Далекий мой, единственный... - Татьяна Алюшина

– Лен, я никуда не уеду! Все, тема закрыта!

Может, для кого-то она и закрыта, но только не для Лены, начавшей атаку.

– А ты обо мне и Тимошке подумал? Ты хочешь, чтобы мы с тобой оба так и горбились до смерти? А какое в этой стране у ребенка будущее?

– Лен, – предупредительно рыкнул Илья.

– Что Лен?! Ты эгоист, даже ради ребенка не хочешь ничего менять! Там такие перспективы для тебя, для твоей работы, для жизни!

– Это иллюзия, Лена. Наши, конечно, зарабатывают там больше, чем здесь, во много раз, никто не спорит, и на машинах ездят, в Америке все на машинах ездят, но никаких шикарных домов и офигительных заработков у них нет!

– Неправда! Многие твои коллеги поуезжали, и все счастливы! Ты только подумай, какое образование там получит Тимошка!

– Хреновое там образование! – заорал Илья, не выдержав. – Поняла? Хреновое! У нас в стране в самой задрипанной школе образование в сто раз лучше! У них старшеклассники не знают, где Европа находится, а уж синус и косинус изучают только в институте! Для них Вторая мировая война – это та, в которой американцы победили весь мир! Я никуда не поеду! Я не хочу уезжать из своей страны! Я не хочу жить среди американцев и поднимать их науку, все достижения которой направлены против России! Это понятно?!

На его крик прибежали перепуганные мама с папой. Лену не остановило возмущение мужа, и она начала жаловаться родителям, объясняя, от чего он отказывается, попутно обвиняя его в эгоизме и недальновидности.

Илье захотелось ударить жену.

Он отодвинул ее с дороги и выскочил из кухни.

На следующий день Лена уехала с очередной группой, и Илья облегченно вздохнул. Он не мог ей рассказать о том, что думает, что переживает сейчас. Да она, скорее всего, и не поняла бы, о чем он, а у Ильи не возникало потребности поделиться с ней тем, что наболело и что так мучило.

Вот с Юлькой он бы поговорил. Он выложил бы ей все свои мысли о работе, о состоянии науки в стране, поведал бы о собственных страхах и непонимании того, что происходит, о недоумении и растерянности в душе. И Юлька бы его поняла, почему-то в этом Илья не сомневался.

Он по ней скучал! Господи, как же он по ней скучал!!!

До этого момента Илья как-то не задумывался об отношениях с женой. Ну, женился и женился, ну, живут вместе и живут, как все. Растят ребенка, занимаются редким дежурным сексом, а что он чувствует к ней – господь знает?

Что-то сломалось в нем после того разговора с Леной.

Илья снова лег на диван и посмотрел в потолок.

Тогда он первый раз почувствовал, что Лена совершенно чужой ему человек. И, что самое страшное, – нелюбимый!

– Надо было тогда разводиться! – сказал он, обращаясь к белому потолку. – Лена была занята, Тимоха с бабушкой, а значит, остался бы со мной. И может, не случилось бы той беды.

Но тогда он об этом не думал. Констатировал про себя, что не любит ее, и жил дальше. И первый раз изменил, встретив случайно на улице Катьку, такую же веселую и бесшабашную, как раньше. Никто не заметил потери бойца – Илья часто не ночевал дома, работая до утра.

Весело и радостно отметили день рождения Тимошки – год! Первый год его жизни! Пришли родственники, друзья, в том числе и Расковы, но без Юльки, в этот день она сдавала экзамен.

Илья мысленно перекрестился.

«Вот и ладно, от греха подальше, а то и так хреново!»

С Леной они больше не возвращались к разговору об отъезде, но отношения их стали холодными, натянутыми, впрочем, супруги почти совсем не виделись, что спасало их от окончательного разрыва.

Но в дом пришла беда с другой стороны.

Лена была в командировке, у Ильи выдалось полтора свободных дня – полсубботы и целое воскресенье. Родители собирались в гости к друзьям на дачу на все выходные, с вечера пятницы по понедельник, с Тимошкой. Из-за него и согласились ехать, надо же ребенка на природу вывезти. Это была пробная вылазка, посмотреть, что и как. Друзья уговаривали старших Адориных пожить с Тимошкой у них на даче все лето. Илья высказался «за» – конечно же Тимохе на природе лучше, чем в городе, какие могут быть сомнения! Но в этот раз решил понянчиться с Тимошкой сам.

– Я его совсем не вижу, а тут целых полтора дня выходных! Вы езжайте, вам тоже отдохнуть надо и от него, и от меня.

– А может, все-таки нам взять его с собой? – спросила мама, складывая вещи для дачи в сумку. – Тебе ведь очень отдых нужен, ты слишком много работаешь. Выспался бы, поленился, повалялся на диване.

– А мы с Тимохой вместе выспимся и на диване поваляемся, – рассмеялся Илья, поцеловал сына в пухлую щечку и прижал к себе. – Я по нему очень скучаю. Мы тут своей мужской компанией. Правда, сынок?

– Вда! – согласился ребенок.

Какая сила шепнула Илье тогда, что надо оставить сына дома? Ведь был соблазн поддаться на мамины уговоры и поспать всласть да тупо поваляться перед теликом на диване, никуда не спеша и задвинув все дела!

И эта мысль ой как привлекала Илью! Он уже и забыл, когда отдыхал.

Но что-то сверху, какая-то мистика или ангел-хранитель маленького Тимки, заставило его настоять на своем решении побыть с сыном!

Маршрутка, в которой ехали его родители к друзьям на дачу, столкнулась с грузовиком, большинство пассажиров погибло на месте, а маму с папой и еще двоих человек в тяжелейшем состоянии отправили в больницу. Их спасло то, что они сидели в середине салона на двойном и хорошо закрепленном сиденье.

Накормив Тимоху обедом после прогулки, Илья уложил его спать. Как раз в это время раздался звонок телефона, и гаишник безразличным официальным тоном сообщил страшную новость.

– Живы? – холодея от страха, спросил Илья.

– Живы, но сильно пострадали.

Илья вдохнул, оказывается, он перестал дышать, и торопливо на каком-то обрывке бумаги записал номер и адрес больницы, куда их доставили.

Положив трубку, кинулся обуваться и остановился.

Тимошка!

Ленины родители отдыхали в Сочи, она достала через свое агентство две бесплатные путевки для них.

Так, парня надо куда-то пристроить на время!

Илья постоял, подумал, перебирая в уме друзей, знакомых и родственников, и понял, что есть единственные люди, которым можно без сомнений и тревоги доверить сына.

Стараясь не суетиться, он собрал Тимошкины вещи, продукты для него на день, отнес сумку и летнюю коляску в машину – хорошо, что он не поставил ее вчера в гараж. Машина была совсем старенькой, но пока держалась, бегала, выручая его. Илья закрепил детское креслице сзади, за водительским сиденьем, вернулся в квартиру и взял спящего Тимошку.

Звонить он не стал, приехал наудачу.

Дверь открыл Игорь.

– Илья! – обрадовался он. – Вот так сюрприз, да еще с Тимохой!