Принесите мне голову Прекрасного принца - Роберт Шекли

женщину, – сказал он. – Ту, что носила это платье. Да, кстати, имейте в виду: она мертва.

Бабд ткнулся клювом в грязное платье.

– Этого ты нам мог и не говорить, – заметил он.

– Ну да, забыл я, на что вы способны. Так ступайте, бесценные вы мои. Найдите мне эту женщину!

Вороны улетели, и Аззи повернулся к Фрике.

– Давай-ка устроимся поудобнее. Это может занять некоторое время, но они ее непременно разыщут.

– Вот уж в чем я не сомневаюсь! – заявил Фрике.

Аззи с Фрике закусили холодным мясным пирогом и луком. Поговорили о погоде и о том, что может выставить на Турнир небесная братия. День тянулся мучительно медленно. Голубой небесный купол Прованса дышал жаром и зноем. Они поели еще лука.

Им пришлось ждать довольно долго, прежде чем прилетел один ворон. Он представился Немайном. Сделав два круга над ними, он наконец приземлился на протянутую руку Аззи.

– Нашли что-нибудь? – спросил Аззи.

Немайн склонил голову набок.

– Сдается мне, мы нашли ту, которая тебе нужна, – негромко прокаркал он.

– Где она?

Тут с неба спустились и два остальных ворона. Один угнездился на голове у Аззи, второй сел на плечо Фрике.

– Да, – произнес старший, Мача. – Это определенно та женщина, что ты ищешь. Запах, несомненно, тот самый.

– Я полагаю, она мертва? – уточнил Аззи.

– Разумеется, мертва, – подтвердил Мача. – Тебе ведь она нужна именно такой, не так ли? Но даже если бы она была жива, ты всегда мог бы убить ее.

Аззи не стал объяснять, что подобные проделки запрещены.

– Где я смогу ее найти?

– Ступай по этой дороге и через пару лиг ты дойдешь до города. Она во втором доме слева.

– Спасибо тебе, зловещая птица, – сказал Аззи.

Мача кивнул и взмыл в воздух. Двое других последовали за ним. Спустя минуту они скрылись за верхушками деревьев.

Аззи и Фрике снова оседлали лошадей и двинулись по дороге в южную сторону. Дорога, построенная еще древними римлянами, пересекала южную часть Европы, направляясь к городу-крепости Каркассону. Возможно, поэтому ехать по ней оказалось легче, чем по большинству других дорог. Они ехали молча. Спустя некоторое время они въехали в город, точнее, в большую деревню. Аззи послал Фрике вперед поискать ночлег, а сам отправился на поиски головы Миранды.

Дом, о котором говорили вороны, оказался самым большим на этой улице – темным, с крошечными, забранными ставнями окнами и неровной черепичной крышей.

Аззи постучал в дверь. Никто не отозвался. Он толкнул дверь. Та оказалась не заперта. Аззи прошел в гостиную.

В доме царила темнота; единственным источником света были щели в потолке. В комнате сильно пахло вином.

Аззи заподозрил неладное, но сделал это на мгновение позже, чем следовало. Пол под ним провалился, и он полетел вниз, больно грянувшись о землю. Когда он пришел в себя и сел, он понял, что оказался в бутылке.

Глава 2

Это была стеклянная бутыль с широким горлышком: в наши дни таких красавиц почти не осталось. Достаточно большая, чтобы вместить среднего размера демона – как раз вроде Аззи. Падение на мгновение оглушило его, а потом он услышал над головой какой-то звук, но не понял, что это такое, пока не поднял взгляд. Оказывается, кто-то закупоривал бутылку здоровенной деревянной пробкой. Аззи быстро пришел в себя. Что он, во имя дьявола, делает в какой-то бутылке?!

Оглядевшись по сторонам сквозь зеленоватое стекло, Аззи увидел, что находится в комнате со множеством горящих свечей. У маленького столика стояли трое брутального вида мужчин и о чем-то спорили.

Аззи постучал по стеклу, привлекая к себе внимание.

Они повернулись. Один, самый уродливый из троих, подошел к бутыли и что-то произнес. Поскольку бутыль уже закупорили, внутрь не проникло ни звука. Аззи сообщил ему об этом, потыкав пальцем себе в ухо и помотав головой.

Уродливый тип не сразу, но понял его и повернулся к другим. Они поспорили еще, на этот раз более бурно, но все же пришли в конце концов к соглашению. Первый приставил к бутыли стремянку, вскарабкался по ней и наполовину выдернул пробку.

– Теперь ты можешь нас слышать, – заявил он, – но попробуй только что-нибудь выкинуть, и мы забьем пробку обратно, уйдем, и ты останешься здесь навсегда.

Аззи не пошевелился. Он решил, что успеет при необходимости выскочить прежде, чем они накрепко забьют пробку. Но ему было интересно послушать, что они скажут.

– Ты ведь явился за ведьмой, верно? – спросил увалень.

– Нам было бы проще беседовать, если бы вы представились, – заметил Аззи.

– Это Ансель, это Хор, а меня зовут Хальд. Мы братья, а покойная Миранда приходилась нам сестрой.

– Ну да, разумеется, – кивнул Аззи. – И где она?

– Мы держим ее при себе. Храним, обложив льдом.

– За который заплачено втридорога, – добавил Ансель. – Нам надо вернуть денежки, что за лед уплачены. И это только начало.

– Ну-ну-ну, к чему такая спешка? – заметил Аззи. – С чего вы взяли, что эта ваша сестра, которую вы сами же обзываете «ведьмой», вообще чего-то стоит?

– Доктор сказал.

– Какой еще доктор? – удивился Аззи.

– Старый доктор Парвеню. Это у нас алхимик такой местный. После того как тот мерзавец убил нашу Миранду, а мы привезли ее домой, то первым же делом посоветовались с доктором Парвеню – он у нас дока по части всяких там трупов. Разумеется, не раньше, чем мы с Филиппом разделались.

– Ну да, про ее совратителя, Филиппа, я слышал, – кивнул Аззи. – Ну и что вам посоветовал этот ваш доктор Парвеню сделать с телом вашей сестры?

– Он нам все подробно расписал. А главное, сказал, чтоб мы ее тело сохраняли в целости.

– Зачем?

– Он сказал, такая красота, как у нее, не может не искусить демона.

Аззи не видел необходимости просвещать этих увальней на предмет того, что именно он собирался делать с ее головой. До сих пор все шло как по маслу. Демонов чуть не с пеленок учат, как освобождаться из бутылок, да и выглядели эти дурни не слишком сообразительными…

– Этот псих, что убил Миранду, – кто он такой?

– Мы знаем только, что звали его Арман. Никому из нас не довелось его видеть, ибо ко времени, когда мы добрались до ее борделя, он был уже мертв. Стоило народу узнать, что сделал он с Мирандой, как его исколотили до смерти, а тело растерзали на клочки.

– И теперь вы продаете голову вашей сестры?

– Ну дык! Она ж была шлюхой! Так какая разница теперь, что мы сделаем с ее головой?

– Что ж, полагаю, я мог бы