Личное дело женщины-кошки - Дарья Донцова

– Вот, Танечка, – сказала Настя, когда Медведева замерла с «шедевром» неизвестного примитивиста в руках, – я случайно увидела это полотно в магазине и поняла: оно должно висеть у тебя в спальне.

– В спальне? – с неприкрытым ужасом повторила Татьяна.

– Да, да, – закивала девица, – как напоминание о том, какая ты хорошая!

– Не понимаю, почему эта… э… жуткая сцена должна восприниматься Татьяной в мажорном ключе? – не утерпела я. – На мой взгляд, это мрачноватое произведение.

– Это сюжет из моей любимой сказки «Морозко», – пояснила Настя. – Злая мачеха решила избавиться от падчерицы и бросила девочку в лесу. Но под Новый год случаются чудеса. Сиротку спас Дед Мороз, полюбил ее за трудолюбие и ласковый нрав, вознаградил ее. Ой, я так плакала в детстве, когда читала эту сказку, пусть картина висит у Танечки перед глазами, как мое извинение. Засыпая и просыпаясь, она будет видеть ее и понимать: она не злая мачеха! Папочка, ты повесишь мой подарок? Прямо сейчас!

– Непременно, – кивнул отец, и тут в дверь позвонили.

Таня стояла с картиной в руках, она даже не пошевелилась при звуке звонка. Настя подлетела к двери и распахнула ее.

– Внученька! – загундосила Елена Сергеевна, протягивая ей помятую коробочку с дешевым вафельным тортом. – Бабуля тебе вкусненького принесла!

Настя взвизгнула и повисла у старухи на шее. Миша потер руки.

– Кончайте обниматься, идите в столовую, я открою шампанское.

Настя потащила старуху по коридору, Миша поспешил за ними, я обернулась: Тани не было, картина валялась на полу, дверь на лестницу была полуоткрыта.

Сначала я заглянула в ванную – там никого – и вышла на площадку перед лифтом. Было тихо, подъезд Медведевых запирается на кодовый замок, квартир тут мало, люди живут обеспеченные, обстановка в парадном чинно-благородная. Куда же подевалась Таня?

Внезапно откуда-то сверху раздался голос:

– Прекратите звонить!

Я поднялась по лестнице чуть выше и увидела сквозь решетчатое основание перил ноги Тани. Она, не замечая меня, нервно продолжала:

– Да, тот самый, второй мобильный. Вы видите, я вам подчиняюсь, купила аппарат, симку и никому, кроме вас, не сказала! Торговый центр «Крон»? Через два часа, кафе «Бут-фут». Да, да, хорошо, да.

Потом раздалось всхлипывание и послышались осторожные шаги.

Быстрее испуганной мыши я юркнула назад в квартиру и вошла в гостиную.

– Где Танька? – спросил Миша. – Ну сколько можно ждать?

– Я здесь, – ответила жена, входя в комнату.

– Ларисочка так счастлива, – вдруг зарыдала Елена Сергеевна.

– Думаю, сегодня слезы неуместны! – перебил экс-тещу Миша. – Ну, за радость!

Все схватили бокалы, я, помедлив, присоединилась к Медведевым, но пить не стала.

– Давай, давай! – велел Миша. – До дна.

– Извини, – я изобразила радостную улыбку, – я за рулем, никак не могу пить.

– Счастье вернулось в дом! – патетически воскликнула старуха.

Татьяна закашлялась.

– Поперек горла встало? – заботливо спросила Елена Сергеевна. – Сейчас воды принесу.

Не дожидаясь ответа Тани, старуха ринулась на кухню, я поспешила за ней и сказала:

– По-моему, самое время рассказать им правду!

Старуха округлила глаза.

– Какую?

– Про отца Насти!

– Не понимаю.

– Прекратите притворяться, – топнула я.

Елена Сергеевна поправила круто завитую челку.

– Дашенька, хлебните валерьяночки. Сейчас накапаю. Где ее Таня держит? Ну очень безалаберная хозяйка! Ларисочка плачет, глядя на этот бардак!

– Немедленно перестаньте идиотничать! – вышла я из себя.

Елена Сергеевна схватила маленький пузырек и начала громко считать.

– Раз, два, три…

По кухне поплыл резкий запах.

– Понимаю, дорогая, двенадцать, тринадцать, все взволнованы, девятнадцать, двадцать, поэтому я и не замечаю вашего хамства.

– Вы обязаны рассказать об отце Насти! – потребовала я.

– Зачем? Миша с нами! Уйди, Бублик!

Невесть откуда взявшийся котяра прыгнул на стол и стал самозабвенно тереться мордой о бутылочку с настойкой.

– Вы расчудесно знаете, что Михаил был обманут! – не успокаивалась я. – Сами мне рассказывали про Анатолия.

– Я? – заморгала Елена Сергеевна.

– Да!

– Когда?

– Вчера!!!

– И что же я говорила? – с неподдельным интересом осведомилась старуха.

– Повторить?

– Сделайте одолжение, Дашенька!

Вне себя от злости я кратко изложила историю об отцовстве Анатолия.

– Деточка, вы колетесь? – вопросила Елена Сергеевна. – Скажите наркотикам «нет».

– Намекаете, что наша беседа мне приснилась?

– Конечно, Ларочка была непорочна!

– Но Анатолий существовал!

– Давайте пригласим его и спросим! – нагло предложила старуха.

– Он умер, и вы прекрасно знаете об этом, – зашипела я. – Более того, я полагаю, что сообщение об убийстве Илюшина явилось той самой каплей, которая заставила Ларису выйти замуж за Михаила! Хотя ваша дочь и не была Сократом, но даже она сообразила: у ребенка должен быть отец!

Елена Сергеевна усмехнулась:

– Дашенька, анализ подтвердил отцовство Миши, он позвонил мне и сообщил об этом. Ну предположим, что Ларочка согрешила перед свадьбой и восстановила девственность. Моя несчастная доченька полагала, что забеременела от Анатолия, но теперь-то, после анализа, стало ясно: Настя дочь Миши, она на самом деле родилась раньше срока. Стоит ли прилюдно говорить правду о той давным-давно совершенной глупости? Она, как выяснилось, прошла без последствий. И потом, где доказательства? Ларочка ничего сказать не может, Анатолий мертв, я против дочери не свидетель. Итог: вас, как оголтелую сплетницу, выгонят вон из дома Медведевых. Не совершайте ошибок. Людям свойственно верить в то, во что они хотят. Настя вернулась.

– Точного анализа еще нет! – напомнила я. – Миша мог неправильно понять врача, принять желаемое за действительное, обмануть родственников, заявив, что самозванка его дочь.

– Зачем? – спросила Елена Сергеевна.

Я замерла. Действительно, какой смысл Мише представлять Настю родной дочерью? Нет, он просто ошибся, права старуха: «Людям свойственно верить в то, во что они хотят». Медведев страстно мечтал вернуть Настю, и вот она здесь.

– И Бублик ее узнал, – продолжала сверкать отлично сделанными коронками Елена Сергеевна, – кот ни к кому не подходит, а уж постороннего абсолютно проигнорирует. Ой, уйди!

Последние слова предназначались Бублику, который страстно терся мордой о ладонь старухи.

– Похоже, он вас тоже обожает, – сменила я тему.

– Нет, – засмеялась Елена Сергеевна, – лишний раз не подойдет! Просто я на пальцы валерьянкой капнула, вот Бублик и ластится.

Глава 15

В кафе «Бут-фут» я приехала загодя, вошла в небольшое помещение и похвалила себя за предусмотрительность. Почти все столики оказались заняты жующими людьми. Торговый центр возвышался неподалеку от вокзала, и основная масса транзитных пассажиров убивала время между поездами, бегая по лавкам. Посетители не снимали верхней одежды, я тоже осталась в куртке, она у меня двусторонняя, и обычно я ношу ее бежевым цветом наружу, но сейчас вывернула пуховик, он стал небесно-голубым, а на голову натянула купленную только что черную вязаную шапочку. Мои волосы, слишком тонкие и слабые, поэтому совершенно не ношу головные уборы. Если летом я надеваю бейсболку, то ходить в ней приходится до вечера, снять ее страшно – на макушке образуется пучок пожухлой травы. Надеюсь, в шапке Таня меня не узнает! Правда, при ближайшем рассмотрении она поймет, кто сидит в зале, но я очень сомневаюсь, что Медведева станет пристально изучать посетителей.

Таня, войдя в зал, спокойно устроилась за столиком. Она не оглядывалась, не нервничала, не вертела головой в разные стороны, просто села на стул и сделала официантке заказ. Девушка в кружевном фартучке принесла чашку кофе, Татьяна подняла ее к губам и тут же вернула на блюдечко. Я очень внимательно следила за Медведевой. К ее столику подсел широкоплечий парень в черном пальто. Сначала мне показалось, что на голове у него спит, свернувшись клубком, огромный енот. Но уже через секунду стало понятно, что незнакомец в шапке, огромной, лохматой и очень приметной.

Две головы, «енотовая» и белокурая, склонились друг к другу. Я вспотела от досады. С одной стороны, хорошо, что столик, где сейчас шепчется с незнакомцем Таня, стоит в противоположном углу. Медведева не увидит меня. С другой – мне ничего не слышно.

Встреча продолжалась недолго, парень резко встал и пошел к выходу. Я попыталась рассмотреть лицо незнакомца, но не сумела, надвинутый на лоб треух и густая, явно фальшивая борода надежно скрыли его черты. Быстро бросив на столик деньги, я побежала за мужиком.

– Посетительница! – крикнула официантка. – Вы забыли…

Я притормозила и обернулась.