Хозяйка гиблого перевала (СИ) - Александра Самойлова

гдазами, о чём-то раздумывая. Я тоже упрямо пялилась в ответ, не желая уступать. Но в какой-то момент мужчина вдруг посмотрел на меня иначе. И взгляд этот мне очень не понравился. Он вдруг что-то осознал или придумал, не знаю. Но явно что-то плохое для меня.

— Ладно, ведьма! — вдруг согласился мужчина. — На своё перо. Посмотрим, как у тебя получится тут всё расчистить, — вложил он мне в руку желанный мною ингредиент для зелья. Но вот слова мне его не понравились.

— То есть убирать всё это за собой ты не собираешься? — возмутилась я.

— Конечно, нет. Зачем бы? Мне завалы не мешают. Да и наследство же это твоё, ведьма, верно? Или ты хочешь его разделить со мной? — хитро посмотрел он на меня, а я еле удержалась от недовольного стона. Точно, Кузя же говорил, что если кто будет помогать, то наследством придётся делиться.

— Нет уж. Обойдусь! — фыркнула я. — А за перо спасибо, — соблаговолила я поблагодарить его, а после направилась к дому. Устала чего-то лупить эту ящерицу. Но зато теперь с пером.

— А извиниться не хочешь, ведьма? — раздалось мне вслед. Но я лишь дёрнула плечом, не став оборачиваться.

Ещё я перед всякими ящерицами нахальными не извинялась. Обойдётся.

Жаль, что мне никто не сказал, что отвадить Горыныча теперь от этих мест будет непросто. Но ничего, он пожалеет, что вообще со мной решил связаться.

Переступив порог дома, я отдала тряпку кикиморе и уселась за стол. Чай пить. Надо же после стресса как-то прийти в себя. Но никак не ожидала, что следом за мной без приглашения заявится Горыныч.

Пока я изумлялась столь наглому поведению, Градимир успел пройти и присесть на второй свободный табурет, облокачиваясь о стол и встречаясь со мной взглядом.

— И что это такое, позвольте объясниться? — наконец взяла я себя в руки. — Я вас в гости не звала.

— А меня и не надо звать. Я сам прихожу, — заявил этот нахал.

— Вот, уважаемый, испейте чаю, — поставив перед змеем чашку с горячим напитком, вклинился Федя.

— А чего это ты его привечаешь? — сразу же возмутилась я. — Я его не звала! — снова напомнила я.

— Ну так нехорошо как-то, хозяюшка. Гости у ведьм незваными не бывают, — вдруг заявил он.

— А вот он незваный! — возмутилась я.

— Да что же вы заладили, Злата: звала, не звала. Раз меня ваш домовой пустил, значит, не особо вы были и против, чтобы я пришёл, — вдруг заявил Горыныч, а я развернулась к кикиморе, протягивая руку.

— Ну-ка верни мне тряпку, — потребовала я, но в тот же миг меня вместе со стулом развернули обратно к столу.

— Не надо никаких тряпок. Предлагаю перемирие, — предложил ящер, а я уставилась на него подозрительным взглядом. Не было у меня ему веры. Совершенно. Точно что-то задумал.

— А если я не хочу? — спросила у него, на что Градимир самодовольно усмехнулся.

— Хотите меня в свои враги записать? Уверены, что оно вам надо? — спросил он, явно намекая на свою дикую натуру. Ту самую, драконью.

Конечно, разумнее было бы согласиться на его предложение. Но этот тип меня почему-то до ужаса раздражал. И я ничего не могла с этим поделать.

— Я подумаю. Пока вы не внушаете доверия. Дел с вами никаких иметь неохота, — честно ответила я, а Градимир вроде бы выслушал спокойно. Да только чашка в его руке треснула.

Недовольно покосившись на неё, я с трудом сдержала порыв упрекнуть в порче имущества Горыныча. Наверное, в этот момент включилось чувство самосохранения, раз я промолчала. Ящер и так был знатно взбешён. Одно слово и могло рвануть.

В общем, я спешно сделала глоток из своей чашки, на время замолкая и старательно игнорируя присутствие змея. Тем более Федя плюшки на стол поставил. Причина молчания была в принципе довольно весомая.

Со стороны могло бы показаться, что мы с Горынычем старые друзья, спокойно распивающие чай. Но вот Кузю было не провести.

— Вот так интересное дело, — заявил он с порога. — Пока я там с русалками пытаюсь договориться, она тут чаи распивает с этим змеем-искусителем! — возмутился он, предварительно смахнув с шеи флакон на верёвке с живой водой и позволяя забрать его кикиморе. А сам тут же запрыгнул на край стола, негодующим взглядом смотря именно на меня.

— Ничего я тут чаи не распиваю ни с кем. Он сам пришёл и сел без спросу. Выгнать теперь не могу! — пожаловалась я Кузе. И тот тут же перевёл свой грозный взгляд на незваного гостя.

— Она меня тряпкой отхлестала. Чай — это малая плата за то, что мне пришлось пережить, по вине вашей сумасбродной хозяйки! — не стал уступать Горыныч. И судя по удивлённой морде кота, знатно удивляя того.

— И что, сильно хлестала? — с какой-то затаённой надеждой спросил Кузя.

— Ещё как. Всю тряпку в клочья изодрала, — ответила вместо Градимира кикимора, показывая тряпку в дырах. Ну да, пока по морде драконьей била, она об рога его и порвалась. Голов-то не одна была к тому же. А целых три. Я особо не церемонилась же, хлестала без раздумий. Куда придётся. Там и непонятно было, по одной и той же бью или по всем разом.

— Любо, — протянул кот, с уважением, смотря на меня и заставляя Горыныча недовольно фыркнуть.

— Вообще-то, я здесь пострадавший! Вы бы ведьму свою приструнили! Ведёт себя недостойно!

— Ой, кто бы говорил! Как лапы свои распускать, так всё нормально. А как по морде своей получать так я недостойно веду себя? А ещё, Кузя, это из-за него весь перевал в ужасном состоянии! Это он там баррикады настроил!

— Нехорошо, уважаемый. Имущество не ваше. Что ж вы так? — пожурил змея кот.

— Моё оно было! Лучезара мне его подарила! — пробурчал Градимир. — Да только, кажется, из наследства позабыла вычеркнуть. Но не беда. Я подожду, пока вы, Злата, сами не придёте за помощью. С радостью разделю с вами ваше наследство. А если вовсе мне его отдадите, то, так уж и быть, золота вам мешочек отсыплю, — вдруг расщедрился мужчина, но что-то, как-то не радуя меня своими предложениями.

Знаю я эти мешочки. Они через пять минут закончатся. Без постоянного заработка я быстро загнусь. Нет уж. Ничего ему я не отдам. Сама справлюсь. Лучше помощь у Кузи попрошу, если потребуется. Но этот наглый тип ничего от меня не получит. Совершенно!

Глава 9

Злата

Выпроводить Горыныча удалось только ближе к вечеру. И то, потому что ему по делам надо было куда-то. А