Алые слезы падших - Майк Манс

– Мама, а кто прилетит? Бабушка? – тоже на японском спросила она, пока Мичико поправляла малышке причёску. Надо же, всё слышала. Касэй в свои семь лет отлично говорила на трёх языках – японском, французском и английском. В семье и в школе – на последнем, но наедине с дочкой общались каждый на своём, чтобы та могла легко говорить с родственниками в Японии и во Франции. Девочка даже не понимала, как легко и быстро меняет язык в речи.

– Нет, милая, прилетят друзья мамы с папой, а ещё девочка Эби, – интереса ради на французском ответила ей Мичико.

– Их дочка? – Касэй обернулась к ней с фразой на том же языке. Молодец какая! Блин, ну почему её волосы упрямо не хотят лежать прямо? Это всё французские гены, сама Мичико не помнила, чтобы у кого-то была такая неаккуратная причёска! Но до чего же девочка была прелестной! И умной!

– Нет, милая, Эби не их дочка, она просто с ними прилетит, – на английском продолжила Мичико.

– Без мамы и папы? – удивилась, надув губки, Касэй. И тоже английский.

– Да, милая, всё, пойдём. – Она потащила дочку за руку к выходу из апартаментов.

– А с кем же она будет жить? – продолжала спрашивать Кэсей по пути к лифту.

– Не знаю, дядя Генрих решит, – они снова перешли на японский, уже не в образовательных целях, просто так.

«Лифт», а точнее платформа Кен-Шо, поднялся в просторной шахте холла по её мысленному приказу прямо на их двадцать второй этаж. Касэй без всякого любопытства прошла на платформу, и та пронесла их на нулевой уровень за какие-то пару секунд. Никакого эффекта ускорения – всё компенсировало локальное гравитационное поле. И ведь её дочь совершенно не удивлена такими технологиями, которые заставляют ахать и охать туристов с Земли – она родилась и выросла здесь, в Прайс-сити, в месте, где чудеса стали обыденностью.

– А может дядя Генрих решить, чтобы она жила с нами? – выскочив прямо на улицу, где неширокая дорожка начала петлять среди цветников, редких деревьев и невероятно сочного газона, Касэй вырвала ручку из её руки, побежала вперёд. Раскраска осталась в прошлом, теперь она стремилась поскорее успеть в школу.

– Я его непременно спрошу, – ускорив шаг вслед за ней, ответила Мичико.

Они быстро вышли из тени здания – одного из пары десятков жилых тридцатиэтажных домов планеты, половина из которых были гостиницами, а в остальных проживали учёные, дипломаты и, само собой, делегации Согласия. Марс стал невероятно населённым за последние семь лет. Трудно было представить, что когда-то на нём находилось всего-навсего восемь человек, среди которых была и она. Сейчас же Мичико не знала даже в лицо процентов восемьдесят из постоянного населения планеты. Вот, к примеру, идёт чернокожий мужчина с бородкой и… собачкой. Кто это такой? Вряд ли турист, с животными сюда не пускают.

Мужчина раскланялся и широко улыбнулся. Всё же знакомый? Аккуратно обернувшись, Мичико увидела, что тот восторженно смотрит ей вослед. Нет, она его первый раз видит. Просто он её, видимо, не в первый. Да что говорить, в тот момент, когда они с Вол Си и Тамош прилетели в Нью-Йорк, их узрел весь мир. Трудно было бы не запомнить «героиню первого контакта» – так её прозвали на родине.

Солнце ещё стояло низко, но здесь за счёт архитектуры оно освещало обширную территорию вместе с прудом. Школа находилась как раз на его берегу – небольшое двухэтажное строение вмещало в себя штук пятнадцать кабинетов для пары сотен детишек от пяти до восемнадцати лет, которым посчастливилось прилететь сюда вместе с родителями.

– Мама, а ты знаешь, у меня в классе новый друг, Сло… Сло-ыч. Его папа и мама прилетели с далёкой звёзды, но я забыла с какой.

Да, Мичико знала, но изобразила удивление. Довольная дочурка начала рассказывать, что мальчик с необыкновенным носом и длинными руками ходит в школу всего на два часа в день и что он очень умный, но говорит через мысли. Да, это был первый инопланетный школьник, ему в самом деле не было нужды ходить в земную школу, но он хотел завести друзей, и родители согласились. А так здесь проживало около ста пятидесяти инопланетян разных рас, и среди них были дети, просто они учились не вместе – расы Согласия имели разные модели обучения, но в основном они сводились к отделению учебного процесса от социального.

Чем ближе к пруду, тем больше встречалось людей. Но с этой стороны всегда оказывалось меньше туристов, здесь не было ничего примечательного – и гостиницы, и площадка для кораблей, и развлекательные центры и даже их старые посадочные модули, торчащие на нетерраформированной части планеты, находились с другой стороны. Вообще, Крис считал, что, исходя из размеров, правильнее было бы называть водоём озером, но он был искусственным, так что Мичико для себя решила, что всё же это пруд.

Ну вот и школа. Поцеловав Касэй, она подождала, пока дочка забежит в дверь, растаявшую в стене при её приближении, и пошла по дорожке налево. До научного комплекса, где располагалась лаборатория три-си, оставалось идти около километра, а она любила прогуляться пешком. Хотя можно было и вызывать «такси» – роботизированную платформу, опускавшуюся откуда-то сверху и переносившую в нужную точку. В голубом небе над головой проплывал десяток подобных. Но зачем лететь, когда ты можешь наслаждаться вечно майской погодой, цветочным ароматом в воздухе, бабочками и птицами?

* * *

Основа её работы не менялась годами – фармацевтика. До того дня, как промышленность Земли будет в состоянии производить наноботов, пройдут десятилетия, если не произойдёт качественного скачка, над чем трудились инженеры, но даже околохимические препараты, которые они уже могли производить, потенциально спасали миллионы людей. В прошлом году впервые резко уменьшилась смертность – скончалось примерно на пять процентов меньше, чем в позапрошлом. Это буквально означало, что они победили рак и ряд других болезней, сокращавших продолжительность жизни. И миллионы людей, получившие дополнительные годы, стали лучшей наградой для Мичико.

И хотя над проблемами трудились сотни тысяч людей, Комацу всё равно пребывала где-то на вершине, вместе с мужем, конечно же. В конце концов они считались своего рода пророками, и, даже учитывая, что множество учёных были умнее, почти все рабочие проблемы проходили через фарм-комитет, куда входил от силы десяток человек, включая её и Кристофа. Конкретно сейчас она занималась чтением обширной базы с описанием реакций экспериментальной молекулы, призванной укреплять и очищать сосуды головного мозга. Инструмент против инсульта.

Зазвонил телефон. Новая модель с