в умывальню, смываю с лица грязь и пот. Хорошо как!

– Пойдем, поболтаем, – эльф обнимает меня за плечи. – Устраивайтесь, господа, нам с братом переговорить надо.

Ну и кто, скажите на милость, ему тут возразить отважится? Эльф, да еще князь, да вдобавок сын Аскондерона, того самого, из легенды. Владыки Вечного леса, чтоб он здоров был. Про то, что он тут полноправный хозяин, вообще молчу, и так ясно, что слово Рива в этом доме (и прилегающем к нему болоте) закон.

– Как вам будет угодно, – кланяется господин Излон.