Зимняя любовь - Нора Хесс

— Как насчет бекона с яичницей?

— Отлично. И чашечку кофе. Я не пил его со вчерашнего утра.

Пока Лора ломала голову над тем, как сварить кофе и поджарить бекон на малюсенькой плитке, Дэниэл и Илиша, попрощавшись, вышли из магазина. И тут она вспомнила о большой печи. Увидев, что Флетч одевает куртку, собираясь уйти, она попыталась задержать его.

— Постой, Флетч, мне нужна твоя помощь. Ты не мог бы перед уходом разжечь огонь и заварить кофе?

Флетч нахмурился, но прежде чем успел ответить, Тейлор с беспокойством в голосе попросил его:

— Не уходи, пожалуйста, пока я не поговорю с тобой.

— Нет, я не могу здесь долго оставаться, — Флетч ухватился за дверь, стараясь не смотреть отцу в глаза. — Мне надо еще помочь Дэниэлу убрать снег.

Глаза Тейлора наполнились печалью, когда он смотрел вслед уходящему сыну. Лора видела это, и ей хотелось догнать Флетча и хорошенько поколотить его. «Он не смеет вести себя так с отцом! Если бы я могла рассказать ему всю правду, он наверняка раскаялся бы…», — но Лора знала, что этого никогда не случится. Она немного успокоилась, отыскивая на пыльных полках магазина посуду и продукты.

Зачерпнув горсть кофейных зерен, она отложила их в сторону вместе со старым кофейником, который у Тейлора всегда стоял на плите. И даже не подняла глаз, когда Флетч неожиданно вернулся. Потому что знала, если посмотрит, наверняка разозлится и они опять заспорят, а Тейлору нельзя волноваться.

И все же Флетч опять вывел ее из себя, когда, выйдя на улицу, чтобы наполнить кофейник снегом, громко хлопнул дверью и разбудил Жоли. Ребенок сразу же заплакал, и Лоре пришлось отложить бекон в сторону. Она взяла дочь на руки и, присев на стул перед прилавком, принялась ее кормить грудью.

Вернувшись в магазин, Флетч встал как вкопанный. Он не мог оторвать взгляда от кормящей матери. Вдруг вспомнил, как сам когда-то прикасался к этой груди и сразу же возбудился. Лора не видела его, поглощенная процедурой кормления. Тогда Флетч слегка шаркнул ногами и, притворившись, будто никого не заметил, прошел в другую комнату.

Жоли опять заснула. И Лора, завернув ее в одно из одеял, принесенных из дома, снова положила девочку в корзину. Она не без удовольствия отметила, что Флетч это придумал довольно умно: положить малышку в корзину. Здесь Жоли превосходно себя чувствовала и спала, тихонько посапывая, как в своей домашней колыбели.

Наконец еда была приготовлена, и Лора поставила поднос отцу на колени. Флетч, прислонившись к стене, молча наблюдал за завтракающим Тейлором. «Она ведет себя с ним не как с мужем, — рассуждал он про себя. — Она все еще видит в нем отца… Что же у них тогда за брак, черт возьми! Они даже не спят в одной постели». Внезапно Флетча осенило. Реально Лора и Тейлор не были мужем и женой. Просто она забеременела от этого блондинчика Белтрана, и отец женился на ней, чтобы сохранить ее доброе имя. Теперь все становилось на свои места. В том числе и отцовские свидания с Бабочкой.

Флетч посмотрел на измученное лицо Тейлора и тут же пожалел обо всех грубых словах, сказанных в его адрес. «Я должен найти способ поладить с ним», — решил он. Что же касается Лоры, то перед ней он своей вины не чувствовал, скорее — наоборот. «Из-за этой шлюшки я поссорился с отцом, — сокрушался Флетч. — Я не спал ночами, постоянно думая о ней, пошел в Биг Пайн, не дожидаясь полного выздоровления… А она в это время спала с каким-то Белтраном, да еще и обзавелась от него ребенком…»

У него не хватало сил посмотреть на нее, когда она сидела рядом с Тейлором и что-то говорила ему нежно. Почему же отец по-прежнему любит ее, если знает, какой позор она едва не принесла в дом Томасов.

Тейлор закончил завтракать. Лора взяла пустую тарелку и отошла от кровати больного. Флетч решил воспользоваться этим, чтобы помириться с отцом. Он подошел к нему и миролюбивым тоном сказал:

— Отец, мне, наверное, придется заняться магазином, пока ты не сможешь стоять на ногах.

Тейлор удивился внезапной перемене в отношении сына к нему. Однако не показал вида, добродушно ответив:

— Я как раз собирался просить тебя об этом. Справишься? У тебя останется совсем мало времени на пирушки с друзьями. Ведь ты будешь занят все семь дней в неделю по четырнадцать часов в сутки.

Флетч улыбнулся:

— Если с этими делами справляется даже такой старый чудак, то мне это будет вообще раз плюнуть. Как-нибудь найду время и для друзей, и для женщин.

Тейлор протянул руку.

— Значит, договорились. Вот это дело! Кстати, ты мог бы приступить к работе прямо сейчас. Уже с полчаса, как магазин должен быть открыт.

— Но сначала мне надо поговорить с Дэниэлом.

— Хорошо. И помоги Лоре с Жоли добраться до дома. Да, не забудь нанять двух парней, чтобы они расчистили снег вокруг магазина.

Выдержав паузу, Флетч повернулся к Лоре и уже ледяным тоном произнес:

— Ты готова идти сейчас?

— Я и сама доберусь. Не стоит беспокоиться, — в голосе Лоры был тот же холод.

— Немедленно одевайся и перестань строить из себя принцессу, — внезапно резко прикрикнул Флетч. — У меня нет времени страдать от твоей глупости!

— Я не делаю глупостей! Это ты… — Лора запнулась на полуслове, увидев лицо Тейлора. Отец был расстроен их перепалкой.

Она взяла себя в руки и больше не произнесла ни слова. Однако решила для себя, что теперь не позволит Флетчу оскорблять ее и при случае всегда сможет дать ему отпор…

Глава 7

По дороге от магазина до хижины Флетч опять нес Жоли на руках. И опять он ловил себя на мысли, что уже почти любит этого ребенка, как своего. И от этого чувства, которое он не мог побороть, ему становилось не по себе. Ведь это не его дочь. И даже не его отца. А какого-то Адама Белтрана, будь он трижды проклят!

Лора открыла дверь, и Флетч тут же передал ей малышку. Не успела женщина сказать ему и пары слов, как он развернулся и ушел. Она не смогла бы догнать его по глубокому снегу, да еще с Жоли на руках. Поэтому лишь громко хлопнула дверью и решила отложить свою «речь» на потом.

Дэниэл расчищал дорожку от магазина к дому. Увидев Флетча, он решил на время оставить работу.

— Как здоровье отца?

— Все в порядке. Он только что позавтракал. Мы как будто помирились. Мне придется присмотреть за магазином, пока его нога заживет.

— Рад это слышать, — Дэниэл широко улыбнулся, показав свои белые зубы. — Отец и сын должны помогать друг другу. Я, например, всегда дружил со своим. Уже двадцать лет прошло, как его не стало, а я все еще думаю о нем и мне его очень не хватает.