Принесите мне голову Прекрасного принца - Роберт Шекли

над главными действующими лицами. Тела в купелях выглядели очень даже неплохо, даже швы побледнели и стали почти незаметными. Ихор и заклинания сделали свое дело. Однако разума оба были пока лишены, и по мере того, как оживала то одна, то другая часть, телодвижения их ограничивались странными, непредсказуемыми конвульсиями. Аззи пришлось потрудиться, но в результате наладилось и это.

Тут Фрике напомнил ему, что оба тела до сих пор лишены глаз.

– Ты прав, – кивнул Аззи. – Зрение я оставил напоследок.

Он сел и воскресил в памяти Илит. Да, это он оставил напоследок.

Глава 4

Аззи нравились ведьмы. Он относился к зловещим дамочкам как к этакому неисчерпаемому источнику развлечений, в котором уважающий себя демон всегда найдет себе партнершу на ночь. В те времена ведьмовские шабаши и впрямь выполняли роль чего-то вроде ночного клуба.

– Фрике! А ну-ка, принеси мне кусок мела! Да свечи не забудь!

Фрике поспешил в кладовку, где хранились все их магические причиндалы. Там он отыскал на полке все, что просил Аззи: свечи толщиной в мужскую руку и высотой едва ли не с самого Фрике. Он сунул под мышку пять штук – по одной на каждую вершину пентаграммы. Свечи были твердые, как иссохшая человеческая плоть, и слегка жирные на ощупь. Аззи сдвинул в сторону столик и снял плащ и жилет. Мускулы его вздулись под рукавами рубахи, когда он отволакивал в угол рыцарские доспехи.

– Вот зачем я держу здесь весь этот хлам? – буркнул он. – Давай сюда мел, Фрике, – я сам начертаю фигуру.

Аззи нагнулся и начертал на каменном полу большую пятиконечную звезду. Огонь в камине бросал на его тело алый отсвет, отчего его сходство с лисой только усиливалось. Фрике даже показалось, что ноги Аззи вот-вот оденутся в рыжий мех, однако при всем своем возбуждении Аззи сохранял человеческий облик. Надо сказать, обучиться этому стоило ему больших усилий, ибо преображение в желаемый человеческий облик дается нелегко даже опытным демонам.

Фрике молча смотрел на то, как Аззи пишет мелом каббалистические знаки власти и зажигает свечи.

– Илит! – вскричал Аззи повелительным тоном, скрестил пальцы и преклонил колени. Фрике даже зажмурился от такого зрелища. – Явись ко мне, Илит!

На глазах у Фрике в центре пентаграммы возникло какое-то движение. Свечи разом испустили клубы разноцветного дыма. Пламя бешено затрепетало, заискрило и снова успокоилось.

– Илит! – повторил Аззи. Только в пентаграмме оказалась вовсе не она. Там стояла женщина, ни единой чертой не напоминавшая Илит, какой та запомнилась Аззи. Эта женщина была невысокая, коренастая, с рыжими волосами и крючковатым носом.

Она скрестила руки на груди и испепелила Аззи взглядом.

– Чего тебе надо? – злобно прошипела коротышка. – Я как раз возвращалась с шабаша, и тут – ловчее заклятие! Не застань ты меня врасплох, я бы отразила твои чары, тем более так криво наложенные.

– Так ты не Илит? – только и нашелся что сказать Аззи.

– Меня зовут Милит, – отозвалась ведьма.

– Из Афин?

– Из Копенгагена!

– Я, конечно, жутко извиняюсь, – пробормотал Аззи. – Я пытался вызвать заклинанием Илит из Афин. Должно быть, в Сети Обмена Душ что-то сбоит.

Милит фыркнула, стерла один из намалеванных Аззи знаков и начертала на его месте другой.

– Вот ошибка в формуле! А теперь, если больше ничего…

– Я с радостью отправлю тебя обратно домой, – засуетился Аззи.

– Сама справлюсь, – хмыкнула Милит. – А то мало ли куда ты меня запулишь!

Она сделала пасс обеими руками и исчезла.

– Досада какая, – заметил Аззи.

– А я, – возразил Фрике, – вообще удивляюсь тому, что вам удалось хоть кого-то вызвать. Вот мой прошлый господин, уважаемый демон Тродеус, по субботам вообще не мог колдовать.

– Тебе неведомо, почему?

– Должно быть, потому, что прежде, чем сделаться демоном, он был ребе-ортодоксом, – предположил Фрике.

Аззи повторил слова заклинания. В центре пентаграммы снова заклубился разноцветный дым, но на этот раз вместо некрасивой рыжей коротышки он соткался в стройную, миловидную темноволосую ведьму в короткой шелковой ночнушке.

– Илит! – воскликнул Аззи.

– Кто тут? – пробормотала ведьма, протирая глаза. – Аззи? Это правда ты? Дорогой мой, тебе стоило хотя бы предупредить. Я спала.

– Это что, одеяние для сна? – поинтересовался Аззи, откровенно любуясь тем, что просвечивало сквозь тонкую ткань нежно-розового цвета.

– Короткие ночнушки сейчас в моде в Византии, – отвечала Илит. – Не думаю, чтобы это веяние дошло до Европы. И не скоро дойдет. – Она вышла из пентаграммы. – Очень приятно тебя видеть, Аззи, но мне нужно одеться.

– Я тебя и менее одетой видел, – заметил Аззи.

– Допустим, но сейчас не тот случай. И твой слуга-мужлан пялится на меня! Аззи, мне нужна одежда!

– Сейчас получишь. Эй, Фрике! – крикнул Аззи.

– Да, господин?

– Становись в пентаграмму!

– Господин, право же, я не…

– Не рассуждай. Просто повинуйся.

Фрике, ворча, прохромал в центр пентаграммы.

– Я посылаю тебя в Афины. Собери там охапку одежд этой госпожи – захвати, сколько сможешь. Я выдерну тебя через несколько минут.

– Там, в прихожей, темно-синее платье с меховой оторочкой, – добавила Илит. – Ну, у которого рукава на две трети длины. Обязательно его захвати! А в маленькой кладовке рядом с кухней…

– Илит! – перебил ее Аззи. – Позже, если потребуется, мы принесем еще платьев. А пока я тут, видишь ли, немного спешу.

Он поднял руки и произнес слова заклинания. Фрике исчез, не закончив ругательства.

– Ну что ж, – вздохнула Илит. – Наконец-то мы одни. Что ж ты, Аззи, меня так давно не звал? Поди, несколько веков прошло.

– Я пребывал в Бездне. А там не так-то просто уследить за временем, – объяснил Аззи.

Он усадил Илит на кушетку у камина, принес ей вина и ее любимых пирожков. Убедившись в том, что она хорошо устроилась, он с помощью нехитрого музыкального заклинания включил популярный в те времена мотивчик. Потом присел рядом с ней и заглянул ей в глаза.

– Илит, – начал он. – У меня возникли сложности.

– Что ж, рассказывай, – кивнула она.

И Аззи рассказал – так подробно, что рассказ растянулся на несколько часов. Когда он наконец вызвал Фрике заклинанием обратно, уже наступило утро. Слуга объявился, зевая, закутанный в одежды госпожи.

Глава 5

Аззи отвел Илит в лабораторию, где лежали рядышком на мраморных плитах Принц и Скарлет, закутанные в льняные полотнища: Аззи придерживался убеждения, что люди выглядят лучше чуть одетыми, нежели вовсе без одежды.

– Красивая пара, не так ли? – спросил Аззи.

Илит вздохнула. Ее узкое подвижное лицо меняло выражение каждую секунду: только что оно казалось прекрасным, и вот оно уже сделалось зловещим. Аззи пытался отрегулировать свое восприятие так, чтобы