Шайтан Иван 3 - Эдуард Тен

вас, Андрей Владимирович, знатную невесту нашли, в пору позавидовать вам.

Граф Васильев был давним товарищем отца и в своё время служил в иностранном департаменте. Долгое время был помощником посла в Персии, потом послом в Турции и понимал толк в восточной красоте.

— Позвольте откланяться Владимир Николаевич, у вас такая радость. Катерина, пойдём.

Они вышли на улицу. Засобирались и Гагарины. Князю пришлось подтолкнуть сын, чтобы он пришел в себя. Что вызвало смешки у Натальи.

Гости разошлись, остались только члены семьи.

— Папа, позвольте разместить моих людей. Мы очень долго в дороге, они постоянно верхом.

— Да, конечно, Парфирий, распорядись.

Отец как-то странно посмотрел на меня.

Пришла в себя и маман.

— Наталья, проводи княжну и её служанку в гостевые комнаты.

И тоже посмотрела на меня выразительно и без одобрения.

— Ну, что ж, пойдем в гостиную, жених. Глафира, распорядись насчёт ужина для князя Андрея и гостей.

Мы поднялись в малую гостиную и когда родители сели я продолжал стоять ожидая разрешение отца, который в очередной раз с удивлением посмотрел на меня.

— Ты, изменился, Андрей.- протянул он задумчиво.

— Надеюсь в лучшую сторону, папа.

— Присаживайся и объясни наконец, что всё это значит. Глафира с ужасом говорит, что с тобой приехали какие-то казаки, головорезы, напугали всю прислугу.

Я улыбнулся, опять бойцы шутят. Хотя лица у них действительно не добрые.

— Маман, это мои бойцы сопровождения. На дорогах не спокойно, командир разрешил взять охрану.

— Смотрю тебя наградили — наконец то отец посмотрел на меня с одобрением.

— Да, за отбитие набега горцев.

— Расскажи, что за дело?

— Погоди, Владимир, после расскажет. Объяснись, что за очередная твоя выходка, да ещё на глазах княжны Гагариной, завтра весь Петербург будет говорить об этом. — с раздражением сказала она.

— Это не выходка, Маман —твердым голосом произнес я. — Марэ, моя невеста и это не обсуждается. Я украл её и ей нет дороги назад.

— То есть как украл? — хором воскликнули родители.

— Как интересно, — воскликнула Наталья, которая тихо стояла у входа и подслушивала.

— Наталья, ты почему подслушиваешь, негодница такая, — возмутилась Маман.

— Ну маменька, ну пожалуйста, не гоните меня прочь, а вдруг и меня украдут, мне же нужно знать, что делать. Родители не выдержали и рассмеялись.

— Ладно егоза, садись, только помалкивай. А ты Андрей рассказывай.

Я стал рассказывать о том как увидел Мару и сразу полюбил с первого взгляда. Потом, когда узнал, что отец хочет выдать замуж, украл её и сразу отправился в отпуск.

Родители смотрели на меня, и не могли понять правду я говорю или нагло вру.

— Вот так просто поехал и украл? — спросила Наталья.

— Нет, конечно, договорился с Марэ, она вышла, посадил на коня и уехал.

— Всё равно, так романтично.- с придыханьем произнесла Наташа.

— Замолчи, а то пойдёшь прочь.- строго сказала Маман.

— И, что ты намерен делать?

— Как всякий порядочный мужчина, он просто обязан жениться на Маре, — констатировала сестра, с опаской посмотрев на маменьку.

— Наталья сказала всё, как есть. Вы же не думаете, что ваш сын, не порядочный человек.

— А как же её родители? Я слышал, что черкесы очень щепетильны в вопросах чести.

— Да, папа, это так, но моему командиру удалось сгладить последствия моего поступка, договориться с родителями Марэ и они дали согласие на брак со мной.

— Значит испросить разрешение её родителей ты посчитал нужным, а наше благословение не обязательно?

— Маменька, а зачем я гнал лошадей? Только для того, чтобы испросить, это самое благословение.

— Анна, ты действительно не права.

— Ладно вам, это я от расстройства. А она, действительно княжна?

— Самая настоящая, очень старой знатной фамилии. Только обедневшей и потерявшей прежнее влияние. У них там между усобицы не прекращаются столетиями.

Вошла Глафира.

— Ваше сиятельство, ужин подан.

— Ладно, сынок, пойдем поужинаешь с дороги. Наталья, пригласи нашу гостью.

Кажется, Маман немного отошла, появилась надежда, что всё наладится.

К столу Мара пришла переодетая в домашнюю одежду. Тёмные шаровары, светло-серую рубашку и легкий кафтан синего цвета, всё украшено серебряной вышивкой. От шемаханской принцесы не осталось ни чего, была юная, красивая девушка. Она села рядом со мной. Прислуга стала накладывать еду указанную сидящими за столом. Я попросил положить её перепела. Все активно принимали пищу когда маменька спросила.

— А ты почему не кушаешь, Марэ?

Все посмотрели на Мару. Она сидела с вилкой и ножом в руках, смотрела на перепела в тарелке. Потом подняла глаза на Маман и виновато произнесла

— Я не знаю, как это кушать.

Маменька неожиданно рассмеялась и сквозь слёзы произнесла.

— Господи, да за что нам такое наказание.

Немного успокоившись сказала.

— Не обижайся на меня. Знаешь, что, девочка моя, сегодня ешь, как тебе угодно, а с завтрашнего дня будем учиться жить в Петербурге.

У меня отлегло от сердца. Маман решила не отвергать Мару, по крайней мере пока.

Глава 12

Следующие две недели Мара пропала для меня. Только, по вечерам, она забегала ко мне, но тут же появлялась Наталья и они по срочному делу исчезали. Маман оказалась права. Буквально на следующий день, весь Петербург говорил о столь шумном и скандальном возвращении князя Андрея с Кавказа. Графиня Екатерина Васильева, не выдержав, примчалась утром и быстро влилась в компанию Мары и Натальи. Она была очень дружна с сестрой, с самого детства. Единственная внучка графа Васильева, Екатерина была его наследницей, красавица и богатая невеста. Старший сын, графа, погиб в Персидскую войну, не оставив наследников, как и мой старший брат. Весь высший свет знал о скандальной связи императора с юной графиней Анастасией Васильевой. Два года в императорском семействе происходили бурные события чуть не приведшие к нежелательным последствиям. Только смерть графини Васильевой, от родовой горячки, принесла успокоение в царскую чету. Николай просил графа Васильева отдать дочь на воспитание, но убитая горем жена графа, категорически отказала. Император официально признал Екатерину своей внебрачной дочерью и всячески выказывал ей своё покровительство, дав ей отчество Николаевна. Овдовел граф пять лет назад оставшись вдвоём с внучкой.

Теперь эта троица носилась по всему дому с озабоченными лицами. Мару невозможно было не любить. Она в первые дни ходила по особняку с открытым ртом и постоянно спрашивала.

— А