Клятвы и слёзы (ЛП) - Вильденштейн Оливия

— Я слышала, вы с Сиенной расстались.

Она произнесла это очень тихо, так тихо, что если бы я была человеком, я бы, вероятно, не услышала её.

Пальцы Августа застыли на месте, и он свёл вместе брови. Выражение его лица, вкупе с неумолимой пульсацией у меня в животе, буквально кричало о том, как ему было не комфортно.

Я заметила, что Сара начала принюхиваться к воздуху. Она нахмурилась. Неужели она могла унюхать нашу связь? Я вспомнила, как Лиам сказал, что Август пах мной, а я Августом… или что-то типа того, но я считала, что запах уже должен был развеяться.

К счастью Сара нарушила неловкую тишину.

— Разве никто из вас не работает?

Все три парня начали переглядываться между собой.

— Моя работа — это Несс, — сказал Лукас, что заставило Августа перенести свой пристальный взгляд с Келли на лохматого оборотня.

— А мы решили сделать перерыв. Погода уж больно суровая, — сказал Коул.

В отличие от моих джинсов, которые прилипли к моей коже, ни его одежда, ни одежда Августа не была мокрой, поэтому они, должно быть, переоделись перед приходом сюда. А может быть, температура их тел была выше, чем у меня, и благодаря этому вся жидкость уже испарилась?

Коул указал на биллиардные столы в глубине помещения.

— Не хотите сыграть партию в пул?

— Я думал, ты никогда не спросишь, — Лукас вскочил со своего места.

— Несс?

Коул не назвал имени Сары, но посмотрел на неё, что, совершенно точно, означало, что приглашение распространяется и на мою подругу.

Я покачала головой.

— Я хочу пообщаться с Сарой

— Нам ещё много о чём надо поговорить, — добавила она.

Когда парни оказались вне зоны слышимости, а официантка убежала прочь, Сара шёпотом спросила:

— Почему Август Ватт пахнет тобой?

Я содрогнулась.

— Мы и правда пахнем одинаково? — прошептала я.

— Да. Если только вы не обменялись лосьонами для тела. Обычно парни пахнут, — она махнула рукой в сторону стула, который только что занимал Лукас, — раздевалкой.

— Это настолько очевидно?

— Для человека, который знает тебя и твой запах — да.

Я сморщила нос, услышав то, как она сформулировала свою мысль. Но, как я поняла, она не хотела меня этим унизить.

— Вы с ним установили парную связь?

Я закусила нижнюю губу.

— Вот дерьмо.

Её стул скрипнул, когда она наклонилась вперёд.

— Значит между тобой и Лиамом всё кончено?

— Нет. Почему ты так решила?

Она слегка отодвинулась от стола.

— Детка, ты же понимаешь, какова цель парной связи?

— Я понимаю, какова её цель, но я не планирую бросать своего парня и прыгать в постель другого мужчины.

— Вообще, это как бы неизбежно. Твоё тело должно было закрыться от всех остальных мужчин. Мой брат и Марго связаны. Сначала он пытался сопротивляться связи. У него была девушка. Это продлилось неделю. Ты не можешь сопротивляться связи. Ты просто не можешь. Это как если бы ты пыталась ничего не есть и надеялась выжить.

У меня начало покалывать кожу от раздражения.

— Есть множество связанных пар, которые не остаются вместе.

— Серьёзно? Назови хоть одну.

— Я не знаю их имён. Я просто слышала об этом от Фрэнка МакНамары. Он упоминал кого-то из нашей стаи, у кого была пара, но он не остался с ней вместе.

Сара сказала с досадой:

— А я никогда не слышала о парах, которые в итоге не остались вместе. Это биология или химия, или что-то такое. Плюс, это хорошая вещь. Такое не с каждым случается. Я бы даже хотела, чтобы это случилось со мной, — к счастью, она понизила голос, когда добавила: — И секс, похоже, при этом просто бомбический.

Она поиграла бровями.

Я взглядом заставила её замолчать.

— Вообще, он скоро уезжает, — сказала я приглушённо. — Расстояние ослабит связь.

— Почему он уезжает? — она глянула в сторону биллиардного стола. — Лиам заставил его? Чтобы заниматься с тобой своими грязными делишками?

Краска залила мою шею.

Она подалась вперёд, и длинные светлые кудряшки закрыли ей плечи.

— О Боже, так и есть! Это настоящий отстой, Несс. Никто не должен вставать между парой.

— Да мне вообще не нужна пара!

К сожалению, я сказала это так громко, что даже дождь, барабанящий по стеклянному фасаду, не смог заглушить моих слов.

Конечно же, парни прервали игру и посмотрели на нас, так же как и двое других мужчин, которые глушили пиво за липкой барной стойкой. Не то, чтобы они знали, о ком я говорила, но Август знал. И судя по тени, которая залегла у него на лице, я могла понять, что это произвело на него глубокое впечатление.

Я сомневалась, что его задело то, что я не хотела быть с ним. Всё-таки он воспринимал меня как сестру… а люди обычно не хотят быть со своими сёстрами, потому что это во всех смыслах неестественно и неправильно. Но он вряд ли оценил то, как резко я высказала своё омерзение. Я сняла резинку с волос, решив занять свои неожиданно трясущиеся руки и закрыть лицо.

— Я не хотела выводить тебя из себя, — извинилась Сара.

Я упёрлась локтями в столешницу и схватилась руками за лоб.

— Дело не в тебе, Сара. А во всей этой глупой ситуации.

Она вздохнула, и в этот момент Келли принесла нашу еду. Она слишком резко поставила тарелки на стол, а её взгляд был направлен в сторону парней.

— Другой бургер надо отнести вон туда, — Сара указала на Лукаса.

Парни уже продолжили играть. Включая Августа. Он стоял ко мне спиной, словно не хотел смотреть на меня. И как никогда ранее, я возненавидела нашу связь, потому что внезапно испугалась, что она могла стереть все те годы, что мы провели вместе и превратить нас в чужих друг для друга людей.

Я почувствовала, что Сара смотрит на меня. Чтобы она ни думала в этот момент, она не стала произносить этого вслух.

Укусив несколько раз свой жирный бургер, обильно смазанный кетчупом, она сказала:

— Я скоро стану тётей. Мой брат и Марго ждут кое-кого.

Я моргнула.

— Близнецы. У них будут близнецы. Девочка и мальчик, — она откусила большой кусок бургера.

— Ведь свадьба была только на прошлой неделе. Она даже не выглядела беременной.

— Но она была беременна. Просто этого не было видно. Пока ещё рано — шесть недель или около того — поэтому они пока не особенно рассказывают.

— Шесть недель! И они уже знают пол?

Сара приподняла одну из своих тёмных бровей.

— Нам не нужно УЗИ, чтобы знать такие вещи.

Она вытерла пальцы о бумажную салфетку с клетчатым узором, после чего коснулась указательным пальцем своего носа.

— Мы можем унюхать пол ребёнка?

— Нет. Мы можем унюхать беременность. Пол определяется исключительно благодаря материнскому инстинкту. Женщина, конечно, может ошибиться, но мамочки-оборотни редко ошибаются.

Значит, если бы моя мама была оборотнем, она бы знала, что я девочка до того, как я пришла в этот мир. Мои родители никогда не делали УЗИ, так как были убеждены, что ждали мальчика. Разве мог ребёнок, рождённый в боулдеровской стае, быть кем-то иным? Интересно, что бы произошло, если бы ещё до моего рождения кто-то узнал, что я была не того пола? Но я не стала дальше задаваться этим вопросом, потому что именно на этот вопрос я ни за что не хотела бы знать ответ.

— Ты встречалась с кем-нибудь из своей стаи? — спросила я.

— Ага. В старших классах я встречалась с парнем по имени Чэннинг. Но потом я стала выбирать парней не из стаи. В основном это были парни из Университета Колорадо.

Она сделала большой глоток содовой.

— Моя мама, вероятно, заставит меня выйти замуж за волка, поэтому я пока сосредоточилась на людях. Они не такие самодовольные, как парни из стаи.

— Университет Колорадо? Ты училась в Университете Колорадо?

— Через пару недель начнётся мой второй год там. А что? Тоже подумываешь поступить?

— Похоже, что я могу это сделать.

— Что значит, могу?

— Лиам сказал, что стая откладывает деньги на образование.