Путь Гладиатора - Эдвин Табб

Глава 8

Наступивший День Дивиденда праздновала вся планета. Карнавальные шествия начались сразу после захода солнца. Улицы сверкали разноцветными огнями, под наигрываемые музыкантами веселые мелодии люди танцевали и пели, хотя уже становилось прохладно. Повсюду горели костры, на вертелах жарилось мясо. Вино лилось из фонтанов, подогреваемое электричеством. Пестрые наряды, гротескные маски, смех и любовь - таким образом жители Игрушки отмечали пополнение своего богатства. Дивиденд был немалым, и они могли позволить себе щедрость. Когда совсем похолодает, улицы опустеют, но празднество продолжится в теплых домах и продлится до самого рассвета.

Властитель Игрушки пригласил к себе во дворец избранных гостей, чтобы они разделили с ним праздничный вечер. Они сидели в погруженном в полумрак зале, слуги суетились вокруг, разнося блюда со сладостями, деликатесами и вином, брызгая освежителями воздуха. Вдоль стен неподвижно замерли стражники - статуи, освещенные светом факелов. Рев волынок, барабанов и тарелок сотрясал воздух, усиленный акустикой и электронными устройствами. Каждой женщине из числа приехавших был вручен подарок.

Распечатав свой пакет, одна из девушек радостно воскликнула, увидев сверкающие драгоценности. Ее крик подхватила другая, когда ей на колени упало огромное насекомое и поползло по юбке в безумных поисках темноты. Еще одна уже с осторожностью ощупала свой подарок и искоса посмотрела на Грошена. Тот, похоже, следил за ней. Поджав губы, девушка решительно разорвала пакет, и ее руки залила зловонная жидкость, зато на дне пакета обнаружился крупный бриллиант.

– Вина! - Властитель Игрушки после удавшихся шуток явно испытывал прекрасное настроение. - Тост! - закричал он. - За Игрушку!

Все выпили.

– Еще! - Он подождал, пока рабы не нальют вина в кубки. - За рекордный дивиденд!

Гости с хозяином выпили снова.

– И еще один тост! - Он посмотрел на гостей насмешливыми глазами. - За меня! За владыку Игрушки!

В третий раз кубки опустели. «Неплохое начало для успешной вечеринки», - подумал Грошен. Квара не отличалась особой сопротивляемостью к алкоголю. Все, что ему требовалось, - это споить ее, хорошенько разозлить, остальное случится уже само собой. Колкие слова, которыми они обменивались тысячу раз во время семейных ссор. Но сегодня вечером она будет раз говаривать не со своим братом, а с Властителем Игрушки.

Грошен повернулся и искоса глянул туда, где сидел кибер в своем алом одеянии - словно живое пламя в мерцающем свете факелов!

«Нужен ли кибер тому, кто может воспользоваться собственной хитростью? Получив от Грила все, что у него есть, я отправлю его паковать чемоданы. А тем временем пусть сидит, ждет и надеется поймать на крючок еще одну рыбку. Но Игрушка ему не достанется!»

Он перегнулся через стол к сидевшей напротив Кваре.

– Еще вина, сестрица? Ну же, ведь сегодня праздник. - Он взглянул на устроившегося рядом Леона. - Выпей с нами, Акционер. Неужели тебе нечего отмечать?

Леон неохотно позволил рабу наполнить его кубок. Потом поднял его и сделал несколько глотков, не сводя глаз с Грошена.

– Я пью за смерть друзей и за попрание привилегий, - объявил он.

Леон почувствовал, как девушка рядом с ним напряглась. Блики пламени факелов кровавым сиянием отражались от глаз Властителя Игрушки и его зубов.

– Вы храбрый человек, Акционер Херл. Или глупый.

– Просто человек, - ровным голосом проговорил Леон. Он опустил левую руку. Только у Квары было оружие - неизменный кинжал висел на поясе скорее как украшение, однако его острием вполне можно было заколоть человека. Выхватить кинжал, вонзить его глубоко в шею Грошена, убить Властителя, пока есть такая возможность. В конце концов, что он теряет? Но тут Грошен подался назад, и теперь его невозможно стало достать - момент был упущен.

Музыка зазвучала громче, на сцене появились танцоры. Их обнаженные, покрытые маслом тела сверкали в свете факелов; мужчины и женщины изображали древний ритуал в стилизованной бешеной пляске: они сближались, расходились - и все в едином ритме.

Леон почувствовал руку Квары на своем бедре.

– Ты хотел убить его, - прошептала она. - Я прочитала это по твоему лицу.

Он кивнул.

– Ты бы погиб при попытке. Он быстр, Леон, и хорошо подготовлен. Не поддавайся на его провокации. Он хочет лишить тебя жизни.

– А имеет ли она сейчас ценность?

– Для меня - да! И ты еще не мертв, Леон. Мы все еще можем надеяться.

«Надеяться, - равнодушно подумал он. - Надеяться на что? На чудо? - Он начал оглядывать лица собравшихся гостей, застывших, как статуи, стражников и висевшие на стенах яркие гобелены. - Ловушка, - внезапно осознал он. - Я в ловушке. Квара права. Нужно быть крайне осторожным».

Закончив выступление, танцоры поклонились и бросились собирать монеты, рассыпанные у их стоп. Музыка резко оборвалась, ее сменили фанфары. На сцене перед публикой появился Техон. - Мой господин! - Он поклонился Властителю Игрушки. - Леди и джентльмены! - Он развел руками, как бы охватывая весь зал. - Я выставляю небольшое представление на ваш суд. И надеюсь, оно вас развлечет!

Он снова поклонился и покинул сцену. Его сменили мужчины, чьи обнаженные торсы сверкали маслом, а мышцы заиграли в чудовищных усилиях, когда они стали бороться, пытаясь опрокинуть соперника на ковер. Леон знал, что это лишь прелюдия к более занимательным событиям. Грошен обронил со своего места:

– Заключим пари, сестричка? Десять пакетов акций против одного на того, с белой кожей! - Он подождал. - Нет? Тогда как насчет вас, Акционер Херл? Не хотите заключить пари?

Леон кивнул, у него не было большого желания спорить. И снова он почувствовал предупреждающий толчок на своем бедре.

– Осторожней, Леон, - прошептала Квара. Она подалась вперед, глаза ее, избегая пытливого взора Грошена, лишь изображали интерес к схватке на сцене. - Не делай слишком крупных ставок. И, - поторопилась добавить она, - не говори мне, что это пари сейчас не имеет никакого значения. Властитель Игрушки что-то задумал. Я уверена в этом. Я слишком хорошо знаю его, чтобы сомневаться в этом.

В схватке победил борец, на которого поставил Грошен. Все остальные гости поспешили рассыпаться в поздравлениях.

А на арене уже двое бойцов сражались в перчатках с шипами. Следующая пара махала огромными булавами. Один человек с мечом сражался против другого, вооруженного посохом. Последний оказался явно сильнее мечника - у того не было и шанса, так что тут Леон выиграл пари у Властителя Игрушки.

– Еще вина! - приказал Грошен, когда бойцы покинули сцену. - Тост за вашу победу, Акционер Херл. - Он подозвал раба и указал на опустевший кубок своей сестры. - Ну же, Квара, не стоит отказываться выпить за нашего старого друга. Нашего очень старого друга, - многозначительно повторил он. - Он ведь знал еще нашу мать… возможно, даже слишком хорошо!

Леон посмотрел вниз. Рука его крепко сжимала кубок, в котором плескалось вино, - он едва сдерживался, чтобы не плеснуть его в лицо Властителю Игрушки. Говорить такое об Эстар!

– За тебя, Леон! - Квара поспешно выпила, чтобы не допустить ссоры между мужчинами. Она сердито посмотрела на брата. - Зачем было упоминать имя нашей матери? Неужели у тебя совсем нет гордости?

Грошен улыбнулся, протянул руку и положил себе на тарелку копченую рыбу, облитую острым соусом. Небольшой кусочек этого деликатеса прямо-таки таял у него во рту. Он медленно прожевал его, проглотил, получая огромное удовольствие. Что теперь? Еще слегка надавить на Квару, и она взорвется. Он слишком хорошо знал темперамент сестры.

Застучали барабаны, возвещая о начале очередных схваток. Грошен потянулся к еще одному деликатесу. Квара могла и подождать.

Все это было ему знакомо: люди, запах масла и пота, тихие звуки, кашель, шелест одежд, слабый лязг обнаженных клинков. Все это Дюмарест видел и слышал раньше. Только тогда на нем не было ошейника, и положение у него было другое. Никогда раньше он не сражался как раб. За деньги - да. В опасном аттракционе, один против множества противников, где на кону был приз, а деньги доставались тому, кто первым пустит кровь сопернику. Но не в этой специально организованной бойне, затеянной для увеселения пресыщенной толпы.

Стоявший перед ним рыбак попытался улыбнуться:

– Слепой жребий, Эрл. Кто-то ведь должен был выпасть тебе в соперники. Мне выпал ты.

Дюмарест ничего не ответил. Из-за двери доносились шум веселья и смех тех, кто наблюдал за стараниями людей лишить друг друга жизни.

– Ты быстр, - сказал рыбак. - Слишком быстр. Возможно, нам удастся что-нибудь придумать? - Он понизил голос: - Я не возражаю против одной-двух ран. Не особенно серьезных, но сильно кровоточащих. - Он сплюнул. - Этого-то они и хотят: крови, много крови.