Хозяйка гиблого перевала (СИ) - Александра Самойлова

— Тогда куда вы так спешите? Может, я могу вам помочь? Скажите, куда и я вас отнесу в нужное место, — предложил Горыныч, а я удержалась от хмыка.

Как же. Стоит сесть на его спину, и он понесёт меня куда угодно, только не на середину перевала.

— Спасибо, не стоит. Я просто решила проверить перевал вдоль и поперёк, чтобы знать, с чем имею дело, — ответила ящеру, перебираясь через вторую преграду там, где было удобнее всего. Один ствол дерева был довольно небольшим для меня.

— Да что там смотреть? Перевал как перевал. Камни да деревья. Оставьте вы эту затею. Даже если вы приготовили “Разрушинку”, она вам особо не поможет, Злата. Тут расчищать придётся очень долго…

— Вот и хочу выбрать то, что расчищу в первую очередь. Не понимаю, почему вас так это волнует. Градимир. Перевал больше не ваш. Или вы что-то хотите от меня скрыть? — резко остановившись, посмотрела я на дракона. А тот смешно округлил глаза, делая вид, что совершенно не понимает о чём речь.

— Да что мне скрывать? Совершенно нечего. Поверьте, Злата. А я вам тут узелок со сладостями принёс, — достал из-за пазухи свёрток с леденцами и конфетами мужчина. — Давайте вернёмся в дом, и чай попьём. Летал аж в самое дальнее королевство. Умаялся, — попытался замаслить меня он, но не с той связался.

— Обязательно почаёвничаем, — пообещала я. — Но после того, как я проверю перевал. Должна же я знать о своём имуществе всё, — ответила я, снова отворачиваясь от Градимира и возобновляя свой путь.

Мужчина оказался довольно терпелив. Он пытался отговорить меня её раз пять, прежде чем не замолк, вероятно, обдумывая свои дальнейшие действия. Было видно, с каждым пройденным метром он волнуется всё сильнее, уже не зная, что придумать, чтобы остановить меня. И вполне ожидаемо, в конце концов, хватая меня за локоть и останавливая, когда вдалеке показались верхушки голых стволов деревьев, служивших оградой сооружению, построенному Горынычем. Градимир не выдержал. Кузя угрощающе зашипел, недовольным столь наглым поведение змея. Он был готов вступиться за меня по первому требованию. Но пока я и сама могла управиться с хитрым змеем.

— Ну всё, ведьма! — рыкнул Градимир, дёргая меня к себе. — Не знаю, что ты задумала, но дальше тебе дороги нет!

— Ну наконец-то, — хмыкнула я. — Показал-таки своё истинное лицо, Градимир. И долго ещё планировал играть в любезную рептилию?

— Что? — опешил он, недовольно смотря на меня.

— Что прячешь там? Отвечай! — вместо того, чтобы испугаться его грозного вида, напала я на мужчину. Но было бы глупо решить, что его можно этим смутить.

— Не твоё дело, ведьма! — прорычал он. Но я постаралась не показывать испытанного мною ужаса от вида Горыныча. Ведь от него исходила жуткая опасность. И мне бы бежать, ведь, кажется, я разозлила дракона, но я не могла. Нельзя было.

— Моё! Перевал мой, значит, и то, что на нём — моё! Если не хочешь потерять то, что там желаешь вернуть, то не советую со мной ссориться! Показывай, что там! Немедленно! — так же грозно посмотрела я на ящера, как и он на меня, не желая уступать.

Играли мы в гляделки долго. Прошло порядка минуты две, прежде чем Горыныч издал недовольный рык, от которого сердце у меня пропустило удар. Но я выдержала. Не моргнула, не испугалась. Лишь сильнее стиснула зубы, понимая, что если сейчас уступлю, то проиграю. Нельзя, Злата. Хоть тебе и страшно противостоять сильному и опасному дракону, но нельзя уступать. Иначе худо будет.

— Ладно, ведьма, твоя взяла. Но! Не смей считать, что это твоё! — процедил мужчина, а после отвернулся и первым направился вперёд. Лишь в этот миг я почувствовала, как меня опускает. Всё тело дрожало от пережитого стресса, а зуб на зуб не попадал.

Я испугалась. Думала, он как минимум превратится и голову мне откусит, насколько был зол. Но пронесло. Вероятно, что-то его всё же останавливает каждый раз. Понять бы что. Было бы прекрасно пользоваться этим и дальше.

По напряжённой спине Градимира, маячившей впереди, было понятно — он в бешенстве. Да в таком, что его чуть ли не трясло. Змей готов был рвать и метать. И я бы с радостью воспользовалась его злостью, чтобы расчистить с его помощью перевал, да только сама боялась попасть под раздачу. Слишком непредсказуемым был Градимир. Его мотивы пока были неясны, поэтому мне хотелось поскорее их выяснить.

Со спины Горыныча сооружение выглядело совершенно иначе. Казалось мельче. Сейчас же передо мной высилась огромная гора из камней и брёвен. Оно было настолько большим, что моё новое жилище выглядело довольно скромно по сравнению с тайником змея.

Что-то бурча себе под нос про любопытных и наглых ведьм, мужчина легко перемахнул через забор из брёвен и, сделав пару шагов, остановился, оборачиваясь. По его взгляду я поняла, что он не пойдёт дальше, пока я не преодолею созданную им преграду. И судя по тому, с какой ухмылкой он на меня пялился, он не верил, что у меня что-то получится. Не учёл лишь одного. По комплекции мы с ним разные.

Злата была истинной ведьмой. Тощей и гибкой. Пройдя чуть дальше, я нашла вполне достаточно расстояния между двумя брёвнами и попросту просочилась между ними. А за мной следом также виртуозно пролез и Кузя.

— Да что б ещё хоть раз с ведьмой связался, — еле слышно пробормотал безрадостным голосом змей, обречённо оборачиваясь лицом к горе и приближаясь к одному из внушительных камней.

Да, без Градимира мы с Кузей вряд ли бы заглянули внутрь. Скорее напакостили бы, поломали бы чего и ушли. Но, на наше счастье, Градимир вредничать не стал и, упёршись руками в огромный валун, толкнул его. Да, легко и беззаботно, будто какую-то пушинку.

Камень откатился в сторону, а тёмный вход тут же озарился ярким светом. Но вовсе не от каких-то фонарей и факелов, а от огромных гор золота, которое, почувствовав свободу, посыпалось наружу. Золотые монеты, драгоценности, артефакты, слитки. Да там шагу было некуда ступить. Похоже, Горыныч засыпал всё сверху, наполняя до самого потолка созданную им сокровищницу. И теперь золото полилось рекой прочь из своей темницы.

Нам с Кузей даже пришлось отойти к брёвнам, наблюдая за происходящим во все глаза.

— Ну что, ведьма, довольна? — повернувшись ко мне и ступая прямо по рассыпанным всюду золотым монетам, спросил Градимир. Его вид выражал крайнюю степень недовольства. Руки скрещены на груди, взгляд колкий, губы чуть поджаты.

— Вполне, — пробормотала